Чтение онлайн

Но все изменилось, когда у него появилась вторая семья. Злость превратилась в презрение, которое я едва могла скрывать. Я чувствовала, что становлюсь жестче, взращивая в себе ярость, которая могла отравить не только мой брак, но и всю мою жизнь. Малейший толчок мог вызвать поток желчи и злобы, которая кипела в моей душе совсем близко к поверхности..

На самом деле я злилась не только на Майкла. Без сомнения, я тоже сильно изменилась. Мне не хватало двух-трех лет до пятидесятилетия, и я была, как никогда раньше, уверена в себе. Я заслуживала большего, а не унижений, которым меня постоянно подвергал Майкл. Его легкомыслие, безразличие и мое с таким трудом отвоеванное чувство собственного достоинства помогли мне по-новому взглянуть на Майкла.

А любовь и поддержка Боба напоминали, что мне следует знать себе цену. Он любил меня безоговорочно, и это заставило меня изменить мнение о самой себе..

Мне надоело, что я каждый раз недостаточно хороша для Майкла, я устала бороться с ним — и за него. Мне больше не казалось, что я осуждена жить с ним до конца моих дней. К тому времени я уже вполне могла справиться и без него. Возможно, это пришло не сразу, но теперь я была достаточно уверена в себе. Джессике было уже двадцать семь, а Эрику двадцать четыре.

Они активно устраивали свои собственные жизни, и мне не нужно было продолжать быть женой их отца, чтобы они могли поддерживать с ним прекрасные отношения..

Я знала, что развод будет тяжелым. Несмотря ни на что, Майкл был важной частью моей жизни, я провела большую часть этой жизни с ним. Я даже не знала, как сказать ему в лицо, что все кончено. Когда я начинала думать об этом, у меня наворачивались слезы на глаза. Наши отношения уже были на последнем издыхании, но это не означало, что прикончить их будет легко..

В 1992 году мы с Майклом поехали в Бостон на тридцатую годовщину выпуска моего класса. За долгие годы Майкл научился быть очаровательным на людях. Он улыбался и смотрел мне прямо в глаза, когда мы танцевали вместе. Любой, кто видел нас, думал, наверное, что наш брак прочен, как близлежащие Беркширские горы.

Если бы только они видели нас в самолете или несколькими днями раньше, когда Майкл, казалось, делает мне одолжение, вообще разговаривая со мной. Я подозревала, что причина его холодности как-то связана с Андреа, его новой девушкой..

Майкл познакомился с Андреа в Центре предоставления сексуальной информации, там же, где и с Мэг. Стоило мне увидеть, как они разговаривают друг с другом, и я поняла, что они спят вместе. Когда я потребовала ответа, он не счел нужным это отрицать и плевать хотел на мое заявление о том, что Мэг останется единственной, с кем он станет встречаться, помимо меня.

Андреа, Мэг — уже две женщины на стороне — и это лишь те, о которых я знала. Я обнаружила, что он в очередной раз предал меня. Было обидно, но совсем не удивительно. Он не пытался это скрыть, и это стало облегчением, потому что мне не пришлось выуживать из него правду. Это было очередным подтверждением того, что наш брак — просто маска..

В самолете, на обратном пути в Беркли, Майкл едва сказал мне пару слов. Когда я попросила его поднять мою сумку на багажную полку, он бросил на меня недовольный взгляд и вырвал сумку у меня из рук. За всю дорогу мы сказали друг другу не больше десяти слов, и к тому времени, как мы легли в постель, я готова была взорваться..

— Что происходит, Майкл? — потребовала я ответа.

— Ничего.

— Да брось. Ты меня избегаешь с тех пор, как мы уехали отсюда.

Майкл помолчал несколько секунд, как будто обдумывая мои слова.

— Хочешь знать, что происходит? Я скучаю по Андреа. Я скучал по ней все это время. Такого никогда раньше со мной не было — даже с тобой. Я чувствую к ней то, чего никогда не чувствовал к тебе и никогда к тебе не буду чувствовать.

Все! Несколько лет назад я была бы раздавлена его словами. Теперь они просто привели меня в ярость.

— Вставай! Выметайся из кровати и иди к Андреа. Мы больше не женаты. Я не твоя жена. Нашему браку конец.

Майкл не пошевелился.

— Убирайся отсюда, Майкл! — закричала я.

Он бросился в гостиную, хлопнув дверью. Я выскочила из кровати и заперла ее, чтобы он не смог вернуться. Я была слишком взволнована, чтобы спать. Я металась по нашей маленькой спальне. Мой взгляд упал на ящик, в котором я нашла письма Мэг. «Это было начало конца», — подумала я и заплакала горькими слезами.

Я оплакивала брак, который был бесповоротно, совершенно точно мертв. Около трех часов утра я наконец забылась коротким беспокойным сном..

Когда я проснулась, на часах было пять пятнадцать утра, и мягкий рассвет проникал в окна. Мне было грустно, но я чувствовала облегчение. Сейчас мне все было ясно, и любые сомнения, ложная надежда на то, что наши отношения можно спасти, была уничтожена. Я вступила в этот брак, полная иллюзий. Я сделала из Майкла того, кем хотела его видеть.

Конечно, у нас были прекрасные мгновения вместе. Мы вырастили двоих детей, умных, красивых детей, и в каком-то смысле я всегда буду любить Майкла. Но спустя тридцать лет, прожитых вместе, я должна была признать, что наш брак никогда не был таким, каким я его представляла, а Майкл не был мужем, образ которого я создала в своем воображении.

Я была готова отказаться от иллюзии, которую создала своими же руками..

Я вышла в гостиную и увидела, что Майкл сидит на диване, закрыв голову руками. Он повернул голову, услышав мои шаги. Под глазами у него были темные круги, а волосы как будто разметало ураганом.

Я почти жалела его, но не намерена была отступать.

— Шерил, я не хотел этого говорить. Я просто хотел тебя задеть.

— Каждый, кто позволит себе так говорить со мной… говорить мне такое после всех лет, которые мы прожили вместе… Я не могу оставаться с тобой, Майкл.

Я выглянула из окна, которое выходило на задний двор, и увидела домик, стоявший на нашем куске земли. Мы купили его вместе с домом в 1978 году. Теперь вопрос был только в том, как быстро Майкл сможет туда переехать. За одну неделю он собрал все свои пластинки, книги, одежду и сбежал на задний двор.

В апреле 1993 года мы с Майклом уже почти год жили как соседи, и между нами установилось что-то вроде дружбы. Боб оставался у меня несколько ночей в неделю, а Андреа время от времени жила у Майкла. Когда приезжали Джессика и Эрик, мы все собирались в доме, который я теперь считала безраздельно принадлежащим мне, и готовили ужин, смотрели фильмы или просто проводили время за разговорами.

Добившись определенной дистанции, я смогла увидеть то, чего не видела раньше. Майкл привносил в наш брак свои собственные проблемы. Теперь мне уже не казалось, что он не любит меня, потому что я недостаточно хороша. Вместо этого я поняла, что он тоже постоянно вынужден был бороться с собственными страхами.