Чтение онлайн

— Сейчас ассасины — всего лишь безобидная религиозная секта, которая сослужила службу Британской короне, и полагаю, никакой опасности она не представляет.

— Одну представляет… — начал было Линкольн, но Геркулес его остановил.

— Один козырь про запас у них есть. Мы имеем доказательства того, что они вступили в союз с турками и, надо думать, собираются предать Его Величество.

Черчилль задумался. Он был слишком занят, чтобы тратить время на какие-то фантазии о секте убийц.

— Я обещал вам свою помощь и не собираюсь оставлять вас в беде. Наш корабль доставит вас к берегам Турции, после чего я уже не смогу гарантировать вашей безопасности. Профессор Гарстанг не сможет сопровождать вас, поскольку он британский подданный, а значит, будет немедленно арестован.

— Большое спасибо, сэр, — сказал Линкольн, изображая на лице радостную улыбку.

— Но у меня есть еще одно условие. По возвращении вы сообщите мне все, что может оказаться полезным для британской армии.

— Вы просите нас заниматься шпионажем? — удивился Геркулес.

— Я предлагаю вам сделку.

— Хорошо, мы сделаем все, что будет в наших силах, но отправляться в путь нам нужно как можно быстрее, — согласился Геркулес.

— Сегодняшней ночью вы отправитесь в район Галлиполи. Молитесь, чтобы никто не заметил, как вы сходите с корабля английских ВМС. Если кто-нибудь заподозрит вас в связи с нами, не сносить вам головы, — заключил Черчилль, прищурив огромные глаза.

— Нас будет пятеро: Алиса, Линкольн, Никос Казанцакис, молодой армянин и я.

— Надеюсь, вы знаете, на что идете. Греков и армян в Турции не очень жалуют, — ответил Черчилль.

— Поэтому мы просим вас сделать два фальшивых паспорта. Это позволит им сойти за персидских евреев.

— А вы, вы-то за кого собираетесь сойти, за индусов? — лукаво пошутил Черчилль.

После доставки к побережью неподалеку от Стамбула группе предстояло найти какой-то транспорт и ехать в столицу. Проверки на пути были частыми, и друзьям приходилось всякий раз объяснять, почему в их паспортах нет отметки о въезде в страну и какова цель их визита в Стамбул. Для турецких властей они были группкой коммерсантов из нейтральных стран, которые намеревались предложить турецкой армии медикаменты.

Город был полностью занят войсками. На некоторых улицах были построены баррикады из мешков с песком, и путешественникам в каждом новом районе приходилось предъявлять документы. Не оставалось сомнений: турки готовили город к возможному вторжению.

Их проводником стал Роланд Шароян. Друзьям приходилось рассчитывать на помощь армян, ведь так или иначе им предстояло пройти по их территории. Зона, которая официально принадлежала Оттоманской империи, де-факто пользовалась определенной долей независимости.

Молодой армянин привел их к вилле в окрестностях Стамбула, вокруг которой было довольно много вооруженных людей. Здесь жил еще не арестованный лидер армян. Роланд переговорил с охраной, и друзья вошли в большой сад. А внутри дома Роланд представил их Крисостомо Андрассу, одному из руководителей армянского сопротивления в городе. Роланд говорил сбивчиво, пытаясь скрыть волнение, потому что понимал: если организация узнает, что он их предал, с ним незамедлительно расправятся.

— Молодой Роланд сделал правильно, что привел вас сюда. Мир должен знать, чтотурки делают с нашим народом. Хочу, чтобы вы знали, — ваша миссия будет очень опасной. Турция участвует в войне, и поэтому во всех иностранцах видит шпионов. Особенно в христианах.

— Не понимаю, почему это происходит, — заговорил Линкольн. — Ведь мы сосуществуем сотни лет?

— Да, мирное сосуществование длилось шесть веков — этого нельзя отрицать. Но теперь далеко не счастливый конец ожидает одного из субъектов этого сосуществования — нас, армян, — заметил Андрасс.

— Но армяне хотят независимости, и это нормально, что правительство в Стамбуле несогласно. В моей стране, Соединенных Штатах, несколько штатов намеревались добиться независимости, и нам пришлось вести гражданскую войну, чтобы не позволить им сделать это, — возразил Линкольн.

— Но цели нашей борьбы иные. Мы, армяне, способствовали культурному, экономическому и политическому прогрессу Оттоманской империи. Более того, советниками известных оттоманских султанов всегда были армяне. Оттоманская империя теряла силы и постепенно склонялась к Азии. Оттоманские власти укрепили свои связи с Востоком, и теперь мы, христиане, им не нужны.

— Это нормально, — повторил Геркулес.

— Да, но это привело к постепенному отуречиванию, к попытке объединить на одной территории имперский набор народов разных национальностей. Но мы, армяне, постоянно напоминаем туркам, что именно мы населяли Малую Азию с древнейших времен.

— Мы живем в эпоху националистических воззрений. Но я не понимаю, почему люди не могут объединиться в одно государство. В моей стране мирно сосуществуют люди сотен национальностей, — продолжал доказывать свою правоту Линкольн.

— А люди вашей расы? Им тоже счастливо живется в вашей стране? — парировал этот аргумент Андрасс.

— Перед неграми сейчас открываются новые возможности. Мы начали с колоссального неравенства, но теперь понемногу получаем наши права, — ответил, нахмурившись, Линкольн.

— Мы, армяне, очень далеки от турок. Они следуют своим, идущим из глубины веков традициям, а мы знакомимся с новыми прогрессивными идеями, которые приходят из Европы. Турки обложили нас тяжелой данью, обрекли на бесправие и постоянные грабежи. Нас считают людьми второго сорта. И это на нашей собственной земле.

— Я понимаю вашу точку зрения.

— Естественно. Мой народ многие века также подвергался угнетению со стороны турок. Каждый народ имеет право выбирать собственную судьбу, — заговорил Никос Казанцакис.

— Поэтому в моей стране возникли мятежи и прочие беспорядки, которые жестоко подавляются путем массового истребления людей. Турция представляет собой конгломерат многих национальностей: курдов, черкесов и даже сефардов. Со времен правления султана Абдул-Хамида II, включая время правления триумвирата Иттихад [38] , — вот уже более тридцати лет длится медленно текущий геноцид.