Чтение онлайн

Все неполная десятка с веселым гомоном ввалилась в первую попавшуюся таверну. «Хозяин» — прокричал Кагр и лучезарно улыбнулся ошарашенным постояльцам, сидевшим за огромными столами. Раскот потрепал друга по плечу, и, подмигнув Алони, громко засмеялся. Этот мир дарил радость. Необоснованную, бурную. Казалось все можно начать с начала.

Раскот

Мы расселись за огромным столом, вся поверхность которого была исщерпена ножевыми прорехами. Я посмотрел на северян, легко влившихся в нашу компанию и на Йожуча, который жестами объяснял Рики и Раки что-то. Причем что-то, судя по глупым ухмылкам друзей — орков, что никак не было обсуждением сущности бытия. Я повнимательнее присмотрелся к мелькающим рукам, но не смог ничего разобрать в этой мешанине. Снова посмотрел вокруг. Мы сидели в самом центре таверны. За, так называемым, волчьим столом, куда садились «новенькие». Чистая и очень опрятная таверна с широкими оконными проемами, в которых блестело настоящее стекло, навевали мысли о процветании этого мира. Публика была одета в опрятную и чистую одежду. Нигде не было видно попрошаек и больных. Этот мир явно был гораздо стабильнее нашего. Я обернулся к брату и хотел сказать ему об этом.

— Этот мир…

— Этот мир… — синхронно со мной произнес Ярк.

Алони, сидевшая между нами секунду смотрела на наши удивленные лица засмеялась.

— Кошмар! Вы уже даже думаете одинаково — прервав свой смех, сказала асхи.

Мы с братом переглянулись. Алони, наконец, ожила. Потеря отца выбила ее из колеи. Даже Кагр весело болтал с Фароком и Роволгом. Вдруг я ощутил на себе неприятное покалывание. Казалось, что кто-то облил меня какой-то липкой жидкостью в жару, а я полез сквозь кусты. Посмотрев по сторонам и не заметив ничего, интересного передвинул на поясе кистени. Вся наша компания заметила мое движение. Не прекращая беседы, каждый, невзначай, положил руку или на оружие или в непосредственной близости от него. Я обрадовано заметил слаженность действий и выдержку друзей. Мгновение спустя я увидел «путь». Четко, как не видел его никогда. Рыбкой нырнув под стол, заметил как моему примеру последовали и остальные. Благо стол позволил всей нашей девятке спрятаться. Окружающие удивленно воззрились на нас. Прошло мгновение и… ничего не случилось. Мы лежали под столом уже добрую минуту. Перед моими глазами находилась пятка Алони. Я невольно залюбовался ее стройной ножкой, которая через мгновение двинула меня в скулу. Не сильно, но обидно.

— Может встанем? — Произнесла асхи еще раз, пиная мое бедное лицо своей ножкой в изящных кожаных полусапожках.

— Милая! Мне так приятно наблюдать тебя в этом ракурсе! Именно ради этого я и залез под стол. — Съязвил я, уворачиваясь от очередного удара.

Вы не пробовали смеяться под столом? Вместе с девятью своими друзьями? Причем где-то в людном месте. И, причем каждый полностью доверял мне и не спешил вылезать из под стола. Мы смеялись с себя, с окружающих, которые наблюдали за нами. Были такие, которые последовали нашему примеру. Наши «подражатели» поднимались из-под столов и с раздраженным видом отряхивали одежду. Все, кроме мужчины с шрамом, пересекавшим лицо от левого виска до кончика губы. Он неотрывно смотрел на меня. Заметив, что я перевел на него свой взгляд, он кивнул. И…

Ярк

Мы сидели под столом. Но я верил брату. Всегда.

Рики

Казалось, сам воздух взорвался. Огонь был везде и всюду. Его пламенное дыхание охватывало тело. Я слышал крики окружающих. Вдруг меня, вместе со столешницей, подхватило и понесло на стену…

Раки

Тяжелый ботинок привел меня в сознание. Я удивленно смотрел на ногу, которая как-то неестественно медленно опускалась на меня. Мир вокруг, казалось, замер. Я резко перекатился и, невзирая на боль, прострелившую все тело, дернул приближающийся ботинок на себя…

Алони

СВЕТ!!!

Фарок

Ничего не помню…

Роволг

Кто-то на нас напал. После взрыва…

Ежуд

Мой рост спас меня. Я увидел, как Рики вместе со столешницей улетел к стене. Фарок без сознания лежал на земле. Раки сломал ногу одному из нападавших и отключился. Ярк был пришпилен к полу огромной щепкой, прилетевшей из зала. Надо мной стоял шатающийся Раскот, Кагр и человек со шрамом, из-за соседнего столика. Перед нами кружили около десятка каких-то субъектов в черных балахонах. В их руках сверкали длинные мечи с широкой гардой. Они попеременно нападали на ребят, но те, несмотря на контузию, после недавнего события, уверенно отражали удары. Раскот резко присел, и его кистень с противным «чмок» впечатался противнику в колено, заставляя того вскрикнуть от боли. Правда, его крик был тут же прерван молниеносным ударом клинка Кагра. Убитый, но еще не осознавший свою смерть человек откинулся назад, нарушая круговорот нападающих. Этой замешкой незамедлительно воспользовался наш нежданный помощник, который не отставал от моих друзей, уверенно орудуя двумя боевыми веерами. Быстро закрыв один веер из-за чего в его руке оказался длинный кинжал, он уколол противника в горло, заставив того выплеснуть струю горячей крови на, порядком пострадавший, пол. Второй рукой он ударил назад и режущие грани раскрытого веера, который я никогда не считал серьезным оружием, с невообразимой легкостью рассекли лицевую кость, превратив лицо нападавшего в ужасную кровавую маску. Пугал бы он, наверное, девушек своим страшным лицом. Если бы не одно но. Раскот всегда был очень милосердным. И в очередной раз, доказав свою человечность, он… ударил. И тут же кистень, с налипшим на него содержимым черепа по причудливой траектории прерывает жизнь еще одного «любителя неожиданностей». Шестеро оставшихся, довольно резво покинули зону поражения. Ну так они считали. Спустя мгновение на них полился смертельный дождь метательных звезд Кагра и шипов, вылетающих из рукояти многофункциональных вееров. Пять фигур замерли в живописных позах. Оставшийся в живых противник откинул с головы капюшон и осторожно положил на пол остатки стола, в котором глубоко засели снаряды. Нам предстало прекрасное лицо. Лицо эльфа. Холодные глаза, желтого цвета внимательно ощупывали нас. Я, с трудом, попытался вытащить кинжал из-за голенища сапога. Эльф, заметив мою попытку, лишь усмехнулся и вытянул из-за пояса два клинка, немного изогнутых у рукояти. Кагр, немного шатаясь, метнул звезду. Молниеносный удар изогнутого клинка изменил траекторию полета смертоносного снаряда и направил его обратно. Орк вскрикнул и осел на пол, зажимая глубокую рану на груди. Наш нежданный помощник переглянулся с Раскотом и они вдвоем кинулись вперед. Противник отступил, пораженный градом ударов, обрушившихся на него. Его клинки сливались в сплошную металлическую занавесу, стараясь успевать везде. Но он не мог соревноваться с двумя воинами, которые, казалось, были одержимы битвой. Не мог честным способом. Отпрыгнув в сторону, он сорвал с шеи фигурку, изображавшую волка и кинул на пол. И в тот же миг фигурка ожила. И выросла. Обычный волк казался бы маленьким щенком по сравнению с ним. Волк, воспользовавшись замешательством, которое он внес в ряды воюющих, рванулся вперед. Мощной грудью он сбил с ног мужчину со шрамом. Огромные челюсти метнулись вперед, чтоб ощутить теплую и нежную плоть…

…

В последнее мгновение я смог впихнуть веер в пасть этому чудовищу. Волк, опешив от наглости, отклонился назад и позволил вырваться, из под придавившей меня туши. Воздев свое бренное тело, существенно пострадавшее во время взрыва, раскрыл оставшийся веер. Мой «коллега» немыслимыми пируэтами заставлял эльфа метаться по всей таверне. Тогда я понял, что сдерживал его атаки своим присутствием. Но восхищаться мастерством молодого воина мне помешал негодующий рык. Волк, изъяв мешавший ему предмет, смотрел на меня такими же, как и у его хозяина глазами. В них читался ум. Это было не просто животное. И еще в них была злость. И обида. Он вновь кинулся на меня…

Алони

Удивленно открыла глаза. Вокруг был лес. Я расправила крылья и взлетела. Вдали виднелась голубое зеркало реки. Волнуясь о друзьях, я, как можно быстрее, полетела к реке.

Раскот

Эльф был очень быстр. И силен. Его атаки следовали незамедлительно. Но мой стиль боя «не читался» им. Он просто не мог правильно рассчитать движения моих кистеней. Проникнувшись симпатией к этому остроухому, решил обезоружить его. Кистени сплелись вокруг его клинков. И мы остались без оружия.

…

Смерть часто была рядом. Она была моей женой, моей любовницей. Она была моей жизнью. Я чувствовал ее дыхание. Я ощущал ее запах. Я слышал шелест ее одежды. Смерть всегда была со мной. Но никогда еще за свою пятисотлетнюю жизнь я не встречался с соперником, от которого так явно веяло смертью. Кроме доша. Случайное нападение на таверну обернулось ужасным разгромом. Девять моих соплеменников лежали мертвыми, а десятый стонал, со сломанной ногой. Лишившись оружия, я понял, что не смогу победить этого противника. Чтож. Пусть увидит, как может умирать свободный эльф.

Ежуд

Раскот кинулся вперед, стараясь достать до нервных окончаний на ногах противника. Эльф плавно ушел в сторону и ударил ребром ладони в горло. Вернее в то место, где был юркий парнишка. Раскот не хотел входить в темп. Тогда бы он убил противника. Но эльф был очень быстр. Стремительные удары рассекали воздух. Казалось, что у каждого из сражающихся, по крайней мере, три пары рук. Но мало кто мог сравниться с Раскотом в чистом бою. На лбу эльфа выступили крохотные бусинки пота.

Дверь таверны, чудом уцелевшая во время недавнего происшествия, слетела с петель. На пороге показалась асхи. Мгновенно оценив обстановку, она метнула молнию в волка, который опять стремился к заветной добыче. В воздухе резко запахло горелой шерстью. Но к удивлению гарпии, волк, пролетев сквозь весь зал, поднялся на лапы. Сотворенному магией существу тяжело было принести вред магией. Алони выхватила клинки и приготовилась встретить зверя. Но раздался протестующий крик и волк, обратившись в темной дымной тучкой, опять стал кулоном и повис на шее эльфа. Раскот, наклонившись над лежащим на полу созданием, сосредоточенно потирал, разбитые костяшки пальцев и смотрел на разбитую физиономию жителя лесов. Эльф хмуро произнес «Рабы дошей». Эта фраза все поставила на свои места. Раскот с яростью посмотрел на ушастого. Затем направился к Ярку. Вместе с мужчиной, чье лицо было пересечено шрамом, они сняли парня с пронзившей его щепки. К счастью, несмотря на ужасный вид, рана была не очень опасна. Раскот собрался, было обработать края, как его отстранил шрамированный. Он закрыл глаза и положил руку на рану Ярка. Великан задергался от мучившей его боли, не приходя в сознание. Раскот с трудом сдерживал себя на месте, наблюдая за мучениями брата. Спустя некоторое время, мужчина со шрамом убрал руки. Края раны затянулись. Но Ярк все еще пребывал в бессознательном состоянии. Излечивший повернулся к Раскоту и протянул руку.

— Хайлан — представился он.

— Раскот — проговорил парень, с искренней симпатией пожимая протянутую руку. — А ты не мог бы посмотреть на остальных?

Спустя некоторое время вся компания выбралась из места, которое, казалось адом на земле. Разбросанные в разных живописных позах тела людей, и их фрагменты, посеченные осколками. И реки крови. Бывшая ранее чистая и опрятная таверна приобрела кровавую атмосферу. Девять живых друзей, каждый из которых был осмотрен Хайланом и три эльфа. Один удивленно наступал на свою ногу, а второй все время держался за шею. Третий эльф тяжелым взглядом смотрел на окружающих. Раки радостно рассказывал Рики о его вхождении в темп. Фарок и Роволг молча шли за Ярком, который время от времени поглаживал живот. Ежуд увязался за Хайланом, а Раскот шел вместе с Кагром. Выйдя за территорию памятного места боя, все остановились. Эльфы, стоящие в стороне, смущенно переглянулись. Затем их предводитель молча протянул свои Раскоту клинки рукоятями вперед.