Чтение онлайн

— Но он же мужик! У него вон какие кулаки! — в голосе сына звучало отчаяние. — Они согласились бы подождать. А сейчас не согласятся!

— Это мы ещё посмотрим, — улыбнулась я. Не стану же объяснять сыну, что давным давно умею разговаривать с кредиторами.

Мясник и молочник, два кряжистых, заросших по самые брови мужика, чей внешний вид не давал подсказки об их роде занятий, ждали во дворе. Они хмуро оглядывались по сторонам и тихо переговаривались. В дверях трактира стояла Авдотья, видимо, именно благодаря ей кредиторы не ворвались в гостевой зал с требованием немедленно выплатить долг.

— Добрый день, уважаемые, — улыбнулась я мужикам. — С чем пожаловали?

— Муженёк твой покойный, — начал первый, — денег нам задолжал…

— Заплатить бы надобно, — подхватил второй и добавил: — Люди говорят, сегодня на ярмарке вас видели. Отрезы покупали, стало быть, деньги то есть…

— А ежели не отдашь, так мы в управу пойдём. Жаловаться станем, что вдова Трохима мужнино наследство на тряпки пустить хочет, вместо того чтобы долги отдать.

— Денег у меня нет, — спокойно ответила я. Если эти двое рассчитывали меня напугать, то ошиблись. — Муж ни одной монеты мне не оставил. Всё, что я потратила сегодня на ярмарке, на продукты и на крохотный отрез для приданого дочери, заработала сама.

— Дак всё равно долги вернуть надобно!

— Надобно, — согласилась я. — Но прежде я хотела бы узнать точную сумму. И обсудить возможность отсрочки платежа.

Мужики переглянулись, явно не ожидая такого поворота.

— Чего?! — хором переспросили они, вытаращив глаза.

— Отсрочки, — терпеливо повторила я, растягивая губы в самой доброжелательной улыбке. — Но сначала давайте определимся с суммой. Сколько именно должен вам Трохим?

Молчание затянулось. Мясник почесал заросший подбородок, молочник нервно сглотнул. Наконец первый пробурчал:

— Полтыщи монет.

Егорка за моей спиной ахнул.

А молочник, в глазах которого мелькнула хитрая искорка, тут же добавил:

— Каждому.

— На каждый глаз, — невозмутимо продолжила я.

— Чего?! — не понял мясник.

— На какой глаз? — нахмурился молочник.

«Два мудреца, одинаковых с лица», — мысленно усмехнулась я, но голос остался ровным и вежливым:

— А документы у вас есть? — почти ласково спросила я.

— Какие документы? — в голосе молочника прозвучало искреннее недоумение.

— Которые подтверждали бы эту сумму, конечно, — пояснила я, не переставая улыбаться. — Или вы думаете, управа поверит вам на слово? Ну, так тогда я скажу, что Трохим вам всё отдал. И у меня даже свидетель есть. Ты же видел, сынок, как батька рассчитался с этими хорошими людьми?

Я повернула голову к Егорке и, пользуясь тем, что мужики не видят, подмигнула ему одним глазом.

— Да, мам, — тут же подхватил сын. — Видел. Своими глазами видел.

— Ну вот, — кивнула я застывшим от негодования мужчинам. — Теперь у вас выбор: можете пойти в управу, жаловаться, что Трохим должен вам по полтыщи монет каждому, и надеяться, что кто то в такое поверит. Либо согласиться подождать и получить по сотне монет на каждого через… скажем, пять месяцев.

Мясник, похоже, был главным в этой «делегации». Он первым сориентировался:

— Три месяца.

— Пять, — твёрдо ответила я.

Молочник неожиданно поддержал меня: — Идёт. Но ежели через пять месяцев не отдашь, мы не в управу пойдём жаловаться, а красного петуха в твой двор пустим. Ясно?

— Предельно, — кивнула я.

— А ежели хочешь, чтоб мы тебе продукты возили, так оплачивать привезённое будешь сразу, — выдвинул он ещё одно условие. — Ни крынки тебе не привезу без оплаты.

— Идёт, — согласилась я. Всё равно планировала сама заниматься покупками. Что то подсказывало: так выйдет дешевле.

Значит, второй — молочник. А первый — мясник. Буду знать.

Расстались мы довольно мирно, хотя руки друг другу не пожали. Не то чтобы я была против, но, видимо, им не понравился итог встречи. Он то, наверное, рассчитывал облапошить одинокую вдову, а не вышло.

Авдотья всё время беседы простояла рядом молча. Когда кредиторы ушли, покачала головой и снова завела разговор о том, какая я везучая: мол, пожалели меня мужики, не стали добивать бабу, оставшуюся одну с семью ребятишками мал мала меньше.

Я спорить не стала. Повезло, значит, повезло. Пусть так.

Теперь предстояло обдумать, как за пять месяцев отдать все долги. С одной стороны, это всего сорок монет в месяц, сумма, казалось бы, не столь велика. Вчера за одну ночь я заработала тридцать монет. Но с другой, купеческие обозы к нам заглядывали редко. Обычно гостей было так мало, что едва хватало на пропитание большой семьи. Выделить из обычного дохода сорок монет, чтобы рассчитаться с прошлыми долгами, задача не из простых.

А ведь ещё столько всего нужно купить! Одних кроватей около двух десятков…

Следующие несколько дней я продолжала отмывать трактир и комнаты на втором этаже. Гостей за эту неделю почти не было, заночевали человек пять, не больше. Продуктов, купленных в прошлый раз, пока хватало, и я приберегла монетки, не потратив ни одной.

Уставали мы с детьми так, что не каждый вечер могли ложку донести до рта с открытыми глазами. Но постепенно вокруг становилось чисто, и это радовало меня, придавало новых сил.

Больше всего в эти дни меня удивляла Авдотья. Посмотришь на неё, вроде еле дышит, а стоит взяться за дело, так у неё будто второе дыхание открывается. Только бело серый платочек, который она, как мне кажется, не снимала с головы даже ночью, мелькает то тут, то там. И еды успевает сготовить, и посуду помыть, и прибраться, и ещё за детьми присмотреть.

Пока мы с Егоркой одну комнату убираем, Авдотья и на кухне порядок наведет, и на огород успеет сбегать, пару грядок прополоть, и детям сказочку между делом рассказать, а потом ещё и к нам придёт, станет над душой стоять, причитая, что совсем ни себя, ни детей не жалею…

В такие минуты мне хотелось её убить. Вот откуда в старухе столько энергии? Я после трудового дня еле до постели доползала. Мой тюфяк, набитый свежим сеном, казался мне мягче любых перин и уж точно ароматнее. Засыпала я, едва голова касалась подушки.

Правда, и во сне не переставала думать о трактире, о долгах и о том, как привлечь гостей. Наверное, поэтому снилась мне мешанина разных образов: начиная от Трохима, который так спрятал свою заначку, что мы до сих пор не могли её отыскать, и заканчивая старым купцом, который смотрел на меня с благодарностью за возможность на короткий миг вернуться в счастливые времена, которые он навсегда потерял.