Чтение онлайн

Складывается парадоксальная ситуация: именно в тот момент, когда большинство граждан понимает, что их в очередной раз надувают, именно тогда, когда Путин начинает вызывать уже не только сомнения, но и растущее раздражение, - его избирают президентом.

Игра сделана. Или нет?

Аналитики почему-то убеждены, что человек, победивший на выборах 26 марта, будет нами править следующие четыре года. Или даже восемь. Хотя элементарный опыт свидетельствует, что так не бывает. У нас пока было два президента, и ни один из них до конца своего срока не досидел. Ельцину не хватило каких-то полгода. Горбачеву повезло меньше - он и полутора лет не продержался.

Ну почему мы считаем, что Путин окажется счастливее Горбачева? Неужели не помним, что досрочной отставки Ельцина стали требовать чуть ли не через два месяца после его повторного избрания? Да и вообще - всю свою президентскую жизнь Ельцин только и делал, что отбивался от попыток себя сместить. Три попытки импичмента, два переворота - это только то, что мы знаем. А сколько политических кризисов, заговоров и склок не дошли до столь драматичного финала. Ельцин выдержал - благодаря своему удивительному инстинкту власти. Благодаря уникальному партийно-советско-антисоветскому опыту. Но Путин - не Ельцин. Он этими качествами не обладает. А главное, у него просто не будет времени, чтобы научиться.

Потому и торопились кукловоды с отставкой Ельцина, что прекрасно знают: полномасштабный кризис начнется почти сразу после досрочных выборов. И война - лишь один из факторов. Главное же - падение цен на нефть, новое ослабление рубля, обострение социальных противоречий. И новый приступ борьбы за власть в самом кремлевском аппарате.

Вместо предисловия

Жанр политической фантастики востребовала жизнь. Перед вами рассказ именно этого жанра. Где все события и имена вымышлены.

А жизнь - нет. Как-то все странным образом совпадает. Удивительно: стали сбываться только самые страшные предчувствия…

И все же вот вам рассказ.

И пусть он воспринимается не как руководство к действию, а как повод для размышления, кто мы и что мы. Как мы привыкли жить страстями, но - низменными.

Отдел гуманитарных проблем

Никогда не был поклонником детективного жанра. Ненавижу разгадывать пазлы… Но все, что происходит у нас в стране за последние месяцы, напоминает стандартный детективный сюжет. Хочешь или нет, а приходится задумываться. Из обрывочной информации, просачивающейся на страницы газет, из оговорок и недомолвок начальников начинает складываться определенная картина. Странные вопросы о московских взрывах, утечки из спецслужб, противоречия в официальной информации… Все это вместе наводит на определенные выводы.

Во многом мы уже разобрались, но не во всем. Ясно, что война на Кавказе началась как договорная, ясно, что чеченских полевых командиров кинули: о большой войне с ковровыми бомбардировками не договаривались. В общем, ясно было и то, что взрывы домов в Москве не могли бы произойти, если бы кто-то в самой российской политической элите не захотел этого.

Но это еще не вся история. Информация по частям проскальзывала в газете «Версия», в «Новой газете», в лондонской «Индепендент», в журнале «Профиль», в Интернете. Понемногу кусочки пазла складывались. Но каких-то деталей, как и положено, недоставало. Они начали проясняться лишь к январю, когда Березовский и Чубайс окончательно поссорились. И одновременно начали рассказывать свою версию событий некоторые из их непосредственных участников.

Встреча на Лазурном берегу

Еще летом в газете «Версия» появилась информация о встрече Волошина с Басаевым во Франции. Встреча эта произошла не в Париже, как потом писали некоторые издания, а на средиземноморской вилле арабского миллионера Аднана Хашогги. Вилла эта находится под наблюдением французских спецслужб, которые и засекли на ней необычную активность. Начинался Russiagate, и французские «органы» организовали утечку.

Когда сведения о тайном совещании просочились в печать, Хашогги заявил, что на него возводят напраслину. Но во время переговоров самого его, в любом случае, на вилле не было. А вот главные участники встречи от комментариев воздержались.

Волошина встречал во Франции Антон Суриков, бывший сотрудник армейских спецслужб (если, конечно, среди них бывают «бывшие»), ранее курировавший братьев Басаевых в Абхазии. В «примаковский» период Суриков работал в штате правительства РФ. Несмотря на это, у него сложились нормальные рабочие отношения с людьми Волошина.

Когда после публикации кто-то из иностранных журналистов попытался расспрашивать Сурикова про встречу на Лазурном берегу, Суриков отшутился, что он вообще за границей никогда не был, а уж во Франции - тем более. Странное дело, но за несколько месяцев до того вся страна могла видеть его в Вашингтоне - в обществе Маслюкова и Камдессю. А во Франции наш герой был по крайней мере дважды. Первый раз в декабре 1994 года. Второй раз - летом 1999-го. Вылетев самолетом «Аэрофлота» в Париж 23 июня, он вернулся рейсом из Ниццы почти месяц спустя - 21 июля.

В данном случае решающее значение имели, конечно, не контакты отставного правительственного чиновника Сурикова с главой администрации президента, а опыт совместной работы разведчика Сурикова с братьями Басаевыми. Причем не только с Шамилем, но и с младшим братом - Ширвани. К моменту появления Сурикова в Абхазии Шамиль уже имел определенный стаж работы в системе ГРУ. Ширвани был еще начинающим.

Старые связи никогда не прекращались, и взаимное доверие сохранялось, несмотря на все перипетии чеченского конфликта. Потому, когда людям из Кремля потребовался надежный посредник, найти его было несложно.

Глава администрации президента имел к главе чеченских боевиков очень серьезное и срочное дело. Вилла была тщательнейшим образом защищена от прослушивания. Заглушку поставили капитально - по всей округе начались неполадки с мобильными телефонами. Однако участники встречи не знали об одной из особенностей системы. Она, конечно, блокировала наружное прослушивание, зато обеспечивала внутреннее.

Волошина волновали ситуация в России и проблема передачи власти. Лужков представлял страшную угрозу, а его альянс с Примаковым был уже делом решенным. Надо было их остановить, а сделать это можно было одним-единственным способом - резко изменив политическую ситуацию и правила игры. Конфликт с внешним врагом - вот что требуется. Басаева тоже интересовала власть, но не в России, а в Чечне. При нормальном развитии событий в республике возрастало влияние законного президента Масхадова. Другое дело, если разразится маленькая война, кризис. В этом случае решающее слово будет за полевыми командирами типа Басаева. Но, разумеется, речь не должна идти о большой, полномасштабной войне: тогда опять чеченцам понадобится нечто вроде настоящей армии с эффективным генеральным штабом, а это как раз дело Масхадова.

Короче, маленькая войнушка, пограничный конфликт, представление с фейерверком. Большая игра в казаки-разбойники с привязкой к местности… Почему бы и нет?

План действий был в общих чертах согласован. Сначала небольшая стычка в Ботлихском районе. Затем Басаев, заняв Новолакский район, совершает оттуда набег на Хасавюрт, причем поддержку ему окажут карамахинские «бородачи». Пограбив Хасавюрт, отряд Басаева совершит налет на Кизлярский гидроузел, устроит там небольшую диверсию, после чего рванет на Моздок. После этого в дело будет введена российская армия, которая с боями «вытеснит» басаевцев из России и, преследуя неприятеля, войдет в Чечню. Все это займет достаточно большое время, чтобы страна ежедневно могла жить военными сводками об освобождении территории (пропагандистская заготовка, совершенно не к месту использованная потом в Чечне). Тем временем в Москве произойдет передача власти - новым премьером станет генерал Александр Лебедь. К декабрю он начнет исполнять обязанности президента.