Чтение онлайн

От персов был только сам Баресманас. Антонина знала, что именно персы попросили провести встречу в очень узком кругу. Только одно это свидетельствовало о серьезности их подхода к обсуждаемому вопросу. Антонина сконцентрировалась на последних словах посла.

–  И таким образом я должен предупредить вас еще раз, - с самым серьезным видом заявил Баресманас.
– Не думайте, что вмешательство Рима в текущие внутренние дела Персии пройдет бесследно. Ваши шпионы должны были уже доложить вам, что наше государство находится на грани гражданской войны. Я, кстати, считаю, что нет. Но если это и так, арии объединятся при угрозе римского вторжения.

Мышцы лица посла расслабились, суровость сменилась улыбкой, которая, несмотря на сложившуюся ситуацию, оказалась теплой. Антонина поразилась такой перемене в Баресманасе. С другой стороны, как подозревала Антонина, это дружелюбное лицо - и есть истинное лицо человека, который надевал маску суровости, произнося речь.

–  Конечно, нельзя исключать, что мои суровые слова излишни. Я не хотел показаться грубым. В конце концов, Рим известен своей мудростью не меньше, чем военной мощью. Вполне может статься - даже вероятно, - что мысль о вторжении в Персию никогда не приходила вам в головы.

Посол произвел на Антонину должное впечатление. Баресманасу удалось произнести последнее предложение с абсолютно спокойным и невозмутимым выражением лица. Конечно, заявление было нелепым. На протяжении последних пятисот лет ни один римский император не прожил и трех дней, не думая о нападении на Персию. Нет необходимости упоминать, что и противники занимались тем же самым.

Антонина склонилась к Велисарию.

–  Что происходит?
– прошептала она на ухо мужу.

–  Что и обычно, когда персам требуется новый император, - ответил Велисарий также шепотом.
– Самый подходящий кандидат после смерти Кавада Хосров. И он уже официально провозглашен императором. Но, очевидно, его сводный брат Ормузд не смирился с таким положением вещей. Хосров прислал сюда Баресманаса, чтобы предупредить нас: Риму не следует ввязываться в это дело.

Антонина скорчила гримасу.

–  Как будто мы собирались, - пробормотала она. Велисарий хитровато улыбнулся.

–  Любовь моя, давай не будем предаваться праведному гневу. Подобное случалось, как тебе известно. Император Кар* [Имена исторических деятелей, географические названия и термины - см. "Глоссарий" в конце романа.] воспользовался гражданской войной между Бахрамом и Хормиздом, чтобы войти в Персию. Даже захватил их столицу Ктесифон.

–  Но это было более двухсот лет назад, - заметила она.

–  И что? Персы-то все помнят. Кстати, и мы тоже. Вторжение Кара было ответом на атаку Ардашира во время нашей гражданской войны, после того как убили Александра Севера.

Антонина пожала плечами.

–  Ситуация-то другая. Теперь мы беспокоимся о малва.

Велисарий уже собрался что-то ответить, но промолчал. В это мгновение открылись огромные двойные двери, ведущие в зал. На пороге появился усталый персидский офицер, которого ввела Ирина Макремболитисса, начальница шпионской сети Римской империи.

–  Кстати...
– открыл рот Велисарий.

–  Ты думаешь?..
– поразилась Антонина. Он пожал плечами.

–  Теперь мы в самое ближайшее время узнаем точно. Но мы же ожидали вторжения малва в Месопотамию. Раньше или позже. Судя по выражению лица этого перса, подозреваю: случилось раньше.

Персидский офицер подошел к Баресманасу. Посол стоял примерно в пятнадцати футах от Феодоры. Хотя ему и предложили стул, Баресманас, очевидно, считал, что его суровая речь прозвучит более весомо, если он произнесет ее стоя.

Посол слегка наклонился, чтобы выслушать вновь прибывшего. Молодой перс что-то быстро нашептывал ему на ухо.

Антонина заметила удивление и настороженность, появившиеся на лице посла. Но Баресманас был опытным дипломатом. Через несколько секунд он взял себя в руки. Ко времени окончания доклада молодого перса лицо Баресманаса уже ничего не выражало.

Выслушав курьера, Баресманас кивнул и сам прошептал несколько слов. Молодой перс тут же поклонился римской императрице и быстро покинул помещение.

Антонина посмотрела на Ирину. Введя в зал курьера, начальница шпионской сети осталась у стены рядом с дверью, стараясь не привлекать к себе внимания.

Антонина встретилась взглядом с Ириной. Незнакомым с Ириной людям ее лицо показалось бы абсолютно лишенным выражения. Но Антонина хорошо знала женщину и заметила с трудом сдерживаемое возбуждение подруги.

За спиной Баресманаса Ирина подала Антонине знак: подняла вверх большие пальцы.

Антонина вздохнула.

–  Ты прав, - прошептала она мужу.
– Ирина сейчас похожа на акулу, почуявшую кровь.

–  Эта женщина любит, когда им бросают вызов, - пробормотал Велисарий. Думаю, она предпочтет вечные муки в аду, если придется выбирать между ними и неделей бездействия.
– Он усмехнулся.
– Конечно, при условии, что сатана позволит ей взять с собой ее любимые книги.

Баресманас откашлялся и снова обратился к Феодоре:

–  Ваше Величество, я только что получил важное сообщение. С вашего разрешения мне сейчас хотелось бы вас покинуть. Я должен обсудить новость со своим окружением.

Феодора благосклонно кивнула.

–  Вы хотели бы назначить время совещания?
– спросила она. Баресманас тут же кивнул. Достаточно резко, почти грубо.

–  Да. Завтра, если возможно.

–  Конечно, - ответила Феодора.

Антонина не стала слушать слова, которыми обменивались императрица и Баресманас. Дипломатия ее не интересовала. Ее интересовала Ирина.

–  Что ты думаешь?
– прошептала Антонина, обращаясь к Велисарию.
– Как ты считаешь, она станет первым человеком, в буквальном смысле разорвавшимся от распирающих ее новостей?

Велисарий покачал головой.

–  Чушь, - прошептал он в ответ.
– Спонтанный взрыв человеческого тела невозможен. Так говорится в школьных учебниках. Ирине об этом прекрасно известно. Ведь у нее же есть экземпляры всех книг!

–  Не знаю, не знаю, - размышляла Антонина, украдкой поглядывая на подругу у стены.
– Она уже начала дрожать. Ты только взгляни: вначале была легкая дрожь, теперь ее просто трясет! Вибрирует, как струна арфы!

–  Невозможно, - повторил Велисарий.
– Все лучшие философы это отрицают.