Чтение онлайн

— Геральд! — шар из энергии вырвался из ладоней, навис над нападающими, а затем взорвался чистой энергией, пронзая их.

"Я и не знала, что так умею!"

Геральд, упав на спину, раскинул руки по сторонам. Он пытался отдышаться и не потерять сознание.

— Геральд, ты как?

Он поднял голову и улыбнулся мне.

— Спасибо.

Я упала на колени перед ним, обняла его за шею и прижалась к голове.

— Ты жив.

— Благодаря тебе.

— НЕ-ЕТ!

Геральд вздрогнул, поднялся и посмотрел на небо, выглядывая Мисселину.

— Там Субантра! — я взлетела, изо всех сил стараясь успеть.

Геральд, несмотря на раны, бросился за мной. Мы были на полпути, когда остановились, поражённые от ужаса. Мисселина падала, крутясь и переворачиваясь в воздухе.

— НЕТ! — Геральд полетел к ней навстречу. Поймал её, но не смог удержаться, и они вместе полетели вниз. Он принял весь удар на себя. — Мисселина…

Я подлетела к ним, помогла перевернуть её.

— О нет…

Геральд отвернулся, надавил пальцами на глаза, будто пытался вдавить слёзы обратно. Волосы Мисселины слиплись от крови, одежда от когтей Субантры превратилась в лохмотья, но лицо её осталось таким же чистым, добрым, каким было всегда. Казалось, она даже сейчас улыбается. Геральд обнял её, прижался со всех сил и заплакал. Я отпрянула, поднялась, покачиваясь от шока, и взлетела. Взлетела к небу, поднялась над всем этим месивом тел, сплетенных между собой. Остановилась на выступе, откуда простиралась битва.

Отсюда всё казалось нереальным. Битва двух сторон. Битва сильнейшего с сильными мира сего. Субантры ревели, отрывали головы с плеч, клевали лица. Воины цитадели рубили всех на своём пути. Где-то там в этой кровавой бойне сражались мои друзья и близкие. Где-то там сотни жизней обрывались каждую секунду, а остальные — висели и покачивались на волоске.

— ВПЕРЁД! — кричал Мальбонте своей армии.

— Вперёд!!! — выкрикивал советник.

Я стояла над всем этим и тяжело дышала, и моё дыхание потихоньку переходило в рыдание.

— А-А-А-А!!! — я прокричала в пустоту, в небо, прокричала Шепфа и Шепфамалуму о своей боли.

Но мой крик, как и крики других воинов, потонули в мясорубке мучений всё ещё живущих. Я закрыла рот руками, сжимая губы со всех сил, но крик рвался наружу. Сердце сжалось, когда среди воюющих я увидела Мими. Она не воевала — её движения были танцем. Изящный, смертоносный танец.

— Мими… — я больше не могла оставаться в стороне, раскрыла крылья и бросилась в омут смерти.

Мы с Мальбонте боролись вдали друг от друга, но наша связь была нерушима. Мы бились за общее дело, и каждый наш шаг, каждый взмах меча и крыльев олицетворял идею. Правление нужно свергнуть. Шепфа слишком долго держал всех в неведении. Мы здесь, чтобы сказать своё слово. Мы здесь, чтобы бороться за свои права. На земле я была обычной девушкой, но небеса подарили мне силу, которой я воспользуюсь, чтобы сделать этот мир чуточку лучше. Чтобы оставить след. Я рубила, отражала атаки, защищалась и нападала. И была готова в очередной раз направить свою силу на противника, но вовремя остановилась, замерев с протянутыми руками.

— Виктория? — Мими тревожно оглядела меня. — Ты… с ним? — она прошептала это почти испуганно.

— Да.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

Она отразила атаку демона Мальбонте и хотела скрыться, но я остановила её, придержав за руку.

— Я — всё та же я, Мими. Мы обе считаем, что поступаем правильно. Но наше "правильно" — разное.

Она долго и печально смотрела на меня, потом приобняла меня и прошептала:

— Главное, не умирай. Я прощу тебе всё, но не твою смерть, поняла? — и тут же скрылась среди воюющих.

Тело ныло, глаза застилал пот, руки дрожали. Я споткнулась о чьё-то тело, встретилась лицом к лицу со смертью. Не знаю, кто это был, но его черты наверняка отпечатаются у меня в мозгу до конца моего бытия. Я, онемев, попятилась от него. Мимо меня проносились ноги, над головой пролетали Субантры и бессмертные. А я всё смотрела на это безжизненное лицо, не в силах отвернуться. Но война не терпит промедления. Она снова затянула петлю, вынуждая меня позабыть о страхе и погрузиться в этот бесконечный и порочный круг защиты и нападения. Я была беспощадной. Потому что на войне иначе нельзя. Пока я боролась, в это время намечалась другая схватка…

Мамон в облике чудовища приземлился немного поодаль от Мальбонте, и тот тут же, заинтересованный, обратил всё внимание на него.

— Какая встреча. Мамон, если не ошибаюсь?

— Он самый.

— Выбрал сторону цитадели? Боишься потерять своё место? Я сохраню его для тебя, не стоит волноваться.

— Не нужно со мной торговаться, Мальбонте.

— Как скажешь.

И они бросились друг на друга. Столкнулись две силы. Два древних существа, прошедшие и познавшие долгую жизнь. Удары Мамона отбрасывали Мальбонте, будто тот ничего не весил, но Мальбонте в свою очередь подскакивал, будто эти удары ничего ему не стоили. Они двигались так быстро и так молниеносно, отражали удары друг друга, что за их битвой едва можно было проследить.

— Я не хочу тебя убивать, Мамон. Ты мне нравишься.

— А ТЫ МНЕ — НЕТ! — Мамон нанёс шквал ударов, не давая Мальбонте оклематься.

Мальбонте медлил отражать их, будто не решался окончить битву.

— Если не прекратишь — погибнешь!

— Vivere militare est.

Услышав ответ, Мальбонте изменился в лице. Демон задел в нём что-то тёмное, словно напомнив, зачем он здесь. Мамон снова повалил его. Мальбонте упал на землю. Мамон хотел нанести последний удар…

— ГЛУПЕЦ! — Мальбонте закрыл глаза, а когда открыл, они были чернее ночи, а из рук вышел свет цвета копоти, цвета смерти.

И этот свет пронзил Мамона насквозь. Отобрал его жизнь.

— ПАПА!!! — Мими бросилась к нему.

— О, нет-нет-нет… Мими!

— А-А-А-А!! — Мими, маленькая, бесстрашная и полная такого отчаяния, летела прямо к Мальбонте, зная, что не сможет ничего сделать. И всё же летела…

— Мими… кхр… нет… — Мамон поднял руку, будто пытался силой мысли остановить её, но бесконечность его бытия утекала из него вместе с чёрной жидкостью.

И, как обычно бывает в такие моменты, жизнь останавливается, словно сам Шепфа ставит её на паузу, чтобы ты запомнил каждую секунду… чтобы прокручивал снова и снова, мучая себя колючими мыслями: "Что я могла изменить? Что я могла изменить… что я могла…" Я увидела Мамона, его прижатые к земле крылья. Перья подрагивали на ветру, и, отрывая, ветер уносил их. Я увидела в небе Люцифера, остолбеневшего от ярости. И я увидела лицо Мими, мокрое от слёз.

И я закричала:

— МИМИ, НЕТ!

Мими обернулась на мой крик. Мне удалось достучаться до неё сквозь горечь и боль от смерти отца. Мими замедлилась, но Мальбонте, отражая её попытку напасть, отбросил её в сторону. Мими упала наземь без сознания.

— Мими!

Люцифер смотрел лишь на неподвижное тело Мими, чувствуя разрушающую ярость, направленную на Мальбонте. Я никогда ещё не видела у него такого дикого, обезумевшего взгляда.

— Ты покойник!

Люцифер напал на Мальбонте, но тот одним ударом оттолкнул его от себя.

— Это война! Думаешь, я получаю от этого удовольствие?!

Люцифер вытер кровь с губ и поднялся.

— Думаю, да.

Они стояли друг напротив друга, уничтожая взглядом соперника. Мальбонте ничего не предпринимал, был спокоен, но собран.

— Ты зол на меня. Ты имеешь на это право. Готов умереть за это?

Люцифер процедил сквозь зубы, и голос его больше походил на рык:

— Готов. — он сложил крылья за спиной и побежал навстречу к Мальбонте. Его руки сжались в кулаки, а тело покраснело, словно пропитываясь яростью.