Чтение онлайн

– Да жеваный крот! – выругался Иван, стряхивая с себя осколки.

Как же все вовремя, все как всегда! Ну почему, по-че-му это происходит с ним?!

– Брысь! – шугнул Иван василиска, и тот отскочил, сбив по пути тяжеленную тумбу.

Он был уже большой мальчик. Очень большой.

Отъевшись на местных харчах, Петька стал размером с молодого льва. Он давно катал Ваську на своей бородавчатой спине, и та попискивала от восторга. Да при желании и сам Иван мог бы его оседлать. Смутное беспокойство по поводу зверя шевелилось на краешке сознания, но дальше не шло. Василиск продолжал быть добрым, и новости пугали Ивана гораздо сильнее.

Вот и сегодня, наладив электричество и опустившись в кресло, Иван включил телик – глянуть какой-нибудь боевик про честных ментов. Однако во всю ширь экрана вспыхнула знакомая физиономия.

Иван выругался.

Корреспондент брал интервью у кандидата, сидя в его саду. Рядом, совсем как Петька, положивший морду на Васькины колени, дремали три добермана.

– Сволочь… – прошипел Иван, с гневом и завистью глядя на владения недруга. Потом переключил канал.

Большая рожа сменилась двумя поменьше: сериальные бандиты составляли план, как обчистить дом какого-то богатея. В это время Петька зевнул, и изображение, мигнув, застыло. По экрану пробежала молния-помеха, и, кажется, эта молния ударила в Ивана. Потому что он обернулся на василиска, выпучив глаза.

Ибо его только что осенила безумная – и блестящая – идея блюда, которое следует подавать холодным.

Иван придумал месть.

Ивану везло. Кажется, так бывает, когда судьба наконец-то поворачивается передом, а не смердящим задом. Мимолетная мысль воплотилась в план.

Сперва Иван выяснил, где обитает враг. С учетом ТВ и газет это оказалось нетрудно. Далее предстояло разведать или предположить, хотя бы в общих чертах, какая там защита. А как ее обойти – другой вопрос.

Несколько дней Иван обкатывал действия в голове. Прикидывал, высчитывал, наблюдал… Даже подслушивал. В итоге особо важную информацию дало ему именно подслушивание – случайное, в очереди: Иван услышал знакомое имя, увидел двух кумушек и вскоре узнал все, что нужно. Как выяснилось, одна из теток была уборщицей, что обслуживала несколько домов коттеджного поселка. Вот и делилась с подругой, что, мол, хозяин послезавтра уматывает в командировку, может, какой сувенир привезет.

«Послезавтра», – улыбнулся Иван.

Он продолжал улыбаться, придя домой. Обнял дочку и весело посмотрел на василиска.

– Ну что, друг Петька? Готов поработать со мной?

В глазах твари отразилось вселенское спокойствие.

У горизонта пряталась гроза. Она тянула из «гнилого» угла неба лиловое, облачное крыло, похожее на крыло василиска, и была готова вот-вот расправить его во всю ширь. Впрочем, настоящий василиск тоже был готов, как и сам Иван, ведущий наблюдение у дороги.

Скоро по брусчатой дорожке пройдет знакомая фигура. Оставит за спиной забор, увенчанный камерами, дом под сигнализацией и троицу лютых собак. Сядет за руль в джип, не признавая ни водителей, ни бодигардов, и помчится в аэропорт. А в особняке, который он не желал делить ни с бабой, ни с детьми, станет тихо и пусто.

Хотя нет. Не пусто.

Ведь богатства останутся.

– Пора, – шепнул Иван, когда вечер перешел в раннюю ночь.

Василиск тихо кукарекнул и подставил спину.

Они взмыли в воздух так, что у Ивана перехватило дух. Желудок подскочил к горлу и рухнул обратно, а пальцы, не будь они в перчатках, изодрались бы о чешуйки василиска.

Полет длился недолго. Вскоре Иван увидел, как впереди мигнули и погасли камеры на заборе. И когда незваные гости приземлились на нужном участке, первыми, кого они увидели, были собаки, которые замерли на подступах к саду.

Они успели справиться с потрясением, раскрыть пасти и приготовиться к прыжку, но тут василиск повернулся – и все стало неважно. Петькины глаза блеснули расплавленным золотом, и собаки, окаменев, упали на траву. Установленные на некотором расстоянии камеры тихо треснули. Кое-где показался дымок, погасли красные огоньки у далеких дверей и окон.

– Хороший мальчик, – похвалил Иван, хлопнув василиска по загривку, и пошел к дому.

Вся электрика сдохла, защита спала, но сигнал об этом вполне мог поступить на пульт какой-нибудь охраны. Минут через двадцать может запахнуть жареным.

«А может, мне снова повезет. Может, магия василиска так уничтожает электрику, что никто об этом и не узнает!» – подумал Иван. Внутри поселилась бесшабашная радость, приправленная нехилой злостью.

У него есть василиск. Все будет супер.

Иван оглянулся. Василиск, обойдя застывших собак, облюбовал первую и склонился над ней.

Влажный хруст, всплеск, чавканье.

Щелк-щелк секатором-клювом.

Не чувствуя угрызений совести, Иван покрепче перехватил монтировку, взломал дверь, включил фонарик и отправился на поиски. Скоро он снял маску и с наслаждением вдохнул воздух. И пусть люди на картинах смотрели на него с осуждением, самочувствие Ивана было прекрасным. Сейчас он ощущал себя победителем.

Враг, привыкший сорить деньгами в городе, сорил ими и дома: Иван трижды подбирал пухлые пачки с кресел и столиков, пока луч фонаря не высветил Его.

Иван остановился. В доме нашлось полно диковин, оружия на коврах, но забирать это было себе дороже. Иван сразу решил, что будет брать только деньги. Но это…

– Яйцо Фаберже, – прошептал Иван.

Это было чудесное яичко, что покоилось в раскрытой шкатулке под стеклом. Золотое, с инкрустацией и портретами семьи Романовых. Несказанно прелестное.

И такое чудо не в музее?

«Ворюга. Это он ворюга, а не я!»

Яйцо вполне могло оказаться подделкой, но эту мысль Иван отмел. Слишком уж оно было красивым, манящим.

Витрина наверняка находилась под сигнализацией. Но она, как и везде в доме, была выведена из строя.

Иван облизал губы. Взял статуэтку какой-то богини, и…

Брызнули осколки витрины. Иван взял яйцо и стал рассматривать под лучом фонаря. Вот бы показать Ваське! Искушение забрать его было велико. Оно давило, погружая в безумие, а от мысли о том, как бы ему хотелось увидеть морду босса, когда тот обнаружит пропажу, захотелось захохотать – что Иван и сделал.

А потом из-за спины ударил свет, и знакомый голос сказал всего одно слово:

– Так.

Иван окаменел.

– Ребят, меня и правда грабят. Это хорошо, что я вещицу забыл, – продолжил голос, а потом рявкнул: – Повернись, или стреляю!

Держа яйцо в онемевшей руке, Иван медленно обернулся.

В паре метров от него стоял экс-шеф, у ног которого горел автофонарь. Около уха – гарнитура, в руках – ружье.

– Та-ак, – весело протянул шеф. – Знакомые все лица!

Ивана бросило в жар.