Чтение онлайн

У рассматриваемого нами стиха есть еще и третья грань, которая подталкивает исследователя к более буквальному его прочтению, однако данное толкование проникнуто осознанием того, как именно суббота воспринимается в книге Исход. Субботе предназначено быть знамением, преисполненным смысла, но на самом деле его не принимают, им не дорожат. Когда отрывки, где о субботе говорится как о знамении, утверждают ее статус столь суровым образом, это выглядит как акт отчаяния, словно это предостережение было дано от безысходности. Дело, которое вроде бы как было обречено на успех, на поверку оказывается проигрышным или, по крайней мере, оказывается под угрозой срыва. Тем самым этот текст без преувеличения говорит о важности данного знамения и сдержанно высказывается о последствиях пренебрежительного к нему отношения, и все же, судя по риторике, в нем звучит намек на трудную, почти невыполнимую задачу.

Современное положение вещей в мире говорит о том, что пренебрежение субботой, понимаемое так же как отчуждение от базовой реальности, истощает жизнь, лишает ее силы. Где нет духовной связи между поколениями, там ослаблено осознание своих корней и своей истории, там слабее чувство локтя. Много столетий назад это знамение было дано для того, чтобы люди помнили, «что Я Господь, освящающий вас» (Исх 31:13). В своей самой «базовой» версии суббота выступает как напоминание о том, что люди не одни во Вселенной. Суббота предлагает нечто большее, чем возможность ощутить запах роз или проживать по одному дню за раз. Она предлагает людям широкий взгляд на реальность вместо сосредоточенности на себе. По словам Теренса Фретхейма, «Бог даровал субботу как средство, помогающее всему творению пребывать в гармонии с сотворенным порядком вещей. Даже более того, соблюдение субботы – это действие, направленное на сохранение творения. Хранить субботу – значит вместе с Богом поддерживать ритм, в котором Его творение живет. Несоблюдение субботы – это нарушение сотворенного порядка; нарушая субботу, человек обращает один из аспектов этого порядка в хаос. То, как творения поступают с субботой, имеет последствия космических масштабов» [240] . Мысль, безусловно, поразительная, но в ней нет преувеличения. Разве нам, живущим в XXI веке, не бросается в глаза, насколько далек наш мир от «сохранения творения»?

Но субботу можно уничтожить лишь в том случае, если о ней забудет Бог. Только Тот, Кто учредил субботу, может отменить ее святость. Люди обязаны той реальности, на которую указывает суббота, более, нежели может показаться. Розы, чей запах мы, несясь по жизни, торопливо вдыхаем, и дни, которые мы проживаем по одному за раз, – все это дары от Бога, свидетельствующие, что Он остается верен обязательствам, взятым на Себя в связи с субботой, даже по отношению к тем, кто не отвечает Ему взаимностью. «Как радуга сама собою появляется на небе, так и суббота возвращается каждую неделю без всякого участия со стороны людей, – пишет Келлер. – Суббота свята сама по себе, независимо от того, соблюдает ее кто из людей или нет, потому что Бог освятил этот день на все времена. Для людей остается лишь один вопрос – признавать ли эту святость и соблюдать ли этот день в своей жизни» [241] .

Пинхас Пели говорит о том же, когда пишет, что «суббота, провозглашенная однажды Богом, наступает через равные промежутки времени помимо вмешательства человека; ее нельзя отменить или отложить. Однако только от нас зависит, принимать нам ее или нет. Мы сами решаем, признавать ли нам, что у нашего бытия есть иное, дополнительное, измерение. Ибо, если мы не больше чем то, что мы есть, значит, мы, скорее всего, мельче, чем то, что мы есть» [242] . Посему осознавать значение этого знака и беречь его как сокровище, значит, признавать субботу и быть открытыми для реальности, которую она обозначает. Автора книги Исход, помимо вопроса призвания, беспокоит еще и то, что из-за несоблюдения субботы время для нас лишится своей силы и, как сказал Пели, мы станем «мельче, чем то, что мы есть».

Йоханнес Педерсен, говоря о седьмом дне, утверждает, что «благополучие того или иного работника не является решающей причиной» его установления [243] , однако это не означает, что седьмой день к заботе о тружениках вообще не имеет никакого отношения. Напротив, социальный фактор неразрывно вплетен в его идеологию. Поначалу едва различимый и подспудный, социальный и экологический аспект седьмого дня с течением времени становится все более очевидным и заметным. По сути дела, седьмой день следует рассматривать как стартовую площадку для самого выдающегося и амбициозного проекта по восстановлению социальной справедливости в Древнем мире. Можно даже говорить об основанном на субботе взгляде на реальность. Как мы увидим далее, этого взгляда придерживались выдающиеся пророки Ветхого Завета.

Основы социального благополучия просматриваются уже в рассказе о творении – в императивах, касающихся покоя и воздержания от труда в седьмой день (Быт 2:2, 3) [244] . Покой, наступивший по окончании Божьей творческой активности, служит образцом, которому должны следовать люди в своей жизни. Потребность человека в покое поначалу не бросается в глаза, она проявляет себя в виде предчувствия. Но когда она становится очевидной, седьмой день, учрежденный изначально как день покоя, уже готов ее восполнить.

Впрочем, то что в повествовании о творении только подразумевается, в Десяти заповедях принимает явные очертания. В Десятисловии свобода от тяжкого труда и от ига эксплуататоров становится четко выраженной характеристикой субботы (Исх 20:10). Заповедь о седьмом дне очерчивает круг, охватывающий всех и вся: «Не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец, который в жилищах твоих» (Исх 20:10). Обстоятельность этого списка просто поражает, поскольку в прочих культурах не обнаруживается ничего подобного. Схожие законодательные акты в Древнем мире выстраивают приоритеты совсем иначе, отдавая предпочтение отнюдь не самым слабым и уязвимым членам общества. Но в Десяти заповедях те, кто более остальных нуждается в отдыхе – рабы, чужаки и даже тягловый скот, удостоены особого упоминания. Субботнего покоя заслуживают беднейшие слои и даже бессловесные животные. «В этом законе проведена четкая граница между Богом и всем творением, – пишет Жан Луи Ска, – однако социальные различия внутри общества практически сведены на нет» [245] . В заповеди о субботе, приведенной во Второзаконии (5:12–15), забота о рабах и беднейших слоях проявляет себя еще заметнее [246] .

Ветхозаветная обеспокоенность социальной справедливостью не ограничивается одной субботой. Седьмой день следует рассматривать как принцип, порождающий другие факторы, которые, подобно ему, призваны давать отдых земле и облегчать жизнь ее обитателям (Исх 23:10, 11; Лев 25 и 27; Втор 15:1–11) [247] . У еженедельной субботы появляются два «спутника» – субботний и юбилейный годы, которые, имея явно выраженную социальную направленность, дополнительно подчеркивают заботу Божью о земле и о самых обездоленных слоях народа [248] .

Еврейские толкователи обращают внимание на фразу, которой предваряется пространное изложение этих установлений в книге Левит. Они не считают данные законы более поздним добавлением. Ведь этот библейский отрывок начинается с утверждения: «И сказал Господь Моисею на горе Синае» (Лев 25:1). В глазах еврейских толкователей указанная связь с Синаем придает этим предписаниям вес, равный заповедям [249] .

Таким образом, наряду с различными законами Бог на горе Синай дал Моисею конкретные указания относительно покоя земли (Лев 25:1–7) и освобождения от долгов (Лев 25:8–24). Земля тоже должна иметь субботний покой, соответственный ее нуждам. «Когда придете в землю, которую Я даю вам, тогда земля должна покоиться в субботу Господню; шесть лет засевай поле твое, и шесть лет обрезывай виноградник твой, и собирай произведения их, а в седьмой год да будет суббота покоя земли, суббота Господня: поля твоего не засевай и виноградника твоего не обрезывай» (Лев 25:2–4).

Опираясь на еженедельный цикл, в рамках которого после шести рабочих дней наступает седьмой день покоя, данное предписание устанавливает семилетний цикл – шесть лет труда и один год покоя для земли, то есть субботний год. Таким образом, покой распространяется в том числе и на землю, а не только на ее обитателей [250] . Далее нам открывается в этом отрывке еще одна временная конструкция, состоящая из семи семилетних периодов, «чтоб было у тебя в семи субботних годах сорок девять лет» (Лев 25:8). Этот самый удаленный из аванпостов седьмого дня юбилей однозначно предписывает прощение долгов и возврат собственности, утраченной в силу каких-то экономических трудностей за последние сорок девять лет [251] . «И освятите пятидесятый год, и объявите свободу на земле всем жителям ее: да будет это у вас юбилей; и возвратитесь каждый во владение свое, и каждый возвратитесь в свое племя» (Лев 25:10).

Данная система устанавливает пределы для тех, кто желает скупить как можно больше земель, с одной стороны, а с другой – дает определенные гарантии человеку, которому грозит разорение. Подобный порядок позволяет уменьшить разрыв между богатыми и бедными. «Землю не должно продавать навсегда, ибо Моя земля: вы пришельцы и поселенцы у Меня» (Лев 25:23). Данный уклад ставит тех, кто добился успеха, и неудачников в определенные рамки. Подлинный Владелец земли навязывает им условия, которые призваны облегчить участь неудачников и таким образом сделать их в перспективе людьми вполне благополучными. Если же владелец земельного надела вынужден расстаться с частью своей земли в силу каких-то денежных затруднений, он не потеряет его навсегда. Покупатель земли на самом деле приобретает определенное число урожаев, а не землю как таковую (Лев 25:16). В юбилейный год земля возвращается к своему первоначальному владельцу, причем без всяких выплат с его стороны (Лев 25:13).