Чтение онлайн

– Хорошо, я учту. Эти кресла привезла сюда эльтем?

– Да, они раньше стояли в замке... Погоди, а откуда ты это знаешь?

– Догадалась, - я вновь улыбнулась, - Здесь не водятся крокодилы.

– Как и фениксы, но феникса привез я. Неважно, устраивайся, как тебе удобно.

Парень вышел за дверь, я прислушалась, громкие шаги прозвучали по лестнице. Вот и отлично! Кучка пепла под дверью зашевелилась, начала потихоньку собираться в обличье птенца. Того и гляди он вновь вылупится, а потом осторожно соберет с пола те кусочки пепла, которые не смогли сами в него слепиться. Никогда не понимала этой особенности фениксов, почему нельзя слепиться целиком и сразу из всего, что есть?

Я провела пальцами по старинному креслу. Тонкая работа, бабушка выбирала это кресло особо, как и всю мебель в свой замок. Даже рассказывала о ней с таким умилением, именно потому-то я это кресло и смогла узнать. Хорошо, что удалось договориться, и не пришлось ничего выдумывать.

Я взяла в руки иголку, отмерила нужное количество нити, покрутила в руках сомнительное богатство. Как же мне не хочется шить самой! Я взглянула на балкон, служанка так и поливает цветы. Рискнуть? Рискну, иначе потрачу добрый час на то, чтобы зашить эту юбку. Еще и разорвалась ткань так неудачно – не сказать, что по шву! Зато я с молодым герцогом познакомилась, при этой мысли я улыбнулась. Нет, не зря меня оставили здесь в этом чудесном мире одну без пригляда. Отец не в счет, чуть замуж меня не отдал. Мама узнала бы о таком – убила бы его просто сразу. Но, увы, этого уже не случится. И я даже не уверена в том, что ей обо всем расскажу при встрече.

Я дотронулась до нити, приложила ее к дыре и спустила с пальца одну-единственную искорку магии. Руна шитья как никогда хорошо получилась, да и магии моей почти хватило. Осталось только закрепить узелок на конце. Я устроилась с краю кресла, завернула ткань, попыталась как следует натянуть ее.

Дверь, ведущая на террасу, совершенно внезапно открылась, в кабинет вошла служанка. Белый передник тесно обхватил полноватую фигуру, чепец высоко сидит на громоздкой фигуре. Да и сама женщина смотрит на мир и на комнату эту, на меня саму очень надменно. Вот покачала головой, отчего под темной блузой колыхнулось ее пышное тело.

– Зря ты так. Герцог молод, его отцу совсем не придется по нраву, что единственный наследник спутался с такой как ты. Житья не даст, было уже такое. Не приведи боги тебе увидеть господина Антонио в гневе! Лучше сама уходи, пока никто не заметил.

Столько сочувствия в строгом голосе, опущенный, ничего не значащий вроде, но заботливый взгляд.

– Спасибо, я учту.

– Все вы так, а потом косы на ярмарочной площади режут глупышкам.

Женщина еще раз вздохнула и неторопливо вышла из комнаты. На крошку феникса она взглянула со смесью жалости и брезгливости, тот еще только поднял лысую в проблесках пламени голову.

***

Чезаро

Я устроился сразу за дверью, чтоб посмотреть сквозь щелку в стене за девчонкой. Даже любопытно, что именно она соберется украсть. И почему так всегда? Если красотка, то ведьма или воровка? Очень обидно, если быть честным, что никак мне не удаётся встретить ту единственную, которая могла бы стать мне любимой. Нет, понятно, что рано или поздно придется жениться и мне, но то будет брак по расчёту, не по любви. Это ясно и так. Титул всегда грабит своего обладателя, отбирая у него то самое заветное право – любить. Увы, жизнь такова, какова она есть. Но имея достаточно золота, всегда можно обеспечить и любимую женщину, я знаю, так поступают многие – заводят и содержат любовницу. Почему бы и мне так не поступить?

Я прильнул глазом к щелке в стене, готовый в любой момент отворить дверь в кабинет. Рука сама нарисовала руну иллюзии, звук шагов вышел на редкость правдоподобным. Вон и травница ухмыльнулась, расслышала их. Я думал, девушка сразу же схватит новорождённого феникса как самое дорогое и доступное. Нет! Она тщательно отмерила нить, покрутила в пальцах иголку, как будто собралась шить, вот обернулась.

Искра бесценного дара сама соскользнула с ее пальцев на ткань. Руну девушка начертила как само собой разумеющееся. Правильную руну! Так колдовать умеют только урожденные магички, те, кого долго и тщательно учили. Да и магия у нее необычная? Или мне показалось, что искорка на ткань опустилась не голубая как у всех магов, а полупрозрачная, беловатая, какая бывает только у ... дроу. Да нет, это глупость, конечно. Разве травница может оказаться дроу? Обман зрения, да и только, должно быть, свет отразился не так. Вот беглой аристократкой эта девчонка оказаться вполне может. Ясно точно, она не воровка и, безусловно, не ведьма. Внезапно и почти бесшумно меня коснулся слуга. Я обернулся, чуть не сшиб с лестницы бедолагу.

– Ваш отец здесь, сиятельный. Он ждет встречи с вами, - сказал тот шепотом.

– Благодарю.

За дверью послышался голос Марты. Она, очевидно, вошла в кабинет с балкона. Надо же, а я ее и не заметил. Безучастный, но громкий голос этой дородной женщины сбил меня с толку.

– Зря ты так. Герцог молод, его отцу совсем не придется по нраву, что единственный наследник спутался с такой как ты. Житья не даст, было уже такое. Не приведи боги тебе увидеть господина Антонио в гневе! Лучше сама уходи, пока никто не заметил.

– Спасибо, я учту.

– Все вы так, а потом косы на ярмарочной площади режут глупышкам.

Крик застыл на губах. Что? Выходит, мой отец нарочно все это устраивает? Каждая девица, которую я приводил в свой дом, заканчивала одинаково. Мне не везло в любовных делах неумолимо, безостановочно, будто бы я прогневал всех богов разом. Так вот оно как?

Я бесшумно спустился по лестнице, вошел в гостиную. Седобородый отец уже устроился за столом. Обед ему подают мои слуги.

– Доброго дня вам, отец, - мне кое-как удалось смирить свой гнев, придать лицу почти достойное выражение. Но что, если Марта права? Может так быть или нет? В любом случае у меня пока нет этому доказательств. Да и обвинять отца просто так нет смысла.

– День и вправду удачный. К тебе едет невеста.

– Что?

– Давно пора заключить брак. Время идет, а наследник у нашего рода только один и это ты – Чезаро. Пора и тебе обзавестись семьей.

– Я не готов к этому.

– В округе осталась только одна знатная невеста и два жениха.

– Почему одна? Девиц было две. Баронесса де Готфруа. И герцогиня де Аластор, кажется, Анна.

– Эта девица сбежала прямо из-под венца, мерзавка. Отец ее удачно сосватал за нашего соседа. Уже второй месяц о ней ни слуху, ни духу. Скорей всего дикие звери растерзали. Да и пес с ней, дерзкой гадиной. Вздумала идти против воли отца, вот и поплатилась. Решила выразить свою волю!

– Что, если она не погибла?

– Тебе дела до этого нет. Твоя невеста – вторая девица, баронесса де Готфруа. Она уже едет сюда, готовься к скорому браку.

– Я не хочу.

Я мотнул головой, вышло как-то совсем уж по-детски. Но кто может приказать мне? Герцогу, воину, который одержал не одну славную победу? Кто может женить меня просто так? Тот, кто отнял у меня всех возлюбленных? Всех тех девушек, за которыми я пытался ухаживать? Отнял их у меня, опозорил, поступил подло, не дал взамен ни мне, ни им ничего, только горечь позора да ощущение проклятья?

– Наш род должен продолжиться, мы служим эльтем Эстель. Нельзя подвести женщину дроу, она хранит наш мир от всех бед. Если наш род не продлить, кто станет управлять всеми ее землями, замком, ты подумал, сын?

***

Эльтем (Анна-Мари)

Я расслышала внизу звуки нарастающего скандала. Так разве что магическое торнадо способно заглянуть в чужой дом – сначала тихонько поскрестись о дверь сухой веточкой, будто бы от смущения застыть на кромке порога, а потом раскрутиться на всю гостиную, сметая со своего пути утварь, мебель, стены, норовя разнести в щепки все, что сковало великую мощь и небывалую силу. Будто бы торнадо не само стремилось попасть в человеческое жильё, будто бы его там пленили на долгие годы и оно вынужденно рваться наружу ради того, чтобы самому уцелеть. Но стоит крыше дома окончательно сорваться, рассыпаться в черепицу, а смертельному урагану вырваться на свободу, как чудовищная сила разом стихает, превратившись в слабенький ветерок, что веет над крышами соседних зданий. И только по пыли, которую разносит этот ветер, пыли от былого семейного счастья, можно догадаться, что этот теплый бриз родился из бушующего торнадо, смертоносной стихии.