Чтение онлайн

Меньше чем через год после начала функционирования конституции 1974 г. за ее изменение высказался уже президиум Сербии. По его заданию группа специалистов в 1977 г. подготовила даже предложения по ревизии конституции под названием «Голубая книга». Однако партийное руководство Сербии, боясь обвинений в «великосербстве», признало эти предложения недопустимыми. Тито, который всегда был главным арбитром при решении всех спорных вопросов, заявил, что менять конституцию не нужно [134] .

Однако в целом с момента принятия конституции 1974 г. в Сербии возобладало скрытое недовольство этим документом. Как ранее в Хорватии, на первый план в Сербии стал выходить национальный вопрос, оставляя позади себя вопросы демократического обновления. Фактически «вокруг неприятия конституции в Сербии существовал молчаливый консенсус», и это «недовольство послужило детонатором кризиса югославского государства, а потом и его драматичного распада» [135] .

Таким образом, кризисы, которые стали возникать в Югославии в конце 1960-х – начале 1970-х годов, ее руководство пыталась разрешить сразу несколькими способами.

С одной стороны – жестким подавлением всех несанкционированных выступлений и усилением цементирующей роли партии. Считалось, что именно партия не должна дать федерации расползтись по республиканским квартирам. Однако сама партия также постепенно «федерализировалась». По словам Д. Биланджича, от союзного государства остались только Тито и Югославская народная армия [136] . Еще труднее было совместить руководящую роль коммунистической партии с объективными законами экономического развития.

С другой стороны – в Югославии была завершена конституционная реформа и принята новая конституция (1974 г.), расширившая еще больше права республик и краев и фактически превратившая государство в конфедерацию. Конституция внесла настолько серьезные изменения во все сферы жизни югославского общества, что некоторые исследователи назвали даже государство, функционировавшее с 1974 по 1990 годы, – карделевской Югославией, по имени главного разработчика этого документа Э. Карделя [137] .

Еще в первой половине 1970-х годов республики, воспользовавшись новыми возможностями, начали бесконтрольно, без разрешения союзного правительства, набирать иностранные займы. На Югославию обрушился финансовый вал. Часть средств пошла на инвестиции, и власть самодовольно объявила Югославию «самой большой стройкой Европы». Но одновременно долг страны за неполные десять лет вырос на 20 млрд. долл., а инфляция подскочила на 45 % [138] .

Со второй половины 1970-х годов преобразования в Югославии в основном закончились, ничего принципиально нового больше изобретено не было. Самоуправление превратилось в некий «фетиш», догму, которую нельзя было критиковать. Вернее, критика допускалась только в рамках так называемой самоуправленческой идеологии, все другие – считались враждебными [139] . Это вело к стагнации, к застою в югославском эксперименте, власть использовала старый идеологический багаж и все более оторванные от жизни квазидемократические схемы, которые, по меткому выражению сербского правоведа В. Димитриевича, являлись «формами искоренения демократии посредством нее самой» [140] .

В определенной степени на застой повлияли крупномасштабная чистка в партийно-государственном руководстве и в директорском корпусе после упомянутых кризисных событий и ухудшившиеся условия для работы СМИ. Одновременно одной из наглядных черт застоя была формализация несменяемости власти стареющего Тито, который стал пожизненным председателем и партии, и государства. Продолжались его официальные восхваления. Отметим также, что эти же годы – время так называемого «застоя» в Советском Союзе, да и в других странах «реального социализма». Пути развития восточноевропейских государств в общих чертах продолжали совпадать.

В. Кузнечевский объясняет остановку в преобразованиях тем, что во второй половине 70-х годов концепция самоуправления получила свое полное завершение. По его мнению, своего рода итогом стала книга второго после Тито человека в стране и главного югославского теоретика Э. Карделя «Направления развития политической системы социалистического самоуправления». Эта книга вышла вторым изданием всего за несколько месяцев до смерти ее автора в 1978 г. [141]

Кардель пытался ввести в оборот понятие «плюрализма интересов» в социалистическом обществе, но никакого развития эта идея не получила. Насколько он был искренен – не ясно. Скорее всего цель была все та же – «подкраска фасада» квазидемократической самоуправленческой риторикой. П. Кандель не без основания называет Карделя «лукавым царедворцем и искушенным идеологом той породы, которые практически что угодно могли истолковать как угодно» [142] .

Через десятилетие, совсем в другой обстановке, лидер сербских коммунистов С. Милошевич вместе с супругой Мирой Маркович и одним из новых идеологов режима Михайло Марковичем развивали похожую идею о «демократическом беспартийном плюрализме». И в одном, и в другом случае эти идеи фактически противопоставлялись нормальной многопартийности. Но если во времена Карделя его «плюрализм интересов» еще можно было трактовать как шаг вперед по сравнению с полным монополизмом компартии во всех сферах жизни, то Милошевич тщетно пытался остановить неизбежное, повернуть время вспять.

В целом ни Э. Кардель, ни Й. Броз-Тито уже не были способны не только на новые прорывные идеи, но даже на адекватную оценку ситуации и быстрое реагирование на возникавшие вызовы. Как политики они явно пережили свое время. Скоро окончился и их земной путь. Через год с небольшим после Карделя, в мае 1980 г., умер Тито, который пережил почти всех своих соратников. После этого, в последнее десятилетие существования Югославии, вносить изменения в концепцию самоуправления стало просто некому.

Во второй половине 1970-х годов самоуправление обрело некий законченный вид и в теоретических построениях, которые создавали югославские обществоведы, откликаясь на политический заказ. В этих работах югославских ученых весь период после войны («вооруженной фазы социалистической революции») делился еще на два больших этапа: государственный социализм (или этатизм) и самоуправление. (Часто как отдельный этап или подэтап выделялся еще период перехода к самоуправлению – с 1948 по 1953 годы.) Самоуправленческий этап в свою очередь делился на несколько подэтапов по мере распространения самоуправления на все новые стороны жизни югославского общества: рабочее самоуправление (1950–1963 гг.), общественное самоуправление (19631974 гг.) и социалистическое самоуправление (с 1974 г.) [143] .

Конечно, это была сплошная схоластика. В реальной жизни ничего подобного не было, никакого «общественного» или «социалистического» самоуправления никогда не существовало. Один из немногих осмелившихся на критику, С. Стоянчевич, отмечал, что югославскую ситуацию «характеризует децентрализованный и отчасти либерализованный этатизм, в котором самоуправление ограничено рабочим местом и неполитическими вопросами» [144] .

Конституция 1974 г. завершила также в основном формирование югославской федерации. Мелкие изменения в этой сфере не меняли общей картины, а следующие крупные изменения были связаны уже с распадом «второй», титовской Югославии. Развитие югославского федерализма тоже прошло ряд этапов. Четыре этапа приводит, например, в своей книге В. Каменецкий. На первом этапе (1943–1946 гг.) – от второй сессии АВНОЮ до первой послевоенной конституции – утверждается новая политическая система, основанная на принципе федерализма. На втором этапе (1946–1953 гг.), в годы этатизма, преобладали централизованные методы и доминирующую роль играли органы федерации. Третий этап (1953–1965 гг.) охватывает годы от нормативного введения системы самоуправления до общественно-экономической реформы 1965 г. Конституция 1963 г. значительно расширила права республик, но федерация еще сохранила ключевые позиции. На четвертом этапе (1965–1974 гг.) обострение межнациональных отношений привело, в конце концов, к конституции 1974 г., которая уже на первое место поставила республики и края, а не федерацию [145] .

К концу 1970-х годов стали явно проявляться трудности экономического развития Югославии. Усилились финансовые проблемы, выросла инфляция, возросла безработица. Возникла проблема убыточности предприятий, выросли запасы нереализованной продукции. В 1979–1980 годах надо было уже выплачивать долги, но денег на это не было, как не было и новых займов. При жизни Тито югославским руководителям еще как-то удавалось сдерживать нараставшие кризисные явления. Однако после его смерти многое изменилось. Начался новый и последний этап в развитии Югославии.