Чтение онлайн

— Вы перетащили с собой этих, как вы их назвали…

— Мураков, — напомнил я.

— … именно. А они явно не одарённые и даже не люди. Так что у меня вопрос: а смогли бы вы перенести с собой несколько человек? Как минимум вам понадобится оператор дрона, хотя я бы предпочёл, чтобы с вами пошёл кто-то из ликвидаторов, а ещё исследователей, разведчиков и…

— Мы можем попробовать, но без гарантий. Вообще, — осторожно предупредил я. — При переносе с человеком может случиться всё что угодно: от того, что он не сумеет пересечь грань, до его немедленной смерти. Если кто-то готов пойти на такой риск, можно попробовать.

Глава 27

Сколько бы я ни убеждал, что переход неодарённых — плохая идея, желающих всё равно набралось целый вагон. Впрочем, мне удалось выторговать не только продукты, но и транспорт в постоянное пользование. И не абы какой, а Ми-24, с двумя пилотами и полным комплектом вооружения, и обещанием заправки, смены экипажа и пополнения БК при первом требовании.

По сути, это не делало меня их владельцем, мне нужны были свои люди, дружина, но у меня просто не было времени на её создание. Деньги никогда не были особой проблемой, любой может поменять их на своё время. Большие деньги — другое дело, но и их я мог получить благодаря обучению в испытании. Взаимное доверие тоже не выстраивается мгновенно, а бойцам ближнего круга нужно именно доверять.

С оборудованием вышло легче. Даже самое дорогое нам давали почти бесплатно, не веря в высокий износ за сутки-двое. Правда, я и так собирался выплатить полную стоимость, когда всё закончится. В общем, к утру возле пирамиды стояло уже несколько грузовиков, автобус со срочниками и несколько минивэнов с «туристами». Теми, кто очень старался попасть в испытание, не обладая сродством со стихиями или знаками древних. И возглавлял их поистине одиозный деятель.

— Вячеслав Щепкодробский, — подставил граф мужчину с горящими глазами и всклокоченной чёрной шевелюрой. — Лингвист, палеонтолог, приматолог и многие «-тологи» ещё. Доктор наук в нескольких направлениях. Думаю, он закроет вам большую часть научной экспедиции.

— Если выживет при переносе, — сухо заметил я. — Приятно познакомиться, профессор. Вас уведомили о риске?

— Безусловно, можете не волноваться, молодой человек, — воодушевлённо сказал Вячеслав. — Я двенадцать экспедиций провёл в самых труднодоступных местах нашей планеты, общался и с аборигенами от Амазонки и Африки до Крайнего Севера.

— Это опасность совсем иного рода, — покачал я головой, но спорить не стал. — Что со специалистом по расшифровке языка древних?

— Позвольте представить, мой друг и соратник — Николай Юрьевич Кронозоров, специалист по клинописи и мёртвым языкам, — показал Щепкодробский на хмурого, рассматривающего мураков мужчину с чёрными зализанными волосами и тяжёлым взглядом. — Он, без преувеличения, является гением в расшифровке языков.

— Я бы так не сказал… — буркнул Николай, присаживаясь на корточки напротив мураков. — Они и в самом деле разумны?

— Насколько это возможно, для их размеров, — тут же вмешался Щепкадробский. — Я слышал, они используют не только примитивные орудия труда, но и ткут одежду, что не характерно для полуразумных животных, обладающих шерстью.

— У нас всё готово, — подошёл ко мне Туча, после полного медицинского обследования признанный абсолютно годным. Рану повторно обработали, но скорее для порядка. — Собрали световые панели, и генераторы, но, как ты и говорил, не больше девяноста килограмм на человека.

— Не девяноста, а столько, сколько он сможет нести, — возразил я, кивнув в сторону девушек. Все они, дорвавшиеся до благ цивилизации, выглядели посвежевшими и довольными, а Юля ещё и не затыкаясь трещала по телефону, кажется, уже третьему, потому как у первых двух разрядились батареи. Но слуги рода Серебряных оперативно подвезли новые.

— Мы должны быть в состоянии сделать шаг, иначе не попадём в испытание.

— Можете рассчитывать на нашу помощь! — заявил Вячеслав. — Уж по тридцать килограмм мы точно сумеем принести.

— Нет. Вы для нас груз, а не помощники. Скорее всего, вас придётся тащить на горбу. И не факт, что вас не выкинет после перемещения. Или не разорвёт, сотрёт в фарш… феномен вообще не изучен, и нам до этого везло хотя бы в том, что мы в состоянии перемещаться туда и обратно.

— Неважно, главное — очутиться в их мире… Великие открытия требуют риска и жертв, — не без гордости ответил Кронозоров. — А их можно гладить?

— Если договоритесь, — спокойно сказал я, и через минуту суровый мужик в корне преобразился, гладя одного из охотников. Тот тоже продержался недолго, начав мурчать и выгибать спину.

На что мне оставалось лишь покачать головой и вернуться к графу и вызванным солдатикам, набивающим для нас рюкзаки.

— Вот будет смешно, если мы сумеем лишь один раз перейти в испытание и обратно, — пробормотал Туча.

— Понимаю тебя, но лучше перестраховаться. Всем трёхминутная готовность! Первая группа ко мне! — приказал я, и ко мне начали стягиваться товарищи.

За те часы, пока мы свозили всё необходимое к обелиску, были достигнуты определённые договорённости, и по принадлежности исследований, и по ресурсам, если таковые найдутся. Все хотели урвать свой кусок пирога, и мало кто думал о надвигающемся апокалипсисе. Впрочем, в накладе я тоже не оставался.

Первая группа состояла только из моих соратников и несла двух туристов и четыре рюкзака с припасами. Два — чисто продукты, два — оборудование. Гибкие солнечные панели, достаточно мощные ноутбуки, камеры и пара дронов для разведки. Шар и миниатюрный самолёт.

— Помните, вы должны держаться за оголённые участки кожи. Первый тест, — скомандовал я, активируя печать перемещения.

Боль тут же отозвалась в левой руке, кожа раскалилась, и под ней появились золотые символы древних. Мир стал расплывчатым, померк на несколько секунд, и мы оказались перед обелиском.

— Доклад? — потребовал я, ссаживая Щепкодробского на землю.

— Рюкзаки на месте, люди живы, сумки, стоявшие на земле, не переместились, — прокомментировал Тим. — Всё-таки придётся всё переть на себе.

— Жаль, но это было ожидаемо, — ответил я, осматриваясь по сторонам. Нас не было больше пятнадцати суток, в результате контур безопасности сжался до пары метров. Но я не видел за ним наличия паразитов, хотя сейчас это было не принципиально. Коснувшись обелиска, я сосредоточенно вчитывался в бегущие по граням символы.

— Ну что там? — нетерпеливо спросила Юля.

— Если я всё верно понимаю, испытание можно вызвать. Но условия слишком сложные. — проговорил я, символ Понимание дал мне сразу уловить суть, но я вообще не представлял, можно ли исполнить указанное.

— Позволите? — подвинув меня плечом, проговорил Кронозоров. — Цикл, сектор, меч, тридцать. На мой взгляд, всё достаточно прозрачно…

— Вы упускаете несколько первых символов и не учитываете префиксы, — оборвал я рассуждения лингвиста. — Нам предлагается выждать, пока паразиты вновь займут сектор вокруг обелиска, и потом проводить зачистку на протяжении тридцати суток. Сколько времени уйдёт на перенаселение — не ясно.