Чтение онлайн

– Ты его зарезала? – спросил Флэй, надевая металлические наголенники поверх сапог. Следом потянулся за наплечниками да наколенниками.

– Оскопила. Всё, чем богат был, выпало через штанину. Кричал, как резаный. Всю охотку сбила. – Джада рассмеялась нервно. – Убежала из цирка. Долго бродила по Саргузам. Не знала, что делать. Как быть. Его люди носились за мной по всему Городу. Ты будешь смеяться, но саргузские стражники спасли мне жизнь. Буквально.

– Как они умудрились?

– Очень просто. Схватили меня. Был у них начальник такой… принципиальный. Он ненавидел банкиров. Апеллировал без конца к букве закона. Не дал свершиться самосуду. И по закону, за нанесение тяжких увечий здоровью мне полагалась смертная казнь. Горожанам, видите ли, хозяйство срезать нельзя. Тот боров уцелел, ему прижгли рану. Как теперь мочится, понятия не имею. Да и неважно. Знаю, что раскабанел пуще прежнего. А начальник стражи тоже попался не простой. Захотел устроить из моего повешения показательное представление.

– Но как же ты спаслась? – полюбопытствовал Альдред. Сам он, почти полностью укомплектованный, принялся подвязывать латную юбку.

– Жить хотелось. Иллюзий я не питала. Не гордилась тем, как отомстила. Просто не собиралась вот так помирать. Я требовала продолжение банкета. Когда ты стоишь на эшафоте, а тебе на шею вешают петлю, кого ты станешь молить о прощении? Только Свет и Тьму. Я слезно просила передать меня под попечительство Инквизиции.

– Элементарный трюк. Стар, как мир, – отозвался Флэй.

– Меня могли и проигнорировать. На казни озвучили все мои преступления. Народ зашептался. Они пришли, движимые жаждой крови. Требовали, чтоб я повисла. Моя жизнь опять оказалась в руках начальника стражи. Он страдал каким-то синдромом отца, не знаю. Переобулся в воздухе. Дал добро, чтобы прочитать очередную проповедь. Мол, даже такая пропащая душа – и та в преддверии смерти тянется к искуплению, ищет Свет во Тьме. Чушь собачья. Но народ проглотил это. И все счастливы. Кроме банкира.

– Вижу, закрепилась ты неплохо. Да ещё и среди персекуторов.

Флэй выставил на верстаке несколько шлемов. Пресловутый топфхельм, шишак с церковными узорами, уродливый клювастый бацинет, массивный штеххельм и изящный армет. Его выбор пал на последний. Из всех тот выглядел наиболее вменяемым, закрывая лицо целиком. Лучше уж не лениться с забралом, чем вовсе не иметь его.

– А что, с оружием обращаться умею. Постепенно, но себя показала. От гончих требуют не слишком много. Я же показывала прекрасные результаты. Меня определили в «Феникс», потому что им нужен был такой человек. Персекутор, способный изымать из свитков заклинания. Подробности опустим. Это всего лишь лирика.

– И ты не жалеешь о сделанном выборе? Инквизиция не для всех, знаешь ли.

– Ну, получила я шрам на задании. Много царапин на теле. Это пустой звук. Я как могу жалеть, если жива? – фыркнула Джада. – Конечно, не сильно углубляюсь в религию, лавирую между коллективом и одиночеством, редко посещаю мессы, пропадаю на магическом полигоне, но у меня получается. Видишь же.

– Вижу.

– Можешь мне не верить, но деньги, регалии – всё это меня мало интересует. Всё равно никогда не носила с собой больше пяти сольдо в кошелёчке. Жизнь идёт своим чередом. Остальное не важно.

– Имеет смысл, – пробубнил тот.

Его поражала эта брюнетка. Вот уж кто плыл по течению и никогда не расшибался об пороги. Редкая удача, сопряженная с перманентным безразличием, отсутствием излишней рефлексии обо всём и ни о чём. Сам возвращенец так не мог: был проклят пропускать через себя всё, что было, есть и будет с ним.

Джада Верде – безрадостный пример того, что ждало Альдреда и его любимую, если бы они успели покинуть приют. Он это явственно осознавал. Все дороги ведут в Цим. А все падшие судьбы склоняются отдаться Инквизиции.

Приход Флэя в лоно Церкви – всего-навсего фатум. Он был обречён сюда попасть, независимо от предшествующих событий.

И всё же, было что-то в сержанте притворное. Только что, оставалось неясно. Флэй явно упускал какую-то деталь. Ему оставалось только надеяться, что она не важна.

Он помолчал немного, прежде чем заговорить опять.

– Сдается мне, после всего пережитого ты осторожно относишься к мужчинам, – предположил Альдред, накидывая белый сатиновый жакет с изображением паука. Наследие легендарного отряда «Сольпуга». Халаты бы ему только мешали.

– Можно и так сказать. – Сержант пожала плечами. – Важно отличать хороших мужчин от плохих. Многие девчонки ставят не на тех. Из-за этого и страдают. Не сразу поймут, так когда грудь обвиснет.

Флэй кивнул и взглянул на Джаду со значением. Ему хотелось ради забавы спросить кое-что. В последнее время его мучил вопрос, ответ на который сам себе он дать не мог.

– Кого ты видишь перед собой, Джада? Хороший я человек? Плохой?

– Это ещё предстоит выяснить. Важно понимать, способен ли ты прикрыть мне спину, – строго заключила брюнетка. Девушка скрестила руки на груди, переминаясь с ноги на ногу, и осклабилась: – А вообще, за тобой нужен глаз да глаз. Так что не отходи далеко, мы договорились?

Альдред осклабился и пространно ушёл от однозначного ответа:

– Тут уж как карта не ляжет, не обессудь.

Он развёл руки в стороны.

Брюнетка хмыкнула.

– Вот же! Примерно об этом я и говорю.

– Ладно, ты меня поймала, – не стал спорить возвращенец. – Ну так что, как получилась подборка? Сгодится под мои запросы?

– Сгодится, – протянула Джада, улыбаясь. Как вдруг она нахмурилась, едва Альдред сделал шаг в сторону и засветил «Сольпугу» на спине. – А что, «Фениксов» для тебя не нашлось?

– Видать, все в Крепости остались, – шутил Флэй. – К тому же, под быстрый стиль боя больше жакет подходит, не так ли?

– Есть маленько… – вздохнула сержант и подалась вперёд. – Ну, будем смотреть холодное оружие или как?

– Честно сказать, я лучше дождусь Верховных. Прикипел я к химериту, понимаешь ли, – замялся блудный сын, а сам о Якоре думал.

– Не удивлена, – хмыкнула брюнетка. – Это оружие делает вещи. Тогда пока натягивай портупею. Ну, а я посмотрю свитки. Вдруг что-то вкусное найдется.

– Давай, – не стал спорить он.

Они разошлись по разным углам инквизиторской оружейной. Альдред вложил кацбальгер в поножи, где обнаружился тайный паз под мелкий клинок. Ландскнетту он рассматривал не больше, чем оружие второго шанса. Сменил кобуры. Теперь рукоятки пистолетов торчали у него из-за левого бока. Так, будет удобно мигом доставать огнестрел для моментального выстрела.

Между тем Джада попросила:

– А что насчёт тебя, Альдред?

– То есть?

– Как ты попал в инквизицию?