Чтение онлайн

– Прости, если все из-за меня.

– Черт, при чем здесь ты? Я тоже ни при чем. Никто не виноват. Ольга и пальцем не трогала девочку. И слава Богу. Но мое терпение не безгранично, Олли. Я уже начинаю терять его.

– Не плачь, не могу смотреть.

– Я и не собираюсь. Заткнись. И отвернись. Теперь моя очередь. Ты не против?..

12

– Разумеется, нет, – бросил он сидевшему по другую сторону стола Петросу; планшет для записей все строчил, и Джастин знал, что включена также система анализа голосового тембра – возможно, именно этот анализ и отражался на небольшом мониторе, куда то и дело посматривал Петрос. Время от времени врач отрывал взгляд от монитора и плутовато улыбался собеседнику.

– Ты оказался вовлечен в близкие отношения с коллегой, – произнес Иванов. – Неужели до сих пор не ощущаешь неприятных предчувствий из-за этого? А ведь ты прекрасно осведомлен, что в подобных обстоятельствах ази не может постоять за себя.

– Действительно, я думал над этим. И говорил с Грантом. Но ведь мы воспитаны в этой среде, не так ли? Принимая по разным причинам, – думаю, вы понимаете, о чем я – у нас обоих есть проблемы, выделяющие нас из коллектива. Оба мы, скажем так, нуждаемся в поддержке…

– Опиши эти проблемы.

– Ах, Петрос, полно! Мы оба знаем, что не стоим на вершине социальной пирамиды. Я о поветрии под названием «политика» – думаю, нет необходимости описывать вам его симптомы.

– Тебе одиноко.

Джастин рассмеялся:

– Боже, вы были на вечеринке? Мне показалось, что были.

– Да, разумеется, – бросил Иванов, снова глядя на монитор. – Был. Славная девчушка. А что скажешь ты?

Уоррик-младший вскинул взгляд и, сполна оценив суровый юмор доктора, хохотнул:

– Думаю, она – маленькая непоседа. Что еще можно сказать о ребенке? – И снова улыбнулся, перехватив взгляд собеседника: – Хорошо хоть, что я не в состоянии забеременеть! Забрали бы потом у меня ребенка для своих экспериментов. Крутили бы ему день и ночь обучающие ленты. Ну, что говорит анализ моего голоса?

– Волнение наблюдается, но приемлемое.

– Так я и думал. Конечно, вы пытаетесь заставить меня как-то отреагировать, но нужно ли вести себя совсем неестественно?

– Неестественным ты считаешь ребенка.

– Я нахожу ее очаровательной. Но считаю неестественным ее положение. Хотя вашей этике оно, конечно же, не противоречит. Я не собираюсь делать резких движений – из-за меня на мушке держат отца. Такова моя этика. По-вашему, я лгу?

Петрос не улыбался – он уставился в экран. А потом отрывисто бросил:

– Прекрасно. Прекрасная реакция.

– Наверняка.

– Раздражен до черта, не так ли? А что ты думаешь насчет Жиро?

– Люблю его, как отца родного. Как сравнение – истинно или ложно?

– Не советую шутить с нами – ты можешь только навредить себе.

– Отметьте, что я угрожал объекту.

– Считаю, это не то, что имелось в виду. Но намерен настоять, чтобы тебе провели курс терапии. Ага, сердечко забилось!

– Конечно, вы этого давно добиваетесь. Ну и ладно – пройду ваш курс, в вашем же отделе. Но только при условии, что меня будет сопровождать мой ази.

– Необычная просьба.

– Послушайте, Петрос, я и так прошел здесь все круги ада. Вы хотите свести меня с ума или обеспечить приемлемую защиту? Даже непрофессионал вправе проверить психопроцедуру по требованию пациента. А мне нужно мнение другого специалиста. Вот и все. Исполните мою просьбу – и необходимость приводить меня под конвоем просто не возникнет. Я вам больше не запуганный ребенок. Знаю, когда имею право официально жаловаться – если только вы не вздумаете посадить меня под замок или вообще сделать так, чтобы я исчез. Кстати, это, наверное, не самая подходящая тирада для записи на пленку, да?

– Я сделаю нечто более уместное в данном случае. – Иванов щелкнул парой переключателей; монитор погас и отъехал в сторону. – Дам тебе обучающую ленту, и ты прокрутишь ее дома. Мне только нужно твое обещание, что ты действительно ее прокрутишь.

– Сейчас вы здорово удивитесь. Жаль, что отключили монитор.

– Ты напуган и потому утратил здравый смысл, – заметил Петрос. – Но я тебя не виню. Хороший контроль над голосом, но чрезмерно учащенный пульс. Наверное, сам довел себя до такого состояния? Могу распорядиться провести анализ крови. Или ограничимся словесным вмешательством? Грант в состоянии подготовить тебя?

– Я еще должен подписать официальное согласие.

Положив локти на стол, Петрос протяжно вздохнул:

– Джастин, не стоит впутываться в неприятности. Это не для протокола. И получение права на телефонную связь с Джорданом будет отложено на неопределенное время.

– Естественно, – отозвался Джастин, но разочарование превратилось в застрявший в горле ком. – Я догадывался. Все равно ведь это игра. Так я и поверил Деннису! Я-то знал, как все будет.

– Деннис здесь ни при чем. Такое решение вынесла армейская служба безопасности. Деннис же собирается представить им документы, свидетельствующие как раз в твою пользу. От тебя требуется только кратковременное сотрудничество. Кривлянием же делу не поможешь. В общем, ты понял, о чем я – не навлекай на себя неприятностей. И будешь по-прежнему получать письма. – Петрос снова вздохнул, и лицо у него вдруг сделалось скорбным. – Мне выпал случай увидеться с Джорданом. Что ему передать?

– Что с ним собираются сделать?

– Ничего, честное слово, ничего. Успокойся. Я отправляюсь проверить кое-какое оборудование. И проконтролировать работу своих техников. Просто решил оказать тебе мелкую услугу. Дай, думаю, порадую парня! Собираюсь передать твою фотографию – Джордан наверняка это оценит. И привезу тебе другое фото – во всяком случае, попытаюсь.

– Конечно!

– Нет, правда. Ради его – да и ради твоего блага. Я ведь дружил с ним.

– Просто диву даешься, сколько у отца друзей!

– Не смею спорить. Черкнешь ему письмецо?

– Просто скажите, что я люблю его. Что еще останется вне внимания цензоров?

– Я скажу ему все, что смогу. Это опять же не для протокола. Все-таки я работаю здесь. Кто-нибудь может наломать дров. Сам подумай над моими словами. Отправляйся домой. Или займись работой. Но не забудь взять со столика обучающую ленту.

Покинув кабинет доктора, Джастин направился восвояси, снова выбрав маршрут по улице. По дороге он помахивал полученными от Петроса обучающей лентой и рецептом. Юноша не был уверен, выиграл или проиграл эту схватку, обеспечил себе хоть какие-нибудь позиции или, наоборот, утратил часть своих.

Но узнать об этом ему довелось только многие годы спустя.

«Пособие по производству», аудиозапись.

Обучающая лента по генетике № 1.

«Интервью с Арианой Эмори, часть первая»

«Ресионские общеобразовательные публикации», 8970-8768-1.

Одобрено для 80+

К: Доктор Эмори, позвольте поблагодарить вас за любезность, с какой вы согласились ответить на несколько откровенных вопросов по поводу вашей работы.

А: Это мне следует благодарить вас за такую возможность. Пожалуйста, продолжайте!