Чтение онлайн

Какой-то мужчина обогнал Джергера.

Джергер замедлил шаги…

543!

Дверь в номер приоткрыта. Джергер оглянулся. Вокруг никого. Он нырнул в отверстие, как в воду.

В комнате за столом сидели двое. Один – тот, что встретился с Джергером в поезде. Плотный, рослый, смуглый…

Теперь Джергер видит: не смуглый, а загорелый. Лицо злое и умное, с таким можно работать. Голубоватые водянистые глаза, в которых тонет все, что туда попадает. Слегка расплюснутый нос. Должно быть, в молодости занимался боксом. Это и есть Харбери.

Едва Джергер переступил порог, как Харбери встал и, не здороваясь, повернул в замке ключ. Осторожный парень!

Второй другого сорта. Невысокий, жирный, с брюшком. Бледно-желтый. Отечное лицо. Черные как смоль волосы подстрижены ежиком. На мясистом носу очки в золотой оправе. Светлый рыжий костюм закапан чернилами.

– Привет, Робби! – негромко обратился Харбери к вошедшему, похлопывая его по плечу. – В коридоре не было никого?

– Все в порядке, Билл.

Они поздоровались так, точно давно знали друг друга.

– Знакомьтесь, Робби, это Эзра Барнс, – назвал Харбери брюнета с брюшком. – Корреспондент «Пресс-Эдженси», король репортажа. Только и делает, что пожинает лавры. Иногда узнает такие вещи, какие другим журналистам даже не снятся.

Барнс жирным коротким пальцем ткнул в сторону Харбери.

– Зато уж вы никак их не пожинаете… – Он слегка скривил губы, это должно было означать улыбку. – Впрочем, не сеете и не жнете, но тоже ничего живете.

Голос у Барнса был, как у чревовещателя.

Харбери усмехнулся.

– Куда уж мне до вас!

И обратился к Джергеру:

– Робби, вы можете связываться со мной через Барнса. Это его номер. У меня отдельная квартира, но вам лучше в ней не показываться. Но и с ним связывайтесь лишь в исключительных случаях. Думаю, им тоже интересуются.

Барнс беззвучно засмеялся, как-то неестественно тряся огромным животом и обвислыми щеками.

– Ну а сейчас прошу, Робби, – сказал Харбери и указал на стол, уставленный закусками и бутылками с водкой и коньяком.

Харбери взял рюмку.

– С приездом, Робби… Вам чего?

– Я не пью, – отказался Джергер и поправился: – Не пью на работе.

Харбери захохотал.

– Здорово вас натаскали! Дисциплина, ничего не скажешь. Ну как хотите…

Он выпил рюмку коньяка и закусил лимоном. Барнс со спокойным любопытством рассматривал Джергера.

– А теперь мы поговорим, – сказал Харбери. – Барнса незачем посвящать в наши секреты. Не правда ли, Барнс?

– Ваши секреты меня не интересуют, – лениво ответил тот. – «Пресс-Эдженси» солидная фирма. Я лучше послушаю радио… – И он включил приемник чуть ли не на полную мощность.

– Чем больше шума, тем лучше, – одобрил Харбери. – А мы с Робби пройдем в ванную. Предосторожность не мешает. Там самое удобное место.

Щелкнула задвижка. Харбери отвинтил оба крана, пустил сразу и холодную, и горячую воду. Ванная наполнилась ровным шумом.

– Если здесь и запрятан где-нибудь микрофон, магнитофон запишет лишь вздохи ветра и плеск водопада. – Харбери усмехнулся и присел на край ванны. – Да и от любопытства Барнса не мешает застраховаться. – Он устроился поудобнее. – Итак, заседание совета безопасности можно считать открытым.

Джергер с интересом рассматривал своего собеседника – от него во многом зависел успех операции. Если они сумеют хорошо координировать свои действия, успех делу обеспечен.

– Вот вы и в Москве, Робби, – сказал Харбери. – Как добрались?

– Отлично, – сказал Джергер. – Я не предполагал, что это будет так просто.

– Не привлекли по дороге внимания?

– Исключено, – сказал Джергер. – Никогда не думал, что русские так доверчивы.

– До тех пор, пока вы не сунете нос куда не следует, – добавил Харбери.

– Вам известно, с какой целью я послан? – осведомился Джергер. – Меня интересует Глазунов.

– Глазунов всех интересует, – заметил Харбери не без иронии. – Только от этого мало толку.

– Вы можете посоветовать, с чего начать? – попросил Джергер. – Вы ведь старый москвич…

– Будем говорить по порядку, – сказал Харбери. – У вас есть при себе что-либо компрометирующее?

– Я все уничтожил. Даже оружие. Боялся, что обыщут и найдут пистолет.

– Правильно, – одобрил Харбери. – Пистолет сразу вызвал бы подозрения. В России лучше действовать без оружия.

– Я уничтожил все, что могло вызвать подозрения, – повторил Джергер. – Мне сказали, что вы снабдите меня всем.

– Мой арсенал в вашем распоряжении, – подтвердил Харбери. – Но чем меньше вы им будете пользоваться, тем лучше. Вы с хорошим паспортом приехали в Москву?

– Паспорт подлинный. Александр Тихонович Прилуцкий из Краснодара.

– По нему прописаны в гостинице?

– Да.

– Время от времени гостиницы надо менять, и одновременно меняйте паспорта. Деньги нужны?

– Пока есть.

– Большие суммы не надо иметь при себе, деньги лучше держать на аккредитиве. Теперь о Глазунове. Интерес представляют только три человека. Он сам и два его ближайших сотрудника.

– Федорченко и Ковригина?

– Да. В институт к Глазунову не попасть, это исключено, да и неизвестно, что и откуда там брать. Я это проверил еще раз за последние дни. Остается одно – люди.

– Глазунов?

– Слишком на виду. Его, вероятно, здорово охраняют. И ко всему это типичный русский интеллигент.

– А какое это имеет значение?

– Русские интеллигенты всегда были слишком принципиальны, а этот – интеллигент советской формации. Они помешаны на своем патриотизме. Образец поведения для них – Герцен.

– А с Герценом, вы думаете, мы не смогли бы договориться?

– Никогда. Он находился в конфликте со своим правительством, но родине изменить не мог. В Париже на Международном конгрессе математиков к Глазунову пришел один делегат. Один из наших делегатов. Обратился с очень деликатным предложением. Пригласил Глазунова на прогулку в Булонский лес и там обратился. Знаете, что сделал Глазунов? Посмотрел на часы и сказал почтенному пожилому джентльмену, что дает ему тридцать секунд для того, чтобы тот мог исчезнуть… И, знаете, тот побежал!