Чтение онлайн

Он врезается спиной в дерево. В мою руку ложится меч.

Дарстед заканчивает обращение. И смотрит голодным взглядом. Он дрожит от пока еще сдерживаемой ярости. И эта ярость может сотворить очень многое.

– Не лезь, - бросаю я Нарлитару.

Не знаю, зачем он дергается, но не хочу видеть его в этой схватке. Независимо от того, на чьей стороне он выступит.

Схватка будет короткой.

Я ничего не знаю. Не знаю, станут ли эти минуты последними в моей жизни или в моем существовании, которое и жизнью назвать нельзя. Может, сейчас моя жизнь оборвется. А может, начнется в ней новый период. А вот судьба Дарстеда однозначно определена. Я больше не боюсь делать больно Нарлитару. Как бы там ни было, он причинил мне ее куда больше.

Действительно удивительно, как обычное инстинктивное желание двух мужчин привело к таким последствиям. И, может, можно было что-то изменить. Но, вероятно, будь в нашей истории хоть капелька любви…

Дарстед бросается на меня. И, разумеется, я не могу поразить его с первого выпада. Поэтому бью током, лишь чуть-чуть прикоснувшись к жесткой шерсти. Падаю на землю. Он нависает, но я выставляю вперед руку и морду оборотня опаляет пламенем. Он воет и рычит одновременно. Его когти врезаются в мое плечо, заставляя меня вскрикнуть и сжать зубы. Я улучаю момент. Один удар. Знаю, что его зубы сомкнутся на моей шее. Но сильнее жажды убить это существо, способное задрать молодую девушку, обратить невинного парня, попытаться обратить свою невесту, нет ничего.

Прежде чем я поднимаю меч, Дарстед кричит. Как побитый волк. Его отбрасывает в сторону. И мой меч сам вырывается из хватки моих пальцев. А потом по рукоять входит в оборотня, пригвоздив его к дереву. Оборотень теряет облик, снова превращаясь в Дарстеда. Красивое лицо искажено злобой. Почему он стал таким? Проклятье так сильно меняет людей?

Нарлитар не смотрит на брата, хрипящего что-то в агонии. Он подходит, хватает меня за руку и заставляет подняться с земли. И уводит как можно дальше от этого места, просто по дороге, пешком. Я все-таки оборачиваюсь. Дарстед мертв и пламя, пожирающее его тело, вздымается над кронами деревьев. Слезы все-таки проливаются на щеки.

– Почему ты это все говорил? – единственный вопрос, на который я хочу знать ответ.

– Я просто хотел тебя защитить.

– И поэтому поехал с Дарстедом? Ты знал ведь о том, кто он и что сделал?

– Я знал, кто он. Но никогда не думал, что Дар способен убить девушку и обратить кого-то. Узнал только перед тем, как отправиться к тебе. Ванесса, я искал не ведьму, а Дарстеда. Он нашел тебя и я пытался не допустить вашей встречи.

Меня словно по голове бьют.

– Ты…ты знал, где я?

– Да, - следует короткий ответ.

– Почему сейчас ты…

– Потому что я надеялся, что ты, обидевшись, уйдешь! – он останавливается и…обнимает меня.

А ведь у Нарлитара больше никого не осталось.

И я слабо улыбаюсь, чувствуя, что вот-вот упаду от усталости. А потом послушно иду вслед за ним, держу за руку своего мага и безумно радуюсь тому, что заставила себя верить ему до конца. Впервые в жизни в схватке победила я.

***

Спустя год

Поправляю бант. Если честно, эти банты на, простите, пятой точке очень напрягают. Но как же – модно! Носи, Ванесса, это убожество, ибо Лэртину приспичило организовать прием.

Прием, прием…я, конечно, слышала, что ситуации в жизни бывают разные, но чтобы мне в подарок против моей воли устраивали прием по случаю моей же свадьбы – это нечто невиданное! Строго говоря, я бы и замуж не вышла, если бы не Лэртин. Мне и так неплохо, куда он от меня денется, маг этот?

Впрочем, если он так хочет праздника – пусть пеняет на себя. Я Эрифа пригласила, а когда мы в одном помещении, да еще и пьем – мы невменяемые. И почти неразлучны. Так что у Нарлитара в скором времени начнутся проблемы…

– Леди Ванесса Риторн! – объявляет…ну, кто там объявляет здесь гостей?

Вхожу в зал, любезно воспользовавшись поданной рукой слуги. И наслаждаюсь их удивленными лица. Ну, похулиганила немного, подумаешь? Тем более, у Нарлитара глазки-то горят.

– Привет, - улыбаюсь ему. – Чего застыл?

Он осторожно гладит мои светлые длинные волосы, рассматривает лицо. Единственным напоминанием о прежней Ани служит колечко в губе – это уже навсегда. Он осторожно целует. Хм, я не возражаю и против более ощутимых прикосновений.

– Ты вернула свой цвет, - Нарлитар улыбается.

Вокруг снуют какие-то люди, но мне на них плевать. Я впервые за последний год вижу его настоящую улыбку.

– Тебе нравятся блондинки, - я пожимаю плечами, изображая застенчивость.

– Мне нравишься ты.

Его руки смыкаются на моей талии. И я оказываюсь прижата к крепкому мужскому телу. И совсем не хочу свободы.

– Пойдем домой, а? – он лукаво улыбается. – У меня появилась идея более…интимного праздника.

– Дома холодно, – я притворно морщу нос.

Дом действительно плохо прогревался по какой-то причине. Нарлитар давно хотел переехать и, похоже, это время настало.

– Я тебя согрею, - шепчет он.

И что мне делать? Только сдаться!

– Одно условие, Ани, - он отстраняется и берет меня за руку. – Сегодня я не стану препятствовать появлению наших детей.

– А…а ты препятствовал?

Дарстед не мог иметь детей. Он мог лишь обращать их. Но вот Нарлитар оборотнем не был…

– Конечно. Ани, тебе не нужны были дети, и я не позволил этому случиться. Но сегодня, - он целует меня, прикусывая зубами нижнюю губу, вызывая протяжный и тихий стон. – Сегодня я хочу, чтобы мы провели эту ночь без защиты.

Я просто киваю. Прячусь за его уверенностью и силой. Верю, что мы сможем дать малышу ту семью, какой не было у меня. Верю, что ребенок окончательно вырвет нас из лап прошлого и начнет новый виток жизни, теперь уже совместной.

– Моя умница, - он снова ехидничает, зная, что это и бесит и возбуждает одновременно. – Пошли. Сбежим с этой вечеринки.

И сбегаем. С приема, посвященного собственной свадьбе. Смеемся, наслаждаясь выражением лица Лэртина, который как раз поднимается по лестнице в зал. И выскакиваем на мороз. Мне на плечи ложится пиджак мужчины. И впереди – там, за метелью, нас ждет что-то новое. Светлое, теплое, счастливое.

Кажется, это называется семьей…

***

Спустя полгода

Я стою у окна, наблюдая за светлячками, резвящимися в траве. Ребенок тоже не спит. Толкается, заставляя меня улыбаться. В свете единственной свечи улыбка выходит жутковатой. Но я счастлива так, как никогда не была. Прикасаюсь к светлым волосами, вдыхаю цветочный запах. Глажу живот, чувствуя отклик малыша.

Как Нарлитар и говорил, это его ребенок. И мой. Наш.

– Ты чего не спишь? – он входит в комнату, бросает куртку на стул.