Чтение онлайн

– Ну, вылезай теперь, - сказал он, то ли от обиды, то ли от безысходности.

Все равно, думал шериф, рано или поздно кто-то додумается заглянуть в подпол, и найдет там не только старую сбрую, одинокую бочку с капустой и конфискат. Арестанта там найдет, и поздно уже говорить, что пытался за грехи того ужесточить условия содержания. И еще, если поищет хорошенько, шерифову рукопись тоже откопает.

При мысли о хрониках Винсент успокоился.

– Аркано, слушай, - быстро заговорил он. – Там под бочкой с капустой рукопись, найдешь.

– Уже, - отозвался доктор. – Жаль, тут темно, я бы почитал.

– Успеешь. Хватай ее и выматывайся. Еще есть время, Януш засел надолго. Только тихо.

– А второй? – с явным подозрением проговорили из-под пола. – Винсент, у вас других выходов из подвала нет?

– Это тебе изба или замок горного короля?

– С вашим подпольем я бы еще посомневался.

И тут шериф услышал, что, в общем-то, Аркано прав. Януш возвращался. И возвращался бодрым шагом, явно вполне счастливый, или может, мороз его подгонял.

– Тихо. Посиди спокойно, что-нибудь придумаем.

Из-под пола согласно скребнули, а потом арестант вдруг сказал:

– Мне теперь никак умирать нельзя, шериф.

Винсент только успел поубедительнее устроиться на своем топчане, засопеть и подумать, что же так резко передумал умирать уже мысленно себя похоронивший доктор. Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. Януш ввалился в избу, распространяя запах пара и конюшни. Возможно, лошадей проверял. А может быть, обыскивал.

– Воистину, тяжелые времена способствуют обострению народной фантазии.

– Ты о чем это?

– Смотри, у нас же как… Если совсем плохо станет, начинаем выдумывать себе защитников, будто бы одного Господа мало.

– Кому мало, тот и выдумывает.

– Да не важно, я о другом говорю. Народу нашему все одно: Господь на небесах, а до туда далеко. И оттуда тоже далеко.

– Не успеет?

– Может и не успеть. Поэтому нужен защитник тут, на грешной, значится, земле.

– И кто грешной назвал, до сих пор не пойму.

– Да ладно, чего уж на правду обижаться. Дай мысль доскажу, пока не растерял. Придумывают всяких там героев, а тех, может, и не было никогда на самом деле. И ведь легче становится, верно? И еще придумывают пугала.

Собеседник замолчал, обдумывая. Из подвала, скорее всего, очень внимательно молчал Аркано. Винсент молчал угрюмо, не собираясь участвовать в диспуте, который развели с утра пораньше отдохнувшие тюремщики.

– Дядя Януш, вы чего? – подал голос Джерри. – Зачем про это говорить?

Винсент поморщился. Дети должны быть любознательны, особенно дети ученых. Но почему всегда, когда требовалось задавать вопросы, Джерри предпочитал молчать и прятаться так, будто бы его прямо за одно только любопытство немедленно отправят на виселицу. Но не мог же он так хорошо помнить?

А может быть, запомнил. И подрастая, соотносил причину со следствием. Вот об этом шериф размышлял теперь в те моменты, когда не переживал за Аркано. Тот вел себя страннее некуда. Еще несколько раз, когда была возможность перекинуться хоть парой слов, твердил, что ему нужно обязательно вырваться и уйти из деревни куда-то дальше, на Юго-зпад, за самую Пустошь. И такая в его словах была уверенность, такой фанатизм, что Винсент забеспокоился. Сперва - не повредился ли его арестант окончательно рассудком. Потом – о судьбе остатков мира, о чем, сидя в тюремной избе за решеткой, думалось отвратительно.

На вопрос «почему» Аркано, разумеется, не отвечал.

– А ты помалкивай и слушай, - дружелюбно рявкнулЯнуш. – Мне тут мысль высказывают, а ты мешаешь.

Джо хрюкнул.

– Так вот, я к чему все это говорю. Положим, правда, есть такая страшная болезнь, ну или убийца какой-то. А может, и нет никого, а эти мертвяки попросту замерзли, да и все. Мало ли. Панику поднимать нечего. Не будет паники, не будет и резни, как в 2005-ом была.

– А фантазия причем? – на этот раз шериф не удержался, потому что как раз припомнил, как нашел недавно на выезде из деревни мертвеца. И не привез, потому что отвлекся на Джерри. Два дня назад возвращался, вспомнив, наконец, о неучтенном покойнике, но тела уже не было. Зато были следы летающих волков, которые оказались более расторопными могильщиками.

– Времена-то, какие, - вздохнул Джо. – Ты, Винс, сам не видишь что ли в своей деревне?

– Не вижу, я же на отшибе, - отозвался Шериф. – Что там у вас?

– Да всякое, - резковато сообщил Януш. – Слухи ходят, что Господь наш снова на ученых осерчал.

Тут проводник неприлично подмигнул и сощурился, показывая, что он обо всем этом думает. Но правда состояла в том, что Януш, которому было уже под тридцать, и сам не понимал, что тогда случилось с миром, и повторения уже случившегося боялся слишком очевидно. Но утешать его шериф не собирался. Гораздо интереснее были сплетни, и пускай вряд ли удастся записать полученные из них крупицы правды в хроники, профессиональное любопытство не отступало.

– Придумали про какой-то город на Северо-востоке, где до сих пор люди живут, - сказал Джо. – Ну, это сказка старая, ничего удивительного. Городским-то до сих пор хочется, чтобы где-то были телевизор, магазины и пивбары.

Винсент не удержался от понимающей улыбки. Вот Джо – он знал, и наверняка, сам с тоской порой вспоминал только что названные вещи.

– Но сейчас новый слух прошел…

– А, вот ты про что, - ожил Януш. – Это что ты вчера рассказывал? Про покойников?

– Про них самых, - согласился Джо. – Дескать, в последние недели много народу с ума сходит просто так, пропадают, и кое-кого в степи еще находят. Ну, или кости их. И все в твоем, шериф, районе. Вдоль Пустоши, аккурат тютелька в тютельку.

Шериф подумал, сколько в этой истории правды. И на что эта правда ему теперь. Что подумал Аркано в своем подвале, сказать было трудно. А вот послушать его мнение Винсент бы не отказался. Под ногой у него поскребли в пол, и стало понятно – история не до конца сбежавшего арестанта чрезвычайно тронула.

Выходило, что все это как-то связано. Винсент уже раз пять успел отругать себя за то, что не удосужился изучить повнимательнее найденного тогда покойника. Хотя, он-то что мог сделать? Тут хоть бы врач посмотрел…

Вот теперь шериф не выдержал и громко, весело фыркнул. Безысходность закончилась еще ночью, и теперь настала уже та грань, за которой окончательно превращаешься то ли в ребенка, то ли в идиота. Так мозги себя и защищают. Неужто он опять не сойдет с ума?

– И что покойники? – наконец, спросил Винсент. – Какие-то особенные?

– Дохлые, - хмыкнул Януш.

– Да покойники-то обычные, - отмахнулся Джо. – Вот только валяются в каком-то порядке. Судачат, что это проделки нечистой силы, которая трупами пишет предупреждения живущим. Но в это как-то с трудом верится. Я бы даже сказал, что священников скорее это интересует, но судить не возьмусь.