Чтение онлайн

Он явно знает, что делает.

Санта? Какой Санта? Какие ещё мужчины?

Моё тело буквально пылает, особенно там, где его язык движется точными, целеустремлёнными мазками, он словно умелый художник, рисующий картины. Боже, я вообще когда-нибудь так мастерски прикасалась к себе? Знала ли я, что мне нужно?

Похоже, Николас знает. А я убеждаюсь в этом окончательно, когда чувствую, как его пальцы медленно входят в меня, касаясь заветных точек, а его язык продолжает исследовать мою чувствительную плоть, раз за разом подводя меня к краю.

— О, Господи, Ник, — слова вырываются из меня сдавленным, почти беспорядочным звуком, который, я надеюсь, он поймёт.

Он на мгновение отрывается, чтобы сказать с каким-то ленивым наслаждением:

— Ммм?

Я хлопаю его по спине:

— Нет-нет, не останавливайся! Продолжай!

Он смеётся и шепчет:

— Продолжать? Ты хочешь, чтобы я…

Ещё одно движение, ещё один медленный, дразнящий момент.

— Ник, — повторяю я.

— Скажи моё имя громче, — его голос звучит глухо, и в этот момент он буквально впивается в меня.

Всё становится настолько отчаянным и необузданным, что я уже не понимаю, где заканчиваюсь. Меня буквально разносит на части — не знаю, на Северный полюс или до самой Австралии. Боже, кто вообще в этом разбирается?

И вот я достигаю вершины. С помощью губ и языка человека, который должен быть моим заклятым врагом. И никогда это не казалось настолько правильным.

Когда я, наконец, возвращаюсь к реальности, он мягко проводит пальцем вдоль моей чувствительной плоти, а его подбородок лежит на внутренней стороне моего бедра. Я приподнимаюсь на локтях, пытаясь унять нервную дрожь.

— Спасибо, — шепчет он, прикасаясь губами к моей коже.

— Чт-что? Ты серьёзно? Нет, спасибо тебе.

Он ухмыляется:

— Рад, что тебе понравилось. Потому что я уже не могу дождаться, чтобы повторить.

Его взгляд озаряется каким-то знанием, от чего мне хочется провалиться под землю.

Он помогает натянуть мои джинсы, украдкой целуя колено:

— Ну что, лучше, чем сидеть на коленях у Сэма?

Я смеюсь, отталкивая его руку и застёгивая брюки.

— Правда? Ты сейчас серьёзно хочешь говорить о Санте?

— Ладно, твоя взяла, Бёрди, — признаёт он, поднимая руки в примирительном жесте.

Но тут, ради шутки, а может, чтобы увидеть его смущение, я добавляю:

— Хотя… он был милым.

Видимо, это было не совсем то, что он хотел услышать. Его руки остаются на моих бёдрах, но он делает шаг назад.

— Что? — спрашивает он, крепче сжимая меня, и в его взгляде появляется нечто собственническое.

Честно, это даже немного заводит.

— Да ладно тебе, я пошутила, — улыбаюсь я. — Не будь таким ревнивым, это никому не идёт.

Он усмехается и качает головой, будто прогоняя навязчивые мысли. Но я вижу: он колеблется, думая, стоит ли что-то сказать.

И тогда я беру его за руки, нежно проводя пальцем по его костяшкам:

— Давай так. Я расскажу свой секрет, если ты расскажешь свой.

Его глаза расширяются.

— Ну же, я вся внимание, — говорю я, запрокидывая голову с улыбкой.

Он хмурится, но сдается:

— Ладно, ладно. Только не смейся.

— Честное слово, не буду.

— Это глупо, но… моя бывшая жена… Она ушла от меня к Санте.

Кажется, где-то вдалеке раздаётся звук скрипящей пластинки.

— Что?

Николас мнётся, его большие пальцы поглаживают мою кожу.

— Ты обещала не смеяться, — тихо напоминает он.

— Я и не смеюсь.

Я пытаюсь улыбнуться, но, кажется, моё лицо выдаёт, что я всё ещё в шоке.

— Ладно, теперь твоя очередь, — говорит он, глядя на меня с мягкой улыбкой.

— Нет-нет, продолжай, — выпаливаю я. — Расскажи подробнее. Что случилось?

— Да ничего особенного, — отвечает он, качая головой.

Его взгляд скользит мимо меня куда-то вниз, на барную стойку или мои пальцы, но не на меня.

— У неё был роман с Санта-Клаусом из торгового центра.

Он тихо смеётся, а я только сильнее чувствую комок в горле.

— Знаю, звучит глупо. Но вот почему я не люблю этих типов. Не всех, конечно. Но мне кажется странным, когда кто-то позволяет всем подряд садиться к себе на колени.

Он снова смеётся, а я молчу, словно парализованная.

Николас только что признался, что жена бросила его ради Санты. А я собиралась рассказать, что встречаюсь исключительно с ними.

Нет. Нет-нет.

— Твой секрет… — напоминает он. — Поверь, хуже моего точно быть не может.

— Ха-ха, не недооценивай меня. Мой будет хуже, — бормочу я.

Он смеётся:

— Ну, так в чём дело?

— Я… о, Боже.

Может, солгать? Вряд ли настоящий Санта спустится с Северного полюса, чтобы записать меня в список непослушных.

Но я не могу. Не после того, как смотрю в его глаза, ясные и светлые, где читается облегчение.

— Ладно, — говорю я.

Но я не могу. Не могу, когда поднимаю взгляд и встречаюсь с глазами Ника — его сияющие голубые глаза смотрят на меня, и в них читается явное облегчение. То же самое облегчение, что я испытывала во время своего тура «санта-извинений», как будто он рад, что я не осуждаю ни его самого, ни его тайну.

Ох, Ник, не переживай. Я слишком занята тем, чтобы осуждать себя.

Потому что я снова нахожусь в какой-то ситуации…

Санта-ситуации. Санта-отношениях. Санташениях.

С мужчиной, с которым мне вообще-то не стоило бы быть. Как будто я вообще не могу себя контролировать.

Это просто жалко зрелище.

И я все-таки решаю сказать это вслух.

— Я… — сделай уже этот шаг. — Я, знаешь, практически только с Сантами и встречаюсь. По крайней мере, в это время года. А так как я встречаюсь только в это время года, то…

Произнести это вслух оказалось ещё хуже, чем я думала. Раньше я рассказывала это только своему терапевту. И она смеялась добрую минуту.