Чтение онлайн

– Да, я подумала, что ты предпочтешь держать все какое-то время в тайне, поэтому сказала, что мы просто возьмем такси, - сказала Дженни.
– Я знаю, Дейзи хотела, чтобы все было на высшем уровне, но будет лучше, чтобы нас не видели все время вместе.

– Ты слишком сильно переживаешь, - ответил я.
– Никто не придаст этому значения. Я просто нахожусь на экскурсии с сотрудником. В худшем случае, они выяснят, что ты, оказывается, моя сводная сестра.

– Нет, в худшем случае, они заметят, как я смотрю на тебя, и поймут, что между нами что-то происходит.

– Ну, тебе просто придется контролировать похоть и желание в своих глазах, пока мы находимся на публике, - пошутил я.

Дженни улыбнулась, но только после того, как оглянулась вокруг, чтобы убедиться, что никто не слышал. Жители Нью-Йорка редко обращали особое внимание на чужие разговоры. До тех пор, пока вы не сталкивались с ними, они даже не замечали вашего существования.

Мы сели в такси и быстро приехали на стадион. Я слышал слухи о том, сколько стоило построить этот стадион, и был поражен, когда мы подъехали к нему. Значительная часть денег, видимо, ушла на покупку земли в центре города, но, несмотря на это, стадион был ничуть не хуже, чем многие новые в Европе. Он был лучше, чем стадион, на котором я играл в настоящее время, и которому на данный момент было более сотни лет.

Сотрудники стадиона уже ждали нас, поэтому ушло всего несколько минут, чтобы пройти через охрану.

– С чего бы ты хотел начать?
– спросил Дженни.
– Я не знаю, что для тебя важнее всего. Раздевалки? Фитнес-центр? Медицинский центр...

Она замолчала и посмотрела вниз на свои ноги, вспомнив, что эта экскурсия ненастоящая, что из-за моей опухоли этот переход не произойдет.

– Раздевалки не так уж важны, - сказал я, - а фитнес-центры на стадионах редко используются, потому что большая часть упражнений будет сделана на отдельном учебно-подготовительном комплексе. Есть только две вещи, которые меня действительно волнуют. Вид болельщиков и ощущение, когда выходишь на поле.

– Ладно, начнем с трибун, - сказала Дженни.

Она достала клочок бумаги из своей сумочки и развернула его.

– Это что, схема стадиона?
– спросил я, слегка посмеиваясь.

– Эй, я не была здесь раньше, - сказала Дженни.
– Для меня все это так же в новинку, как и для тебя.

– Следуй за мной, - сказал я, направляясь к ближайшей лестнице, ведущей к трибунам.

Мы вышли позади ворот, находящихся недалеко от трибун.

В Англии наиболее востребованными местами являлись те, которые находились ближе всего к секции приезжих болельщиков. Атмосфера вокруг этой секции, как правило, была напряженной, так как обе группы болельщиков взаимно оскорбляли друг друга посредством «песен» и в целом делали все максимально неприятным для команды соперника.

В США было немного выездных фанатов из-за огромных расстояний, которые большинству команд приходилось преодолевать, чтобы сыграть, поэтому выездные фанаты, как правило, не были склонны общаться с домашними болельщиками. Они никогда не полетели бы в Европу: не прошло и минуты, как там произошли бы огромные драки и бунты.

Я сел на одно из мест и взглянул на открывшийся вид. На стадионе была выдвижная крыша, и, куда бы вы ни посмотрели, все напоминало, сколько было потрачено денег на его строительство, учитывая комфортабельные кресла с подставками для еды, будто они действительно служили людям, которым хотелось поесть на стадионе.

Сравнивать этот стадион с европейскими, было, пожалуй, немного нечестно. Этот стадион вмещал не более сорока тысяч человек, возможно меньше, в то время как новые европейские стадионы были значительно больше.

По крайней мере, это был специально построенный футбольный стадион. Я ненавидел те, где футбольное поле или, хуже того, бейсбольный стадион, были временно превращены в футбольное поле на несколько игр. Ты всегда мог видеть оригинальные линии на поле, и это просто казалось неправильным. Футбол, возможно, был не очень популярен в США, но «Нью-Йорк Юнайтед» прилагали массу усилий, чтобы изменить это. Мне пришлось напомнить себе, что я в любом случае не перейду сюда, и неважно, насколько отличным являлось это сооружение.

– Давай посидим немного, - сказал я Дженни.

Она выглядела несколько неловко, стоя у сидений, и я задавался вопросом, была ли она когда-нибудь на спортивных мероприятиях, не говоря уже о футбольной игре.

– Это поле больше, чем я ожидала, - сказала Дженни, садясь.

Мы находились в тени, но сегодня был очередной влажный нью-йоркский день, и Дженни уже было жарко.

– Да, поля для соккера, как правило, больше, чем поля для футбола, поначалу это сбивает людей с толку. Это поле не такое большое, как то, на котором я играю в Англии, но, тем не менее, приличного размера.

– Разве нет установленного размера для полей?
– спросила Дженни.

Я покачал головой.

– Нет, не совсем. Они должны быть определенных габаритов, но существует довольно много вариантов. Когда мой клуб играет против небольших команд в кубковых соревнованиях, мы играем на каких-то неровных площадках, где больше грязи, чем травы. У первого английского клуба, за который я играл, было плохое поле. На стадионе было только десять тысяч мест, и он был наполовину пуст большую часть времени.

– Я помню, ты говорил, что играл в Англии в течение трех лет. Полагаю, прежде чем пойти туда, тебе сделали операцию головного мозга, вот почему тебя там не было весь четырехлетний период.

Я кивнул и улыбнулся, когда вспомнил свою оговорку во время кофе.

– Да, ты права. После лечения мне потребовалось некоторое время, чтобы восстановить свою физическую форму, поэтому мне пришлось подписать контракт за меньший клуб, а не за команды Премьер-Лиги, которые изначально заинтересовались мной. Я быстро продвигался вверх и, в конечном итоге, все равно перешел в лучшую команду, поэтому, думаю, все сработало. Команда, за которую я играл, в итоге была переведена в низшую лигу, не попав больше в Премьер-лигу.

– Почему команды переводят в низшую лигу?
– спросила Дженни.

– Они под конец оказываются в тройке худших, - ответила я.
– У нас пока нет всех этих «продвижения и понижения», как в американском спорте, так что это довольно сложная концепция, чтобы ты разобралась. Хотя мне она нравится. Это держит все команды в напряжении. У каждой команды есть что-то, за что она играет. Тебе придется изучить все эти вещи, если ты продолжишь работать на «Нью-Йорк Юнайтед».

– Не думаю, что они продержат меня еще после того, как этот кавардак с передачей не сработает. Кроме того, я немного знаю о футболе. Не с деловой точки зрения, но знаю, как играть в эту игру.

Я смотрел на Дженни и в недоумении поднял брови.

– Ты знаешь о футболе?

– Тебе не стоит так удивляться. Я же не полная идиотка.

– Я никогда не считал тебя идиоткой, но не думал, что тебе хоть немного нравится футбол.

Дженни пожала плечами.

– Я выучила основы, когда впервые встретила тебя. Я хотела однажды удивить тебя своими познаниями, но потом... ну, ты знаешь.

– Да, знаю. Ну, теперь ты можешь удивить меня. Как насчет теста? Я знаю, тебе нравились они, ведь ты была отличницей и все такое.