Чтение онлайн

В обществе, где десятилетиями культивировались конформизм и полное молчание на соответствующие темы, бесконечный поток информации и продукции, связанных с сексом, вызвал тревогу, страх и непонимание. Началась моральная паника — при этом у новой откровенности хватало как оппонентов, так и защитников. В перестроечных газетах шли жаркие споры о рамках дозволенности.

«Я не уважаю нынешнюю молодежь, не разделяю ни их взглядов, ни их убеждений… — писал читатель, представитель старшего поколения. — Надо больше работать, трудиться, тогда не будет проблемы свободного времени и некогда будет думать о сексе». Молодые люди, участвующие в дискуссии, с таким подходом в духе официальной советской идеологии не соглашались. Они, напротив, требовали более скрупулезного внимания к вопросам секса: «В период усиления демократии и гласности вы могли бы раскрыть эту проблему конкретнее и серьезнее, а решение показать точнее, а не расплывчатыми формулировками, пригодными лет десять назад».

Новые времена рождали новые медиа для разговора на прежде запретные темы. В 1989 году в СССР вышел первый номер газеты «СПИД-инфо», издатели которой видели своей миссией половое просвещение. Анонимные авторы писали о том, как не заразиться венерическими заболеваниями, давали и другие советы о здоровой интимной жизни. Как и все связанное с сексом, газета тут же вызвала огромный интерес у советских граждан — тем более что была предусмотрена возможность обратной связи, а люди хотели не только читать о сексе, но и делиться своими проблемами. В советские годы редакция привлекала в качестве авторов врачей и ученых, и хоть и не стеснялась откровенных статей, в первую очередь просвещала читателей. После распада СССР газета, уже в российской юрисдикции, быстро превратится в типичное издание желтой прессы и будет нещадно эксплуатировать сексуальную тематику в беспринципно коммерческих целях. Сменится даже значение аббревиатуры: изначально «СПИД-инфо» расшифровывалось как AIDS, то есть буквально «СПИД», а коммерчески ориентированное издание будет подразумевать под своим названием SPEED, «скорость» [163] .

Не менее скандальным изданием стала газета «Еще», основанная латвийцем Владимиром Линдерманом. На ее страницах обсуждали оргазмы, групповой секс — да и сама газета напоминала чем-то журнал Playboy, правда, со своей спецификой. Там не стеснялись публиковать вымышленные юмористические истории. Например, один из авторов написал текст от имени известного американского ученого, якобы рассуждавшего о сексе в космосе, — как с удовольствием замечал в интервью «Ленте. ру» Владимир Линдерман, «ее перепечатала куча так называемых солидных изданий». Так же, как и «СПИД-Инфо», «Еще» быстро набрала популярность. Первый тираж газеты вышел в конце 1990 года в Риге и составлял 50 тысяч экземпляров, а вскоре тиражи выросли до 300 тысяч. Успех газеты, по мнению Линдермана, заключался прежде всего в удачной редакционной политике:

Без медицины и нравоучений, просто рассказывали {о сексе} — как другие издания об экономике и футболе. Условно говоря, в газете было три блока: репортажно-новостной, придававший солидность и делавший издание именно газетой, а не сборником новелл, объявления и письма читателей, сообщавшие искренность и доверительность, ну и литература [164] .

Период расцвета газеты «Еще» будет недолог — ее закроют в 1993 году, а находящиеся в продаже копии конфискуют без каких-либо официальных объяснений. Против Линдермана и его компаньона Алексея Костина даже возбудят уголовное дело. Линдерман будет заявлять, что их «заказали» конкуренты.

В перестройку изменилось многое, зашатались сами устои советского общества, но кое-что осталось незыблемым. Чиновники горбачевского времени, несмотря на курс нового руководства на гласность и открытость, по-прежнему не были готовы работать над сексуальным просвещением населения. Когда в 1987 году главного идеолога перестройки Александра Яковлева избрали членом Политбюро, Игорь Кон тут же написал ему записку, в которой предлагал создать общественный межведомственный совет по вопросам сексологии и сексуального просвещения. Помощник Яковлева, психолог по образованию, согласился с предложением Кона, но сам политик не проявил к нему никакого интереса: ему не нужна была лишняя работа. Летом того же года был опубликован проект постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР о развитии советского здравоохранения на ближайшие десять лет. В постановлении открыто и резко говорилось о необходимости борьбы с абортами и развития контрацепции, но о сексуальном просвещении не было сказано ни слова. Понимая, что от государства ждать помощи бесполезно, врачи и педагоги сами принялись создавать добровольные общественные организации и фонды, занимающиеся сексуальным просвещением [165] .

Как мы увидели в этой главе, во время перестройки Советский Союз захлестнула волна сексуальной свободы. Круг замкнулся: СССР начинался со смелых экспериментов и откровенности 1920-х годов, и теперь, спустя шестьдесят лет подавления личности и сексуальности, в последние годы Союза вновь стало «все можно». Но эта волна свободы была другой: если в 1920-е молодое советское государство воспринимало половое просвещение как одну из своих задач, а на страницах газет шли дискуссии о секспросвете, то в перестройку вопросы секса часто скандализировались, а до полового воспитания у государства просто не доходили руки. Сексуальный дискурс в перестроечное время был хаотичным, бесконтрольным. Масштабы проникновения секса в медиа и повседневную жизнь пугали обычных советских людей, привыкших к государственно насаждаемому пуританству. Власти же не успевали никак реагировать на изменения в обществе — вопросы сексуального просвещения, как и борьбы со СПИДом, ощущались менее актуальными на фоне монументальных политических изменений. Возможно, если бы СССР просуществовал дольше, государство уделило бы серьезное внимание сексуальному просвещению и, может, даже попыталось бы выработать язык для разговора о сексе без ханжества и умолчаний. Или, напротив, возобладали бы сформированные еще со сталинских времен традиции не говорить вслух на такую «неприличную» тему. Мы никогда не узнаем. Из-за глубоких экономических проблем и политических кризисов Советский Союз прекратил свое существование 26 декабря 1991 года.

Двадцать шестого декабря 1991 года Совет Республик Верховного Совета СССР принял декларацию о прекращении существования Советского Союза: огромное государство распалось на пятнадцать независимых республик. Его правопреемницей стала Россия, и речь в эпилоге пойдет именно об этой стране, тем более что в фокусе нашего внимания находилась преимущественно РСФСР. Конечно, сексуальная жизнь россиян начиная с 1991 года и до наших дней заслуживает отдельного рассказа и большого исследования. Полностью раскрыть эту тему на нескольких страницах невозможно. Но в общих чертах обозначить траекторию, по которой двигалось российское общество в контексте отношения к сексу и сексуальности, мы все-таки можем. Тем более, как мы увидим, советский опыт отражается и в ситуации 2025 года.

Девяностые годы стали трудным, кризисным временем для большинства россиян: экономические, политические и социальные потрясения сменяли друг друга с ужасающей регулярностью. Вооруженные столкновения сторонников президента и парламента в центре столицы в октябре 1993 года, война в Чечне, скандальные выборы 1996-го, дефолт 1998-го, все это на фоне разгула преступности и терактов — страна пребывала в состоянии постоянного шока.

Одновременно с этим девяностые были временем небывалой по советским меркам свободы слова и самовыражения. Российское государство на какое-то время перестало контролировать СМИ и вмешиваться в частную жизнь людей (в качестве примера можно вспомнить отмену уголовного наказания за «мужеложство» в 1993 году) и не настаивало на пуританском образе жизни сообразно «моральному кодексу строителя коммунизма». Впрочем, большинству россиян трудно было оценить такую свободу: слишком многим приходилось жить в состоянии постоянного стресса, страха за свою безопасность, дефицита и нищеты. И тем не менее секса в массовой культуре стало в разы больше, чем в СССР: он хлынул на россиян с экранов телевизора и страниц прессы потоком, который каких-то десять лет назад было невозможно себе представить.

Скандализация и вульгаризация темы, свойственная перестроечным газетам, только усилились. Газета «СПИД-инфо» в ее «желтом» изводе, о которой я говорил в предыдущей главе, стабильно сохраняла популярность, ее тиражи стремительно росли. Конечно, то, что публиковалось в этой газете, как и во множестве подобных ей, носило уже совсем не просветительский характер. На страницах издания стало появляться все больше и больше грубого и нахального обсуждения интимной жизни российских звезд шоу-бизнеса. Удивительного в этом было мало, культура таблоидов существовала и существует во многих странах.

Пришли в страну и легендарные американские эротические журналы: Playboy и Penthouse. Кроме того, секс моментально стал неотъемлемой частью поп-культуры: в клипах популярных групп и певцов теперь то и дело мелькали голые или полуголые тела. Проникли сексуальные образы и в рекламу: российские маркетологи 90-х взяли на вооружение принцип «sex sells» («секс продает») и хорошо его выучили.

На фоне стремительно растущей сексуализации массовой культуры в стране по-прежнему не хватало вдумчивых, понятных разговоров о сексе, нацеленных не на возбуждение, а на просвещение. Секс уже не просто был. Казалось, он теперь был повсюду. Но при этом парадоксальным образом оставался табуированной темой — говорить о нем по-прежнему было неловко, а в обществе доминировали патриархальные представления о том, какие гендерно-социальные роли и сексуальные практики «приличны», а какие — нет. И все же отдельные журналисты, в том числе на ведущих телеканалах, предпринимали попытки изменить положение дел и направить обсуждение вопросов сексуальности в более здоровое русло.

Так, в 1997 году НТВ начал показывать первое в России ток-шоу о сексе, получившее название «Про это». Шоу выходило после полуночи, но популярность его все равно была очень высокой: его смотрело 30 % российской телеаудитории [166] . Гости шоу откровенно и спокойно говорили на самые острые темы: обсуждали проституцию, в том числе и мужскую, мастурбацию, гомосексуальность, оргазм, сексуальное влечение и так далее. Вела передачу Елена Ханга, молодая журналистка, афророссиянка в парике блондинки, дочь танзанийского революционера, который некоторое время занимал пост премьер-министра Занзибара в 1960 году.