Чтение онлайн

Мишка склонил голову к плечу и задумался. Знакомый жест: именно так он обычно принимал решения, важные для своего возраста. С таким же выражением лица разговаривал по телефону с дедушкой, по которому безмерно соскучился, выбирал игрушку для самой лучшей девочки в группе, с той же серьезностью пытался выдуть соринку из маминого глаза, когда та плакала.

— Он будет твоим подарком на день рожденья? Или моим?

Ей пришлось резко выдохнуть и прикусить губу, чтобы сдержать слезы.

— Нашим, Миш. Ты хочешь такой подарок?

Малыш кивнул гораздо быстрее, чем она успела перевести дыхание.

— Хочу. Только насовсем. Я его потом не отдам.

И снова не оказалось сил сделать вздох: он говорил абсолютно искренне, и, всматриваясь в родные глаза, Женя вдруг поняла, что в немного нелепом заявлении мальчика воплотилось то, что ей самой не удалось выразить словами.

— Договорились, милый. Мы его вместе никому не отдадим.

— А можно я одену новую рубашку? Парадно-выходную? Чтобы ему понравилось?

Она все-таки заплакала, пугая сына судорожными всхлипами и отчаянными попытками сдержать эмоции.

— Мамочка? — его губы тоже дрогнули и носик смешно сморщился, только Женя даже не улыбнулась. — Ты из-за рубашки плачешь? Так я ее не запачкаю, честно-честно…

Света резко склонилась к нему, разворачивая к выходу из кухни.

— Мишутка, мама из-за лука плачет. Резала его — и в глазах защипало. Ты беги, переодевайся. Одевай свою новую рубашку, мама не против.

Он вопросительно глянул на Женю.

— Правда? Можно?

Та опять всхлипнула, кивая.

— Можно, милый. И не волнуйся: у меня и правда слезы из-за лука. Сейчас умоюсь — и все пройдет.

Мишка обрадовано умчался в комнату, а Светлана тут же накинулась на подругу.

— Немедленно прекрати рыдать!

И хотела бы успокоиться, но никак не могла это сделать.

— Ты понимаешь, что я натворила?! Мой ребенок беспокоится о том, что ему надеть, чтобы понравиться собственному отцу.

Света пожала плечами.

— Не вижу ничего ужасного. Однажды он озаботится, что надеть, чтобы впечатлить девушку, ты тоже будешь плакать?

— ЧТО??? Свет, с ума сошла? Ему пять лет!

Та хмыкнула, словно в ее заявлении не прозвучало ничего удивительного.

— Женя, я помню, как вас выписывали из роддома, когда ему исполнилось пять дней. И как ты рассказывала мне о самом лучшем мужчине, с которым познакомилась в ресторане … уже почти два раза по пять лет назад. Так что, не успеешь оглянуться…

Она была в общем-то права, но думать о таких отдаленных вещах все равно сейчас казалось неуместным. А вот в очередной раз переваривать собственные ошибки… Но Светлана, словно угадывая ее мысли, добавила:

— И что толку, что ты будешь бесконечно казнить себя за то, что уже невозможно исправить? Вам этого времени не вернуть, так проживите то, что отмеряно, иначе! Даже твой сын ведет себя умнее. Вон: побежал переодеваться. А тебе не помешало бы что-нибудь снять.

— Све-е-ета! — почти обессилено выдохнула Женя. — Ну что ты говоришь такое! Он болен!

— Угу, — подруга скептически пожала губы. — И мужчиной быть перестал… Наивная ты, Женька, как будто тебе шестнадцать лет, а не тридцать почти. Ну, ничего, надеюсь, он быстро прояснит, как его лучше лечить.

Увидев возмущенный Женин взгляд, с притворно-виноватым выражением лица вытянула вперед руки:

— Все, сдаюсь! Разбирайтесь сами. А Мишку, если что, присылай ко мне ночевать, — и тут же, смеясь, пригнулась, уворачиваясь от летящего в нее полотенца.

* * *

Он приехал значительно позже назначенного времени. Несмотря на уверения Жени о том, что не нужно никаких подарков, не смог с ней согласиться. Нет, это не было стремлением откупиться или компенсировать дорогой игрушкой потерянные годы. Но прийти с пустыми руками на первую встречу с собственным сыном казалось немыслимым.

Ему ни разу не приходилось покупать игрушки. Как-то сложилось, что в его окружении не было людей с маленькими детьми, и представить, что может нравиться пятилетнему мальчику, не получалось. Себя в этом возрасте он не помнил, а советам продавцов доверял не слишком. Оттого и стоял, вперившись глазами в полки детского магазина и пытаясь понять, какое же решение окажется правильным.

Бесчисленное количество машинок, конструкторы, какие-то роботы, всевозможные мягкие зверушки — они все были чем-то привлекательны, но ни одну из вещей не возникало желания удержать в руках. Посмотреть раз — и забыть. Не исключалось, конечно, что ребенок все воспримет иначе, но совершенно не хотелось ошибиться.

Антон пытался вспомнить, как выглядел … сын в их единственную встречу. Не лицо — внешность слишком сильно напоминала его самого, — какие-то иные детали, которые могли сейчас помочь. Курточка, ярко-синяя… задорный мальчишеский цвет. Вязаная шапочка с пушистым помпоном и изображением вертолета на эмблемке. Тогда очень долго цеплялся глазами за картинку, прежде чем двинуться вперед. Вертолет. Это что-то значило для малыша или оказалось случайным выбором? Спросить бы у Жени, но и дергать ее лишний раз не хотелось. То, что она сейчас переживает не меньше его, Антон не сомневался, и доставлять дополнительные хлопоты не видел смысла.

В собственном детстве таких игрушек не существовало, а если они и были, то где-то в другом измерении, не доступном даже для бизнесмена такого уровня, как отец. Взгляд задержался на довольно объемной коробке с множеством каких-то приспособлений помимо самого вертолетика. Неслышно подошедшая девушка-консультант начала негромко рассказывать о достоинствах заинтересовавшей модели. Он жестом остановил ее: собственный критический взгляд вполне позволял оценить прочность конструкции, а цена свидетельствовала о том, что вещь должна быть достаточно надежной.

— Для какого возраста Вам нужен подарок? — осторожно поинтересовалась продавщица.

— Пять лет.

Разочарованный вздох и отчего-то виноватый взгляд.

— Мне очень жаль, но эта игрушка для деток старше десяти. Ваш мальчик не сможет разобраться. Может быть, я предложу другое…

Отчего-то охватило раздражение. Откуда девица может знать, в чем разбирается его сын? ЕГО. СЫН. Эта мысль накатила леденящей волной, заставляя вздрогнуть и взглянуть на все происходящее немного иначе. Конструкция в яркой коробке может и была сложна для пятилетнего малыша, но какой мальчишка не хочет ощутить себя взрослее? Еще и представить, что его таким считают другие? И если данная штуковина на самом деле способна летать, он будет счастлив пояснить Мише все, что тот не сможет понять самостоятельно.