Чтение онлайн

– Я дома! – крикнул Иван, войдя.

Мгновение – и послышался топоток.

– Папуля! – Дочь врезалась в него и обняла. А уж когда заметила киндеры… – Папа, папочка! Ты самый лучший!

Восторженно пища, Васька стала распаковывать «иички». Точнее, «яички» – теперь она умела правильно выговаривать это слово. Да и не только это.

Теперь Василиса выглядела здоровой: ушла бледность, волосы стали гуще и красивей. Но, главное, она стала умней: впитывала новые знания как губка, допускала меньше ошибок в речи и реже зависала с пустым взглядом. Ее прописи заполнились рядками аккуратных букв, а агрессия исчезла как дурной сон.

Теперешняя жизнь напоминала сон чудесный. Иван и думать не думал, что приютит настоящего василиска, а тот начнет ему помогать. Сперва – деньгами, а потом еще и с Васькой. Ведь он, не веря, три дня не мог заставить себя сходить в антикварку, и все три дня в доме копилось богатство.

Бабка, продавшая ему петуха, больше не казалась ведьмой. Она стала феей-крестной, которая вручила ему золотоглазый дар. Василиск, что поначалу виделся монстром, стал незаменимым помощником и уже не вызывал столь дикого страха и отторжения.

Да, из-за него в квартире завяли и высохли все цветы. Да, при его появлении барахлила техника, а воздух становился более теплым и спертым. Но Васька хорошела и здоровела, и Иван, ловящий взгляд желтых глаз, чувствовал, как напряжение внутри спадает.

Прошла тоска по Алисе, больше не тянуло пить. И даже все, что он позже прочитал в Интернете про василисков, не испортило ему настроения. Иван ощущал себя Ньютом Саламандером, который зрит самую суть монстров и видит в них хорошее. Даже то, что Петя жрал птиц, собак и кошек, не виделось ему кошмарным. Естественный отбор, все дела. Сильный зверь пожирает слабых.

Главное, чтобы он не трогал людей.

И он не трогал. Иван очень просил его об этом.

Но неделя шла за неделей, а работы все не появлялось. Древние деньги, мятые бронзовые кубки и стеклянные браслеты – все, что василиск, подобно родственнику, литовскому змею Айтварасу, чуял в земле и приносил домой, – вскоре сошли на нет. Накопив на подушку безопасности, а, скорее, наволочку для нее, Иван понял, что ситуация становится критической.

Именно поэтому звонок одного приятеля стал приятным сюрпризом. Иван опешил, услыхав о вакансии на птицефабрике в соседнем районе их области. Потом задумался.

Корпоративный автобус, обучение и несложная работа. Упаковка куриного мяса, отбраковка некачественных частей…

И вроде бы супер, но жены дома нет. Кто присмотрит за Васькой? Не василиск же?

На счастье Ивана, на следующий день он наткнулся на соседку. Вера Павловна, дама, всегда справлявшаяся о здоровье Васьки, объявила о выходе на пенсию. Слово за слово, возмущение поступком жены, оханье о тяготах работы – и вот ему согласились помочь: заходить в будни, чтобы проверять, как Васька.

Что соседка увидит василиска, Иван не боялся: Петя был умной тварью, умел прятаться. Так Иван и устроился на работу.

Но проработал там лишь один день.

Сперва все казалось хорошо. Когда Иван прошел медосмотры и стал оформляться, выяснилось, что сначала он должен поработать в разделочном цехе. Там, где кур убивали.

От этой новости кольнула тревога. Но деваться некуда. И, пройдя инструктаж, Иван вышел на стажировку.

В ситуации виделся некий черный юмор: Курицын отправлял куриц на смерть. Подвешивал тушки за ноги, давил в себе жалость, смотрел, как в спецванну хлещет алая кровь… К концу дня ему уже мерещилось, что он весь пропитался кровяным духом. Душ чуть исправил дело, а усталость затуманила мозги. Поэтому, когда Иван зашел домой и увидел Ваську, играющую с василиском, он вяло улыбнулся и побрел в ванную.

Шипение за спиной заставило притормозить. А затем и вовсе обернуться.

Стук. Стук-тук-кр-р-рщт.

Хвост с набалдашкой скорпионьего жала простучал по полу. Клацнули зубы в клюве. А потом василиск вывернулся из рук Васьки и одним прыжком бросился на него.

Удар в грудь, давящая тяжесть и глаза, полные бешеной ярости.

Как ты мог? – вопрошали эти глаза, пока язык хлестал воздух.

Как посмел?!

Иван не мог заставить себя пошевелиться. Василиск не применял силу взгляда, ему было достаточно физической силы, и Иван вдруг остро осознал, насколько беспомощен он перед ней.

– Петя, пусти папу! – заверещала Васька, подбежав к любимцу. – Он хороший!

«Куриная кровь», – понял Иван.

Когда-то он читал, что василиск страшится зеркал и петушиного крика. Но это было враньем. Петька с достоинством шествовал мимо зеркал и порой красовался перед ними, топорща гребешок. Крик петуха его тоже не пугал – наоборот, василиск любопытно сунулся в комнату, когда Иван включил кукареканье на звонке телефона.

А теперь выяснилось, что он не просто интересуется петухами и курами. Похоже, он их любит. И тому, кто их обижает, будет очень-очень плохо.

– Пусти! – Васька шлепнула василиска по загривку.

Шипение стало тише. Посверкав глазами, тварь слезла с помятого Ивана и села в уголке: нахохленная, злая, бьющая пол хвостом… и страдающая.

– Плохой Петя! – крикнула Васька.

– Не плохой, – хрипловато сказал Иван, поднявшись.

Василиск поднял на него морду, моргнул глазищами. Настороженно замер.

– Просто у папы плохая работа, – добавил Иван. – Я это только сейчас понял. – И виновато улыбнулся: – Увольняюсь.

Перелом случился неделю спустя, Иван тогда устроился на халтурку при одном магазине. Он брел домой, когда на столбе трепыхнулся обрывок бумаги.

Иван встал и, не веря глазам, уставился на знакомую рожу, что лоснилась на остатке объявления о предвыборной кампании. Ниже стоял пафосный девиз, которым новоиспеченный кандидат в депутаты обещал электорату прекрасную жизнь.

– Мразь! – выплюнул Иван, сдирая бумажку.

«Испоганил жизнь мне и куче народу, а теперь притворяется белым и пушистым? Хочет большую депутатскую пенсию?»

Иван заставил себя пойти дальше. Было ясно, что экс-шеф тупо хочет заграбастать побольше бабла. По слухам, что ходили на работе, гад и без того жил в одном из самых крутых коттеджных поселков.

Когда Иван пришел домой, настроение стало еще поганей, стоило только увидеть облезлые обои, древнюю тумбочку и свое измученное лицо в зеркале. А кто-то, пока он пашет как проклятый, катается сыром в масле…

В прихожку, цокая когтями, сунулся Петька и прошипел приветствие. Лампочка под потолком тут же лопнула, осыпавшись на Ивана дождиком стекла, простонал от скачка напряжения многострадальный холодильник – и электричество вырубилось.