Чтение онлайн

Но вот на пороге показалась горбатая ворожея. Её тёмные волосы как знамя развевались на ветру.

— Она будет жить! — объявила колдунья. — Но… духи одарили её даром. Теперь она станет моей воспитанницей, будет видеть то, что не может увидеть ни один живущий на земле. Но её глаза больше никогда не увидят ни политые солнечными лучами поля, ни зелёные шепчущие леса. Она не сможет боле увидеть ваши лица, но сможет прочитать сердца.

— Покажи нам её! Покажи Элли! — в сердцах сказал Денис.

Ворожея ничего не сказала, только поманила за собой пальцем. Там, на том же дубовом столе полуобнажённая, в одной порванной рубахе, лежала Элли. Её болокурые волосы почернели и сделались такого же цвета, как и у колдуньи. Когда-то ясные голубые глаза теперь застилала мутная плёнка. Услышав знакомые голоса, девочка улыбнулась. Это была как и раньше нежная, добрая улыбка.

— Я ждала, когда вы придёте. Я ещё очень слаба, что бы подняться, но когда

силы вновь вернуться ко мне, я обязательно обниму вас всех, — сказала она, медленно шевеля губами.

— Сейчас девочке нужен покой. Но придёт время и она станет великой провидицей, — предлекла её судьбу ворожея. — Остановитесь на постоялом дворе и приходите завтра утром.

Ночь была не спокойная. Ёрзая на жёсткой скамье, Кира так и не смогла уснуть.

— Касия, ты спишь?

— Нет.

— Как ты думаешь, что чувствует человек, когда лишается зрения?

— Не знаю. Даже не знаю, как представить такое.

Утром первыми проснулись Денис и Кира. Близнецы быстро собрались и побежали на окраину села, туда, где жила колдунья. Они без спроса вбежали в дом. Элли стояла у окна и мило улыбалась.

Торен уехал из деревне, не дождавшись рассвета. Зачем? Он и сам не знал. Какая-то неведомая сила гнала его вперёд. Впрочем, всё можно было объяснить гораздо проще. Охотник не хотел ещё раз сталкиваться со старостой и выслушивать упрёки, почему он, Торен, не смог поймать, досаждающую его односельчанам чудь.

Накануне он без обиняков подошёл к главе деревне и сказал, что не нашёл существо, так как оно, должно быть, уже как несколько дней перекочевало. Ливень смыл все следы и теперь монстра отыскать почти невозможно.

Трусливый староста напал на него с упрёками. Мол, знать ничего не знаю, ты охотник — твоё дело отыскать и обезвредить.

Но не всё так просто. Как он, Торен, мог убить эту девушку, почти ребёнка? Его самого подобно ей тоже когда-то продал отец. Он хорошо понимал, что ни он, ни она стали теми, кто они есть не по своей воле. Продай отец его не Стригобору, а мастеру по производству монстров, ему бы могли пришить не только трёхпалые лапы, но и что-то похуже.

Окунаясь в такие размышления он вспоминал свою семью: мать, отца, сестру. Родителей он не видел около двадцати лет. Что с ними стало? Наверное, они уже мертвы. А сестру, Терезу, он видел как-то случайно в Энсберге. Тогда ему было около двадцати. Сестра увидела его в толпе и закричала. Она стала женой состоятельного человека. Если память не изменяла Торену, её мужем стал купец. Тереза выбилась в люди и жила недурно. Родителей она навещала редко, да и то только матери и была рада.

Из её слов Торен узнал, что у отца с возрастом начал сильно портится характер. Он стал много ворчать и проявлять ничем не обоснованную агрессию. Старый охотник на монстров, получив травму, не дающую ему заниматься ремеслом, стал срывать злость не на монстрах, а на жене и подрастающей дочери. Поэтому Тереза поспешно вышла замуж и покинула родительский дом.

Сестра даже пригласила Торена в гости.

У неё было очень уютно. Так уютно, как и должно быть дома. Аккуратная резная мебель, светлый тёплый ковёр и

изящная посуда на заказ — вот каким запомнился ему дом сестры.

Он не помнил имя её мужа, но ему казалось, что мужчина произвёл на него хорошее впечатление. Интересно, а Тереза всё ещё живёт в Энсберге? А может, ему стоит проверить? Путь всё равно лежит через этот город.

Он ехал по лестной тропинке, когда почувствовал лёгкий голод. Привязав коня к толстой ветке, он взял лук и отправился на охоту. Выслеживать дич пришлось недолго. Вскоре он сумел подстрелить упитанного зайца. Взяв тушку за уши, он хотел было вернуться к коню, но увидел дым от костра. Мужские голоса доносились до его уха.

Торен решил к ним присоединиться. Зачем разводить костёр самому, когда можно прибиться к компании. И хотя такое размышление было не в духе охотника на монстров, сейчас Торен рассуждал именно так.

Аромат костра вывел его на небольшую лесную поляну. Два мужчина, судя по одежде, горожане грелись у огня. По одежде Торену становилось понятно, что перед ним люди среднего достатка.

Может торговцы, а может ремесленники. Их простой разговор понравился Торену. Ему уже давно надоело общаться с придворными, прихвостнями Стригобора.

Завидев, приближающегося незнакомца, вооружённого луком, мужики затихли и настороженно посмотрели на охотника.

— Меня зовут Торен. Я пришёл с миром, — поприветствовал их Торен.

— Я Вильк, а это мой товарищ Коваль, — сказал один из мужчин.

— Куда путь держите, добрые люди? — полюбопытствовал охотник.

— В Энсберг. Куда же ещё. От сюда все дороги туда ведут, — осведомил его Коваль.

— Я тоже держу туда путь, да только вот захотел по дороге подкрепиться. Пустите ли вы меня к своему костру? Я поделюсь с вами этим сочным кроликом.

— Садись, — махнул рукой плотнотелый Вильк.

Достав кинжал он принялся осведёвывать тушку. Торен привёл на поляну лошадь и сел рядом с Витьком и Ковалем.

— Как я предполагаю, вы сами из Энсберга, — уточнил Торен.

Путники кивнули.

— Поведайте тогда, чем город живёт, — попросил охотник, насаживая тушку на кинжал.

— Странное происходит в Эйнсберге, — причитающим голосом начал Коваль.- Наместник у нас новый. Да непростой это человек. Говаривают — чародей, а иные толкуют, что оборотень. Сидит в своей крепости да людям не показывается. Никто не помнит, когда его в последний раз видели.

— А давно ли этот человек в городе живёт и как давно наместником стал? — спросил Торен, откладывая в сторону кролика. С едой он решил повременить.

— Да говаривают, что давно. Аже больше двадцати лет. А наместником он стал, ну от силы больше года прошло. Сначала всё ладно было. Он улицы в порядок привёл, путевые знаки для нездешних поставил, что б те знали, где

постоялый двор, а где ярмарка. А потом и началась дьявольщина. Он из крепости не выходил, только по ночам редкий горожанин его видел, а теперь совсем как в воду канул.