Чтение онлайн

— Дурочка ты наша! Радуйся! — Света снова приобняла Веру и похлопала по плечу. — Кто-кто, а ты заслужила это! Чистая невинная душа — муху жалеешь пришлепнуть! У вас с Пашей теперь своя семья. Никого в нее не впускай, слышишь? Вы сами себе советчики! И, главное, будь всегда с мужем рядом.

— Мне нужно бежать! Игорь ждет у подъезда. — Марина смотрела на подруг виновато. — Света, если хочешь, мы можем тебя подвезти.

— Не знаю, — растерялась девушка. — Мне тоже, вообще-то, сегодня нужно еще в одно место заскочить до вечера.

— Езжайте, езжайте! — улыбнулась Вера. — Теперь адрес вам известен, надеюсь, почаще забегать ко мне будете.

Лифт уже поехал вниз, а она еще несколько минут стояла на площадке. Слушала, как шумит, удаляясь, кабинка, щелкает на каждом этаже механизм. По ногам пробежал сквозняк.

Подруги побыли в гостях совсем недолго, так толком и не поговорили. Вера даже немного позавидовала им. У Светланы жизнь как ураганный ветер — она нигде подолгу не задерживается, стремительно летит вперед, словно боится пропустить что-то важное. Одно время они часто собирались у нее дома, и подруга очень смешно изображала застигнутых врасплох людей перед очередным интервью. Еще со школьной скамьи за ней закрепилась кличка Шрайбикус, но теперь ее уже никто так не называл. Вера вспомнила об этом и улыбнулась.

На столе остались фрукты и початая бутылка «Асти». Вере не хотелось убирать, пусть ненадолго сохранится атмосфера прихода подруг. Она вышла на балкон и настежь распахнула окно.

Свежий ветерок обдувал лицо. Ребенок зашевелился. Вера приложила ладонь к животу, почувствовала приятные плавные движения. Легкие поглаживания успокоили малыша, тревожность ушла. На горизонте синей туманной полосой виднелся лес. Даже через стекло ощутимо припекало солнце. Вера облокотилась на подоконник и с интересом рассматривала играющих на площадке детей.

Неожиданный сквозняк растрепал ее волосы и обдал холодком. Балконная дверь с шумом захлопнулась. Неужели Паша вернулся? Хотя навряд ли, он предупредил, что задержится сегодня. У свекрови есть ключи, но она никогда ими не пользуется, всегда звонит в дверь. Некоторое время в раздумье она еще стояла у открытого окна, потом прикрыла форточку и вышла.

Бутылки возле вазы с фруктами не было. Вера засомневалась: вроде бы она ее не убирала. На всякий случай заглянула под стол. Ничего не понимая, она прошла в спальню и ахнула. В прикроватной тумбочке копалась блондинка в короткой юбке. Она вздрогнула от неожиданности и едва не выпустила из рук бутылку «Асти». Страх тут же сменился искренним удивлением.

— Ты?

— Да, я, — пришла в себя Вера, узнав в девице Леру. — Ты как сюда вошла?

— Нормально! — сказала сама себе девушка и с ногами устроилась на постель. Изящные «лабутены» улеглись на декоративную подушку. Она не спеша отхлебнула из горлышка вина и, сложив по-деловому руки на груди, уставилась на Веру, требуя объяснений. — Я так понимаю, вы тут живете? У нас такого уговора не было! Хорошо обжились, я смотрю! На нашей кроватке с Пашкой спите? Совесть не мучает?

— В смысле на нашей кроватке? Это съемная квартира, при чем ты здесь вообще? — вспылила Вера и дернула за край покрывала. — Ноги свои убери!

— Ой-ой! А мы еще и злиться умеем? — иронично произнесла Лера, скинула обувь на пол и забросила ногу за ногу. — Узнаю Пашку! Наплел тебе, что квартира съемная? Мне, значит, деньги исправно шлет, а тебе лапшу на уши вешает. А я-то думаю, почему он не хочет квартирантам плату поднимать!

— Неправда! Он же по рекламе звонил, квартиру искал…

Вера в растерянности опустилась в кресло. От волнения не хватало воздуха.

— Конечно, искал, а потом нашел! — рассмеялась Лера. — Всю эту мебель в квартире мы покупали вместе с ним на подаренные деньги, кровать в том числе. За эти годы здесь абсолютно ничего не поменялось! Даже замки прежние! Честно говоря, я даже не надеялась дверь открыть — столько времени прошло. Хотела с жильцами переговорить, чтобы съехали, решила вернуться в Минск. Мне жить негде. В конце концов, я здесь прописана, имею полное право! Да ладно, не расстраивайся ты так! Можете же у родителей пожить временно. Паша все равно собирался что-то подыскать.

— Мы, значит, у родителей, а ты здесь? — Вера заходила по комнате. Резко потянул низ живота. — «Собирался что-то подыскать!» И откуда у тебя осведомленность такая? Я еще ничего не знаю, а ты знаешь?

— Паша мне сказал. — Лера порылась в сумочке и извлекла оттуда пачку сигарет. — Я покурю на балконе, ты не против?

— Он тебе звонит? — глухо спросила Вера. Неприятное волнение шевельнулось в груди и отозвалось учащенным сердцебиением.

— Ну да, — промычала Лера, перекатывая сигарету губами и по-хозяйски копаясь в тумбочке в поисках зажигалки. — Ревнуешь?

— Вот еще! — как можно естественнее ответила Вера. — Тебе лучше уйти, заодно и покуришь там, внизу. Я не хочу дышать никотином! Это вредно!

— Ну да, вредно! — сузила глаза Лера. — Я и пяти минут здесь не нахожусь, а меня уже тошнит от правильности. Как же вы друг другу подходите! Да ладно, дверь прикрою за собой, и де-лов-то! И чего это я перед тобой тут распинаюсь?! Разрешения спрашиваю? Это моя квартира, а ты здесь никто и указывать мне не будешь!

Вера не ответила. Она чувствовала, что сейчас разрыдается от беспомощности и досады. Она развернулась и пошла в ванную комнату, включила холодную воду. «Нельзя позволить этой девушке надо мной издеваться. Лера не должна видеть мою слабость. — Вера присела на край ванны. — Ответить ей грубостью и выставить из квартиры? Но это не в моем характере — опускаться до уровня хамки. Почему Паша соврал? Почему он так поступил?» Слезы душили, и она не смогла их сдержать, увеличила напор воды, чтобы не было слышно…

— Ты там сильно не реви! — голос Леры звучал издевательски. — Я пойду, меня такси ждет. Можешь меня не бояться, выходи!

В кухне еще стоял горьковатый привкус табачного дыма, смешанный с терпкими духами. Вера тяжело опустилась у окна на стул. С крыш вовсю капало, а по асфальту бежали ручьи. Она долго рассматривала играющих на площадке детей. Постепенно пришло успокоение. «Ведь ничего такого страшного не произошло. Паша хотел сделать лучше. Здесь мы, по крайней мере, одни. Наверное, ему неприятно было скрывать, что эта квартира раньше принадлежала им с Лерой, — рассуждала Вера, восстанавливая в памяти разговор с мужем. — Он так убедительно врал мне о том, как нашел жилье в элитном доме…»

Она уже задремала, сладкая истома разлилась по всему телу. Звонок мобильного телефона заставил вздрогнуть. На экране высветилась фотография матери. Вера сняла трубку.

— Вы что, уже спите так рано? Долго трубку не берете, — в голосе Нины Ивановны чувствовалось недовольство. — За день так ни разу и не позвонила, я же волнуюсь!

— Мама, я одна дома, просто уснула, — грустно ответила Вера. — А утром я же с тобой разговаривала, поздравляла с праздником.

— И сказать тебе уже ничего нельзя. А где твой муж? Сегодня же выходной вроде?

— Такая у него работа, — вздохнула Вера.

— Поссорились? — не унималась Нина Ивановна. — Это еще что за дела такие, что беременная жена одна дома сидит, тем более в такой праздник?

— Мама, я ему доверяю! Он действительно работает.

— Одна уже сбежала от него, может, и правильно сделала. Кто знает, что там у них произошло! — продолжала женщина.

— Сегодня приходила Лера, открыла своими ключами замок и вела себя здесь как хозяйка. — Вера расплакалась. — Вернее, она и есть хозяйка этой квартиры, понимаешь? Паша меня обманул!