Сердце Дракона. Чары и Пламя
Шрифт:
Вот почему нас никто не встретил. Застава истреблена. И истреблена ими… Изменёнными. Но откуда их столько?
– Их слишком много! – услышала я рык одного из драконов, и тут же он взвизгнул, опалённый боевым заклинанием. Самым настоящим! Перед нами были не просто изменённые, а хорошо обученная боевая нежить!
– Мы не справимся! – закричала я. – Нам нужно отступать.
Но отступать было некуда. Изменённые стражи заставы были драконами. Они пикировали на нас из тьмы небес, выдыхая мёртвый синий огонь, отрезая нам путь к спасению по воздуху.
С рёвом, от которого задрожали камни, Дралайс ринулся вперёд, его драконы последовали за ним, обрушиваясь на нежить. Ниб стоял у щита повозки, яростно размахивая топором.
Я успела отправить ещё один щит, который прорвался через толпу нежити и отбросил их от второй повозки. В третьей уже некого было спасать.
Вокруг кипел бой. Молодой дракон сражался как дикий зверь. Мощным взмахом когтей или ударом хвоста, покрытого крепкой чешуёй, он сбивал врагов, казалось, насмерть. Но эти изменённые, несмотря на раны и поломанные кости, продолжали вставать, управляемые неведомой тёмной силой. Они выправляли переломанные крылья, ребра и конечности, оглашая ночь зловещим ревом.
Каждый раз, когда мы почти разбивали их строй, часть мертвецов вновь поднималась, становясь ещё более зловещей. Драконы выдыхали огонь, отчаянно отбиваясь от магических зарядов, что сыпались на них со всех сторон, обжигая чешую. Огненные струи сталкивались с синим мёртвым пламенем, разрывая ночь яркими всполохами.
Я выстраивала щиты вокруг драконов, направляя к ним чары, но ощущала, как тьма давит всё сильнее, обволакивая пространство вокруг чёрной сетью, словно паук, плетущий паутину. Понимание пришло с очередным всполохом, едва не сбившим меня с ног: эта тьма была не простой, она была магической.
Я рухнула на колени, вскинула руки, взывая к самой природе и выпуская новый поток чар. Насколько меня хватит, я не знала. Потоки силы взметнулись ввысь, призывая стихии. Воздух завибрировал, ударив в уши оглушительным шумом, и яростный порыв ветра разметал мне волосы. Вспышка молнии рассекла тьму, озаряя поле боя и ударяя в ближайшего врага. Он разлетелся на куски, но в следующее мгновение его тело снова собралось воедино, и он продолжил своё движение.
С каждым ударом становилось лишь хуже: мёртвые поднимались снова и снова, их силы казались бесконечными. Гром гремел над головой. Ураган, который я вызвала, разогнал плотную тьму, открыв небо. В лунном свете я с ужасом увидела, как на площадку забираются всё новые и новые изменённые. Молния рассекала мёртвых, но их было уже не сотня, а гораздо больше. Они бесконечно выныривали из темноты, заливая поле плотными потоками тёмной магии. Эта тьма проникала в сознание, как живое, чуждое присутствие, сковывая мысли мёртвым льдом и заставляя меня забывать заклинания. Сердце сжалось от отчаяния: нежити слишком много. Невыразимо много для нашей небольшой команды! Мы не справимся!
Ледяные иглы страха пронзили сознание, когда до меня донёсся вопль Дралайса. Я повернулась и увидела, как на него наседают десяток озлобленных мертвецов.
Я вцепилась в собственные пальцы зубами, прокусывая их до крови, и начала на камнях вырисовывать колдовские символы кровавого призыва. Сердце в груди рвалось на части, слушая рык и вопли драконов, и я взвыла, как раненый хищник, загнанный в угол, знающий, что дальше – только смерть.
Небо подхватило мой вой, превращая его в неистовый, полный боли вопль. И… что-то откликнулось. Издалека. Разрезая крики и хрипы боя. Вой! Гулкий, с нотками жути, пробирающий до самых костей. Я уже слышала этот вой раньше.
Эдроки. Проклятые драконы откликнулись на мой зов.
– Эдроки! – раздался встревоженный рык драконов.
«Ну всё. Теперь уж точно конец,» – мелькнула у меня мысль. Если изменённые объединятся с эдроками, мы не продержимся и пары минут.
Вой становился громче и ближе, пока не превратился в неистовый гул, разрезающий тьму. Из мглы, взмахивая массивными крыльями, появились эдроки – словно тени ночи, сверкающие изумрудными глазами. Извиваясь, они скользили между башнями заставы, как слуги самой ночи, то исчезая, то внезапно появляясь из темноты.
И тут произошло невероятное. Удивленный визг изменённого прорезал воздух, когда один из эдроков без раздумий бросился на него, отрывая голову и разрывая тело на куски. Вслед за ним стая проклятых драконов врезалась в ряды нежити, словно вихрь смерти.
Драконы Дралайса переглянулись, сначала не понимая произошедшего, а после вновь ринулись в бой. Теперь они сражались бок о бок с эдроками. Вместе они сметали изменённых, разрывая их когтями и клыками. Бой становился всё яростнее – тёмные когти рвали плоть мертвецов, магия и свет разрывали мрак. Крылья эдроков и громовые рыки драконов сливались с боевыми кличами и пронзительными воплями нежити, превращая поле боя в настоящий хаос.
– Нужно улетать! – рядом со мной появился Дралайс. – Пока нам помогают эдроки, у нас есть шанс.
Один глаз у него заплыл и едва открывался, морду покрыли бурые пятна, из груди вырывались хрипы. Его сильные когти крепко сжались на моих плечах, когда он расправил разорванные крылья и, неровным рывком, поднял нас в воздух. Ночь всё ещё оглашали крики, рычание и звуки боя. Я видела, как эдроки отчаянно сражались с толпами нежити, освещая тьму вокруг вспышками магии и огня.
– А Лиза! Энгерран! – закричала я, пытаясь вырваться из лап Дралайса.
– Они уже… – рявкнул он, и из его пасти вырвалось пламя, осветившее небо. В этом свете я смогла увидеть, как дико несущиеся в ночи пегасы уносят две оставшиеся повозки.
Мы снова летели, направляясь теперь к Гномьим горам, оставляя за спиной поле битвы и погибшую южную заставу.
Глава 25
Сельская придворная ведьма. Наверное, именно так меня теперь можно было назвать. За короткий, по меркам ведьмы, срок, я побывала в трёх замках трёх владык: замке владыки драконов Изарта, дворце императора инквизиторов Каэлора, и вот теперь сидела в огромной комнате, отведённой для раненых, в красивейшем дворце правителя эльфов Аримавира.
Рядом со мной над капитаном хлопотала Хлоя. Лиза и Анира лечили Дралайса, остальных драконов и людей.
Я осторожно провела мягкой, влажной тряпкой, пропитанной зельем, по лицу Энгеррана. Он всё ещё спал, его дыхание было едва слышным, но ровным. Раны, нанесённые Шиктой и её компаньонками, медленно затягивались. Ядовитая магия рассеивалась под моим воздействием и травяным зельем Лизы, но она была так глубока, что я с трудом различала колдовские нити.
Тётушка поднесла к моим губам чашу с родниковой водой, настоянной на травах. Я улыбнулась, чувствуя их вкус. Это Лиза приготовила: умная девочка. И травы подобраны наилучшие – силовые, напитанные самой природой. Я залпом выпила всё и, сосредоточившись, проникла в сознание дракона, наполняя его только что полученной силой.
«Спи, здоровый сон прими. Силу верни, мощь обрети, раны залечи. Слышит природа призыв ведьмы, слышат богини мольбу ведьмы. И со мной чары, ими дарованные, на излечение использованные».
Каждое слово рождалось из моего сердца, как молитва. Произнося их снова и снова, я проводила пальцами по лицу Энгеррана, гладя его лоб, касаясь губ, вглядываясь в дорогие мне черты. Сердце билось глухо и надрывно. Тяжело было видеть капитана уязвимым, с ранами, впервые таким слабым. Я вела руками по его телу, смывая остатки воздействия, и каждая ранка отзывалась болью в моей душе и страхом при мысли о том, что я могла не успеть. Энгеррана могли казнить до моего появления, Дралайс мог не появиться и не спасти его. Но на смену страху тут же приходила радость, отзывающаяся в груди пульсом: ведь он здесь, рядом – мой капитан, мой дракон, и я могу заботиться о нём, могу его вылечить. Пальцы снова и снова касались его лица. Если бы кто-то попробовал сейчас заставить меня отойти от Энгеррана, он бы, вероятно, встретился с настоящим гневом ведьмы.