Чтение онлайн

Я со злостью давлю на бутылку с моющим средством, и оно попадает мне на топ.

— Черт, — шиплю свозь зубы, вытирая каплю и оставляя вместо нее мокрое пятно. — Ну почему нельзя было просто поговорить?

Принимаюсь за кружки, вымещая на них весь свой гнев. И как мне теперь общаться с этими двумя? Делать вид, что ничего не было? Или устроить им допрос с пристрастием? Может, если я сотру с кружки пару слоев лака и краски, на донышке появится подсказка?

Звонит телефон, и от неожиданности я роняю кружку в раковину. С печальным треском откалывается ручка. Я тяжело вздыхаю. Это была моя любимая, с градиентом от кислотно-розового до нежно-зеленого. Белое сердечко у каемки светилось в темноте. Я могла бы оставить ее — пусть теперь это и стакан — но, говорят, битая посуда в доме к несчастью, а у меня и без нее полно проблем.

Очередная вырисовывается на горизонте, когда я поднимаю трубку.

— Я заеду через час, идет? — голос Стархова тонет в шуме дороги.

— Зачем? — я искренне удивлена.

— Соскучился по твоему ворчливому консьержу, что ж еще! — усмехается Антон.

— А по мне? — отвечаю шуткой на шутку, но все еще жду от Стархова серьезный ответ.

На другом конце провода повисает тишина. Он сбросил вызов? Выкидываю осколки кружки, и тут Антон произносит:

— Невозможно прятаться вечно, верно? Ты сама все видела. Надо поговорить.

Он кладет трубку, не дав мне ответить. Но мне и нечего сказать. Я оторопело хлопаю ресницами, пялясь в экран, расцвеченный иконками приложений. В Telegram загорается новое сообщение:

Я дома, — от Королевой.

В «Абсенте» она написала мне, что поедет на ночь к какому-ту парню и чтобы я возвращалась в квартиру без нее. Судя по всему, этим счастливчиком был Стархов.

Притащишь мой рюкзак завтра в вуз? — еще одно сообщение от Вики.

Отправляю сухое «Ок» и выхожу из Telegram. Не хочу даже спрашивать, как все прошло. Антон приедет — расскажет.

Викин рюкзак я нахожу на диване, расстегнутым и полупустым. Косметичка и голубая пижама валяются на полу. Из-под нее выглядывает краешек блокнота, который вчера Вика тщетно пыталась спрятать. Я подбираю его, царапая пол длинными ногтями, и раскрываю на первой странице.

Записка королевы Виктории №1

15 окт 2023

Я вот все думаю, что со мной не так?

Поставила в духовку пирог с кокосовой стружкой, чтобы поднять себе настроение. К черту диету. Один раз живем…

Скользя взглядом по тексту, я натыкаюсь на свое имя.

Взять, к примеру, Марго. Да, она хороша. Умная, с классным чувством юмора, танцует отпадно. Я всегда ей восхищалась… Но Марго ведь никогда и пальцем не шевельнула для того, чтобы заполучить парня.

Недовольно прищуриваясь, опускаюсь на диван. Страницы шелестят в руках, выдавая грязные тайны моей лучшей подруги. Оказывается, не одна я веду двойную жизнь.

Люблю мальчиков побрутальнее. Как Антон, например… Идиотское правило — не мутить с бывшим лучшей подруги. А что делать, если ну очень-очень хочется?

Я подтягиваю ноги к себе и кладу дневник на колени — поближе к глазам, чтобы не было оснований им не верить. Как бы я ни пыталась отрицать, Вика давно запала на Антона. И молчала об этом.

Вдруг Стархов, общаясь со мной, всего лишь хочет потрепать нервы бывшей?

— Встретимся завтра?

— Я никуда и не собираюсь ехать, пока ты меня не поцелуешь…

Не говори о нас Марго, хорошо?

Он втянул меня в гримерку и прижал к стене…

Вик, ты мне очень-очень сильно нравишься.

Судорожно переворачиваю последнюю страницу. Строчки прыгают перед глазами.

Записка королевы Виктории №4

24 ноября 2023

Ты мне тоже очень-очень, до безумия сильно нравишься, голубоглазый черт Стархов.

Я резко захлопываю блокнот и перевожу взгляд на стену. Солнце разбросало по ней лимонные дольки лучей, и теперь они медленно падают на пол, растворяясь в холодной тени деревьев, заглядывающих в окна. Во рту у меня вдруг становится кисло и невыносимо противно.

От себя самой. Я разучилась прощать людей, слышать их желания и уважать их чувства. Я не захотела дать шанса Антону с Викой, а стоило. Я вела себя слишком резко, эгоистично, сама отдалила подругу, еще и возмущалась, отчего это она не сказала мне правду.

Во мне стало слишком много текилы и льда. Но я Маргарита. Все мои ингредиенты одинаково важны.

Антон напоминает о себе звонком. Меняю шорты на джинсы, с крючка в прихожей хватываю фисташковый бомбер. Надевать пальто нет смысла. Наверняка Стархов попросится ко мне на чай — на улице слишком сыро и неуютно для душевных разговоров.

Но вопреки моим ожиданиям, когда я выхожу из подъезда, Антон протягивает мне шлем и кивает на мотоцикл.

— Куда мы?

— На наше место, — Стархов хлопает по отполированному до блеска металлическому боку и расплывается в многообещающей улыбке.

Мне это не нравится. Какое еще наше место? Разве оно у нас есть?

Шлем я не беру. Я только помыла голову после работы, с трудом избавившись от тонны блесток и лака. Не хочу портить объем. Но на байк я все же забираюсь, обнимая Антона за талию. Он срывается с места, и поток ледяного ветра чуть не сносит меня прямиком на асфальт. Я готова убить этого придурка, о чем стабильно докладываю ему на каждом светофоре. Однако Стархов остается непреклонен. Делает вид, что не слышит меня из-за шлема, давит на газ, и мы снова ныряем в поток машин. Золотые лучи скользят по их крышам, стремясь нас обогнать, подмигивают из окон многоэтажек и смеются надо мной, из последних сил пытающейся сохранять самообладание. На поворотах я отчаянно впиваюсь ногтями в кожанку с запахом бензина, хотя хочется совсем другого — дать Стархову смачный подзатыльник и наконец слезть с этого бешеного коня.

Мы останавливаемся у входа в парк «Лужники». Другой конец Москвы! Мой бывший — сумасшедший. Разминая затекшие ноги, я выливаю на Стархова ведро ругательств и с легким сердцем направляюсь к стеклянным дверям. Приклеенная на ней табличка с правилами посещения парка предупреждает, что с мотоциклом Антона дальше не пропустят.

— Узнала? — Стархов паркует байк и размеренным шагом направляется ко мне.

А то… В этом парке мы впервые поцеловались. Как символично. Антон решил мне устроить трогательную встречу с прошлым?

Эта мысль ни капельки не греет. Наоборот, только прибавляет мурашек на теле, а их и без того много от холода. Садясь на байк, я не догадалась застегнуть бомбер. От ветра мокрое пятно на топе быстро высохло, но кожа под ним будто покрылась корочкой льда.

— Я не просижу тут и пяти минут! Уже рук не чувствую, — потираю ладони друг о друга, бросая на Стархова испепеляющий взгляд.

На удивление это помогает. Ледяная глыба по имени Антон оттаивает и отдает мне свою кожанку. Кутаясь в нее, я благодарно киваю, и мы заходим на территорию парка. Несмотря на раннее утро, тут полно отдыхающих: мамочки с колясками, парни-атлеты, соревнующиеся друг с другом на турниках, охотящиеся на них девчонки на роликах. И не холодно им в лосинах?