Сделка на… любовь?
Шрифт:
Казалось, будто все это происходит не со мной. Я словно была сторонним наблюдателем, который с критикой терпит плохо поставленный бродвейский мюзикл. Марионетку дернули за ниточки, и я с дрожью развернулась, хотя в этом не было нужды: голос был мне слишком хорошо знаком. Знакомая пара блестящих карих глаз, в глубине которых словно плясали бесенята, темные кудри в замысловатой прическе, слегка надменная улыбка… На место опустошения ворвался целый калейдоскоп чувств: стыд, неверие, гнев, растерянность… Они смешались в столь диком коктейле, что первые пару секунд я не могла подобрать слов.
— Алия? — мужской голос за спиной выдал, что его владелец был ошарашен не меньше.
— Не обнимешь подругу? — улыбнулась Оли, делая шаг вперед.
Ее руки обхватили меня за пояс, но я не могла заставить себя сдвинуться с мертвой точки. Я раньше думала, что только смерть может отобрать у меня кого-то. Но потом я узнала, что есть вещи куда меньшего масштаба, которые могут у тебя украсть человека так же полностью, так же навсегда. Человек живёт, дышит, но тебе уже до него не дотронуться, не заговорить. Есть вещи не столь драматичные, как смерть, но не менее постоянные. И в течение одной мучительно долгой секунды она стала для меня чужой. Выпустив меня из объятий, Алия подошла к мужчине. — Думаю, вас нет нужды знакомить, не так ли?
Реакция Керема Габазова была весьма предсказуема — он так же удивленно смотрел на меня, словно увидел впервые. Разумеется, здесь меня встретить он не ожидал. Впрочем, меня также несколько обескуражила его спутница. Но сейчас меня больше интересовал не будущий свекр.
— Оливия, что ТЫ здесь делаешь? — Я смотрела на подругу, пытаясь понять, какую игру она ведет, но Оли в этом вопросе была куда опытнее. Никогда нельзя было понять, что у нее на уме.
— Ну, — она слегка оттолкнула мужчину, и тот оказался в кресле у стенки, — тот же вопрос я могла бы задать и тебе, Алия. Но, — девушка выдержала паузу, — в этом уже нет нужды, не так ли, милый?
Керем в этот момент обрел дар речи.
— Алия, я требую объяснений. Что здесь происходит? Что здесь делаешь ты? И знает ли обо всем этом Адам? Мы видели ТЕБЯ с Робертом Эгиевы!
«Лучшая защита — это нападение…» — промелькнуло в голове. Он не ошибся с выбором тактики.
— Вы…
— Нет нужды! — отчеканил он, поднимаясь с места. В нем снова проснулся прежний дипломат и политик. — Думаю, нет нужды объяснять тебе, что ЭТО просто непозволительно, Алия! Ты опозоришь свою семью, если кто-нибудь об этом узнает. Если Кэрол узнает! — Я уже догадывалась, что за этим последует. — Но…
— Милый, успокойся… — Оливия подошла к нему, ласково обняв за шею, затем слегка коснулась губами его щеки и что-то прошептала ему на ухо. — Это ведь Алия, наша Алия…
Он перевел взгляд на меня, словно я была нашкодившей ученицей.
— Алия, надеюсь, ты поняла, что всего ЭТОГО не было? Вы с Оливией были у ее бабушки, я — в другом городе, на встрече с губернатором. Тебе все ясно?
Оцепенение спало. Как все это понимать? Который год меня приучали жить в соответствии со стандартами, которые будут наложены на меня, когда стану частью правящей семьи штата. И это все — напускное?
— Мне все ясно, — бросила я. — Мне ясно, что вы изменяете Эмине с девушкой помоложе, но мне не ясно, почему вы выбрали именно Оливию? Мне не ясно, ЭТО вы называете ореолом благочестия, когда говорите об образе жены? Или у вас с вашей женой есть договоренность? Наподобие той, что вы собираетесь мне сейчас предложить. Дайте-ка, я угадаю: я держу язык за зубами, иначе нашей с Адамом свадьбы не бывать? Он тоже знает, что ваша пассия вам в дочери годится?
В следующую секунду щеку обожгла пощечина. Я скорее почувствовала, чем увидела, что Оливия встала между нами, но от звенящего шума в ушах не услышала, что она сказала.
— Я все сказал! Решение за тобой. Иначе, лучше тебе не возвращаться!
За ним хлопнула дверь, на миг оглушив нас пронзительными мелодиями музыки, доносившейся из зала. Кое-кто из посетительниц хотела зайти в уборную, но увидев наши лица, передумала, тихо прикрыв дверь, оставив нас с Оли наедине. Она попыталась коснуться моего лица, но я лишь яростно отстранила ее, не желая выдавать своих слез. Оливия дернула подбородком и вальяжно растянулась на кресле, наблюдая за мной.
— Может, теперь объяснишь, отчего весь сыр-бор? — бросила она таким тоном, словно мы обсуждали погоду.
— Отчего?! — Я не могла поверить своим ушам: Оливия, конечно, всегда вела себя рискованнее, но я не могла предположить, что ЭТО было для нее нормальным. — Оливия, ты…И мой свекр?
— И что? Я ведь не впадаю в истерику из-за того, что застала тебя тут вместе с одним из самых богатых мужчин нашей страны, хотя через пару дней у тебя свадьба.
— Это другое, Оли…
— Почему, Лили? — Оливия подалась вперед. — Потому что он женат? Да бога ради, ты ведь не вчера родилась! Из любого пустяка…
— Пустяка, Оливия? Он тебе в отцы годится!
— Может, хватит вспоминать о моем старике? Возраст здесь не при чем, Алия! Керем — это не просто мужчина за 50. Он — мой билет в лучшую жизнь, куколка. Признайся, Алия, ты ведь не задумывалась о том, чего может стоить этот билет для других, не таких, как ты. Ты с детства была приучена к мысли, что все достанется тебе легко, стоит лишь поманить рукой. — ее слова заставили меня замолчать. — Но не у всех все получается так легко. Керем — мужчина, которому нужны были ласка и утешение. Мужчины ведь на самом деле, как дети. Эмине совсем помешалась на своих приемах и светских раутах, а я… — Она слегка улыбнулась. — Красавицы на дороге не валяются, если, конечно, они не мешают пиво с водкой или коньяк с белым вином. — Смех Оливии эхом раздался по комнате. — Я не собираюсь размениваться, Алия.
— А как же тот парень, Дамир? Как же мечты о свадьбе, о семье?
— Дамир? — Оливия поднялась с места и подошла к зеркалу, поправляя выбившийся локон. — Он не созрел, да и вряд ли созреет в ближайшее время. И потом, перспективы определяют выбор, Алия. То, что может дать мне Керем, я не смогу получить от Дамира. Семья… — Я поймала ее взгляд в зеркале. — А что это такое, Алия? Сборы за столом на во время значимых праздников? У меня не было семьи как таковой, Лили, я к ней не стремлюсь.
— Я считала тебя частью своейсемьи, Оливия…
Мои слова словно несколько охладили ее пыл.
— Семья предполагает обязательства, Алия. Это не для меня, ты ведь знаешь. Знаешь, что такое дружба,? — Она развернулась ко мне. — Это такой малюсенький период между знакомством и предательством. И я знаю, что будет после. Ты выйдешь за этого мальчику, мечтая о вечной любви и прочей чуши, которой тебя поили с самого детства. Затем той Алии, которую я знаю, не станет, ты постепенно иссякнешь, как это было до тебя и будет после. Начнутся взаимные обиды, обвинения, и твой ненаглядный Адам пойдет по стопам своего папочки, если еще не начал.