Чтение онлайн

– Нам придётся идти по этой дороге. А это ответвление куда?

– Южнее.

И всё? Исчерпывающий ответ.

Дошли до тылов атакующих дивизий, Елистратов пообщался с начоперотдела, доложились по рации изоповским языком, получили команду возвращаться к развилке и там ждать полк.

Полковые колонны пришли только к темноте. Степанов развернул свою карту, мы доложились.

– Дивизия наша атакует южнее города, с целью прорвать оборону, окружить город и прервать сообщение по железной и параллельной автодороге. Наш полк, как самый слабый - левофланговый, мы обеспечиваем связь с соседями и прикрытие тыла дивизии, после железки разворачивающейся фронтом на город. А вы разведали правую дорогу. А пойдём - по левой. И ночью.

– Откуда мы знали?

Шли всю ночь навстречу грохоту и всполохам. Вышли к передовой. И пары часов не прошло - появился комиссар второго ранга, стал требовать немедленного ввода в бой полка. Санёк ему объяснял, что подошли только два батальона, пушки и тылы ещё в дороге - бесполезно. А потом Санёк обложил его матюками и послал подальше из расположения. Это, конечно, неслыханная дерзость - и расстрельная статья. Поэтому комиссар схватился за кобуру, но услышал множественные щелчки затворов - я и мои смертники уже взяли комиссара и его охрану на прицел двух самозарядок, автомата и ДТ, с которым не расставался Иван.

– Подполковник! Вы за это пойдёте под трибунал!

– Может быть, - сказал я и катнул им под ноги РГД в рубашке, - но вам это не поможет. Молитесь своему еврейскому богу.

Немая сцена продолжалась секунд пять, пока я не заорал:

– Бум!
– топнув ногой.

Подгоняльники ретировались. Я подобрал гранату, сунул в разгрузку, подошёл к Степанову:

– Теперь только победа нас спасёт, ибо - победителей не судят.

– Знаю!
– зло огрызнулся Санёк, - шёл бы ты, псих недобитый. Я думал, ты боевую кинул.

– Конечно, боевую. Зачем таскать лишний груз. Не на боевом взводе, но боевую. Я же не совсем псих, а чуть-чуть нормальный. Иногда. Пошли мясокомбинат осмотрим.

Брасеню приказал накормить людей, наркомовские выдать усиленные, чтобы повырубались, прихватил немецкий, цейсовский, бинокль и побежал догонять командиров.

Деревня на бугорке. Так и называется - Малые Бугры. Опорный пункт врага. В радиусе трёх километров вокруг - ровное поле. На поле - шесть сгоревших танков, все наши, и сотни тел в тёмных на фоне осевшего снега, тел красноармейцев. Безрадостная картина. Деревню терзала наша артиллерия, но снаряды ложились негусто. И с такой артподготовкой в атаку? Комиссар лучше бы спросил, сколько мы стволов привезли. Ему они на хрен не нужны. Ему мясо для МГ подавай. Сука! И этот урод при полномочиях!

– Надо было документы у него стребовать, - бурчал Кот.

– Что это?

– Сдаётся мне, ряженного провокатора мы упустили.

– Иди, пиши докладную в особый отдел. Пусть разбираются.

Меж тем по полю прокатилось "ура" и плотные цепи побежали прямо на деревню. Малые Бугры ожили - вспышки пушечных залпов, "сварка" пулемётов. Комбайн смерти. Я уже столько смертей успел увидеть, но на это смотреть не смог. Всё кончилось быстро - наша пехота, оставив ещё несколько десятков тел, откатилась на исходные. А они - не штрафники. И в чём разница?

– Кто что увидел?
– спросил Степанов.

– Две батареи миномётов калибра 80-мм, три орудия, до десятка пулемётов. Ориентировочно - батальон пехоты, усиленный артиллерией и миномётами, - поведал результат своих наблюдений капитан с "костьми" в петлицах - наш начарт.

Степанов кивнул. Потом выслушал остальных, которые добавили детали.

– Ты что увидел, смертник?
– это он мне.

– Это опорный пункт. Оборона не сплошная. Надо обходить.

– Наверняка минными полями обложились, - предположил инженер.

– Наверняка, - кивнул Степанов, - Кузьмин. Слушай приказ - силами своей роты и приданных взводов конной и пешей разведки постарайтесь нащупать обход вне пределов видимости Бугров. Если найдёте, вышлю вам батальон. Связь держать непрерывно. Ты - Псих, штаб - Палата.

– Номер шесть?

– Может быть. Готовься. По готовности - доложить!

– А сапёров?

– Будут тебе сапёры.

– Пора делать ход конём?

Ход конём.

(1942г.)

Бой гремит справа, а мы в предбоевых порядках идём по переметённому мартовским снегом просёлку. Нормальные герои же всегда идут в обход. Через километр наткнулись на следы траков и пехоты.

– Сдаётся мне, не одни мы такие умные, - хмыкнул Кот.

– Меня больше волнует - почему их манёвр не удался? Глянь, обратно протопали. Не понравилось им там. Почему? Первый взвод - боевое построение!

Позже выяснилось, почему развернулся танк - овраг. Не широкий - в самом узком месте метра три, но глубокий. На карте не помечен, хотя тянется от села прямо на юг, как противотанковый ров.

Оказалось, что на той стороне был заслон противника. Пока я разглядывал карту, разведчики стали шестом прощупывать глубину оврага. Враг понял, что мы не уйдем и открыл огонь.

Одиночный выстрел хлёстко ударил из рощицы на высотке, крик раненного заглушил отчаянный вопль:

– Снайпер!

Разведчики попрыгали в овраг, провалившись в снег с головой, мой бойцы бросились врассыпную. Но, что значит обстрелянные бойцы - после секундной суеты все лежали по укрытиям, паля в рощу, как в копеечку.

– Где мой миномёт? Станкач сюда! Снайпера! Да прекратите вы жечь боезапас!
– орал я.

Изготовил свою винтовку к стрельбе, вставил магазин с пристрелочными патронами. Такие патроны - дефицит, но они не только дают трассер, но и небольшим разрывом отмечают место попадания. Мне они нужны для целеуказания.

Расчёты миномёта и Максима заняли позиции и изготовились к стрельбе.

– Кто видел, откуда бьёт?

Никто не видел. Тут роль приманки решил исполнить Прохор. Он лосиными прыжками проскакал к оврагу, схватил подстреленного разведчика и поскакал назад. Снайпер не удержался и стал палить в Прохора. И хотя юный таёжник - большая мишень, но то ли везёт ему, то ли матушкин заговор работает - из трёх выстрелов не попал ни один. А вот я его засёк. И не я один.

– Взял!
– закричал я и стал высаживать в дерево со снайпером трассеры.

– Взял!
– закричали хором наводчики. Миномёт плюнул первую мину, Максим протянул жгут очереди по дереву.

И тут роща ожила. Застучал оттуда по нам пулемёт, захлопали винтовки.

– Готов снайпер!

Тело немца рухнуло на землю. Бойцы перенесли огонь ниже, на вспышки. Перестрелка разгоралась, но была ли она эффективна? Лёжа под огнём, мы рано или поздно начнём нести потери, а попадаем ли мы?

– Это дзот!

– Бронебойщики! Заткнуть его! Лопырёв! Ты пореже сади-то! Видишь, нет толку от твоих мин? Просто не давай им покоя, беспокой.