Чтение онлайн

Старику и невдомек было насколько он был прав.

Напряженный месяц, безвылазно проведенный на стройке и в офисе, как ни странно сказался крайне положительно на настроении Стивена Грэнсона. Он проверял и перепроверял каждый свой шаг, изучил несколько похожих проектов и прислушивался ко всем мнениям, взвешенно принимая решения. Лингер, судя по всему, не торопился возвращаться из своего отпуска и Стивен глубоко в душе сожалел о том, как несправедлив был по отношению к Виктору. Но все та же гордость не позволяла ему признаться в этом даже матери.

Оливия впервые, за все годы увидела плоды своих трудов и ее младший сын, в будущем, вполне мог стать достойным человеком, ведь в трудные времена, Стивен нашел в себе силы и вел себя крайне ответственно, не смотря на свойственное ему легкомыслие.

Строительство дошло до возведения второго этажа. По нормам, пробы бетона для монолитных зданий проходили апробирования и испытания в специальных лабораториях, чтобы можно было рассчитать нагрузку материала и сопротивление сжатию, но эти показатели менялись уже с двадцатого этажа, где нужно было учитывать, помимо прочего, еще и растяжение при сгибе, а потому менять характеристики и состав раствора.

Образцы в лабораторию Стивен отправлял лично, не доверяя контроль качества никому, а полученные результаты анализировал, собирая сначала инженерный отдел «Грэнсон корп», а затем и специалистов нанятых по контракту субподрядчиков.

Дома, Стивен оккупировал кабинет матери и прерывался только на сон и еду. Драгоценные друзья были отодвинуты даже не на второй план, приглашения на вечеринки стопкой складировались без ответа и уверенность в благополучном исходе проекта опутывала уже не только Стивена, но и его мать, которая позволила себе дать ему только один важный совет — часть работы все же стоило передать доверенному лицу, потому что в одиночку, столь масштабный проект контролировать невозможно.

Ллойд несколько раз предлагал брату, чтобы Флэтчер курировал работу инженеров, чтобы Стив мог сконцентрироваться на координировании субподрядчиков, но тот был непреклонен и самоуверенность сыграла злую шутку в итоге со своим хозяином.

Грант Шелгроу был рядовым аудитором в «Грэнсон корп» и из-за полного отсутствия амбиций не выделялся на фоне своих более бойких коллег, что совершенно не умаляло его умственных способностей. Он дотошно проверял отчеты за месяц, подбивал к каждому пункту сметы цифры, подкрепляя их документами, которые в свою очередь сверял у контрагентов. Это была адова кипа документов, которая существовала помимо электронного документооборота и требовала тщательной проверки.

Скрупулезная работа Шелгроу, в основном, складывалась в приятный глазу лаконичный отчет, каждая цифра в котором имела объяснение. Вот только не в этом месяце…

Все началось из-за простой опечатки в счете за оплату доставки стройматериалов, в частности, готового раствора бетона. По данным «Грэнсон корп» они получили при монтаже фундамента тридцать одну тысячу кубометров, а по данным поставщика «Роу Нэйт» — значилось тридцать семь тысяч. Единицу могли перепутать с семеркой и Грант запросил подтверждение по фактической отгрузке.

Проверка заняла около двух дней и взмокший от найденной ошибки, бухгалтер нес свой отчет в кабинет мистера Грэнсона дрожащими от волнения руками, понимая, что никакой ошибки нет.

— Мне некогда сейчас, мистер Шелгроу! — рявкнул Стив, что-то бурно обсуждая с главным инженером.

Аудитор замер на месте, как вкопанный и попытался придать своему лицу важности.

— Простите, мистер Грэнсон, но я настаиваю, — непререкаемый тон мистера Шелгроу, удивил Стива и он предложил ему присесть, после чего взял отчет и забегал глазами по строчкам.

Там было всего пять листов и переворачивая очередной, Стивен мрачнел все больше, а после четвертого, побледнел и подняв взгляд на аудитор кивнул, давая понять, что тот свободен.

— Отличная работа Грант. Благодарю!

Стройку надлежало немедленно заморозить до выяснения всех обстоятельств и дай Бог, чтобы это было недоразумение. При заливке фундамента, было использовано расчетное количество бетона, а именно тридцать одна тысяча кубометров, наличие по документов еще семи неучтенных тонн говорило об ошибке, которую пытался исправить субподрядчик, а именно укрепить несущие конструкции опоры, потому что плотность дополнительной партии явно была выше. Хотя, возможно, речь шла о банальном хищении.

Вылетев пулей из своего кабинета, Стивен молил небеса, чтобы это была попытка заработать, а не просчет, в противном случае придется производить демонтажные работы, которые явно сметой не предусмотрены, а о возникших проблемах незамедлительно доложат Селестино.

Времени было катастрофически мало и действовать нужно было с умом, чтобы обойтись малой кровью. Стивен в этот момент еще не знал, что нож в спину ему вонзили даже не субподрядчики.

Долгое отсутствие Виктора Лингера потянуло за собой лавину сплетен и домыслов, зная, что исполнительный директор держал компанию в ежовых рукавицах, многие, кто занимал крупные посты, почувствовали, как у них наконец развязались руки, весь недалекий и бесхребетный Стивен не обладал ни опытом, ни нужными знаниями, ни авторитетом, чтобы стать во главе крупной компании и по прямой дорожке благополучия повести ее в светлое будущее.

Расчет Эммы оправдался и Хьюго едва скрывал довольную улыбку, выслушивая отчет от своего доверенного лица в «Грэнсон корп». Тот факт, что разбор фундамента, который был отлит наполовину из бетона низкого качества, обойдется ему в кругленькую сумму, выглядел пустяком на фоне неизбежного слияния, которое с лихвой окупит любые убытки.

Столько хороших новостей за последнее время не могло не радовать. Правда, визит Ллойда Грэнсона, немного спутал планы и договоренность была достигнута пока только устная, дело оставалось за малым — отдать мальчику злополучное дело, которое изначально хранилось в личном сейфе Хьюго.

Селестино ломал комедию и нагнетал обстановку, поддаваясь пагубной тяге к дешевым эффектам и излишней трагичности. Он пообещал «отыскать» папку и передать ее Ллойду на благотворительном вечере. Будь Стивен, хоть наполовину, также прозорлив и умен, как и его брат, Хьюго проиграл бы в этой захватывающей и азартной игре, правило которой теперь резко изменились.

Принципиально Селестино относился только к своей выгоде, а потому держал слово ровно до того момента, когда ему было это выгодно. Слухи о романе Эммы и Ллойда, его ничуть не удивили и даже будь они чистой правдой, Хьюго не почувствовал ни капли ревности, куда больше его заботила временная потеря работоспособности его золотой девочки. Ллойд с пеной у рта доказывал, что Эмме требуется уход и покой, а не штурм творческих и карьерных высот, но Хьюго привел в свою защиту доводы, при каждом удобном случае напоминая, что с ней не так то просто договориться, когда дело заходит о ее личной жизни и здоровье. Назвав Ллойда параноиком, Хьюго предложил ему единственное лекарство от всех хворей — как следует выпить и покутить в компании красоток, но его предложение было отвергнуто.

И пока, нешуточные споры шли на одном конце Атлантики, по другую ее сторону у мисс Кейтенберг серьезно горели уши, благо, что волосы их прикрывали и Юсефу Риттерайту невдомек было, что его приятная собеседница терпит серьезный дискомфорт.

Мисс Кейтенберг сама вышла на связь с ювелиром и выразила желание встретиться у него в мастерской, чтобы непринужденно поболтать и сделать заказ.

— Моя дорогая, как же я рад снова Вас видеть, — кругленький Юсеф, расплылся в довольной улыбке вполне искренне.