Чтение онлайн

Тогда настолько устал от одиночества, что решил сделать своей спутницей девушку, показавшуюся непохожей на других, достойной моего дара крови. Наверное, я даже в какой-то мере любил ее, но в том чувстве никогда не было чего-то безудержного, страстного. Скорее, к Венде Лановой я испытывал в большей степени уважение и восхищение. Плюс еще свою роль сыграло то, что генетически она вполне могла стать вампиром. Моей новой спутницей.

Сейчас же было иначе. В том, что возникло к черноглазой блондинке, не было никакой разумной подоплеки, пусть даже в ней я тоже почувствовал подходящую генетическую структуру крови.

Что-то на уровне инстинкта. Импульс, потянувший меня к ней, словно она была магнитом. Не привыкший поддаваться подобным инстинктам, а всегда трезво просчитывающий все свои действия, я был сбит с толку. Мне хотелось поближе пообщаться с этой девушкой, чтобы лучше разобраться в самом себе, тех эмоциях, что она вызвала. Кто знает, может, вдали от этого общества она утратит то очарование, что привлекло на контрасте с остальными. И я приступил к привычному способу обольщения, желая в итоге убедить ее покинуть прием и уйти отсюда со мной.

Даже позабыл о раздражающем факторе, из-за которого еще несколько минут назад желал едва ли не бежать отсюда. Как оказалось, зря. Дамия никогда не умела держать в узде свои желания, в чем пришлось когда-то с горечью убедиться. И не смогла упустить возможности навязать мне свое общество.

Она делала это и раньше, но наталкиваясь на ледяное безразличие, в итоге была вынуждена сдаться. Да и я так старательно избегал встреч что с ней, что с ее могущественным любовником, что выцепить меня где-то для них было достаточно проблематично. Как всегда, покоробила ее грубость. Когда-то я пытался учить эту женщину быть более сдержанной, считал неограненным алмазом, который так хотелось превратить в бриллиант.

Как же давно это было! Пятьсот двадцать лет назад, не меньше. Дамия неплохо пообтесалась за это время, но прежняя натура все равно нет-нет, да и проскальзывала за маской приобретенного лоска. Она никогда не умела в достаточной мере держать себя в руках. Вот и сейчас даже не пыталась скрыть неудовольствия тем, что я проявляю интерес к другой женщине у нее на глазах. При иных обстоятельствах это вызвало бы лишь снисходительную усмешку. По какой-то причине Дамия продолжала считать меня своей собственностью, хотя мы давно расстались, а у нее самой помимо официального любовника были и другие. Хотя, может, ее привлекало во мне то, что я упорно отталкивал. Не желал забывать о прошлом и идти с ней на мировую, что она не раз предлагала.

Как бы то ни было, меня мало задевали ее эмоции и агрессия. Но то, что сейчас они были направлены на девушку, вызвавшую во мне такие будоражащие чувства, по-настоящему взбесило. Черноглазая же малышка вся съежилась, покорно подставляясь под словесные удары и, по-видимому, не собираясь никак на них отвечать. Она явно не чувствовала себя вправе это делать. Всего лишь человек на приеме у вампирской элиты. Человек, не пользующийся влиянием, брошенный даже своим покровителем на произвол судьбы. Желание растерзать каждого, кто только осмелится обидеть ее, накатило с такой неудержимой силой, что снова оставалось лишь поражаться себе. Обычно я не позволял себе общаться с Дамией в подобном тоне, как бы она ни провоцировала. Но сейчас ничего не мог с собой сделать. Хотелось, чтобы ей стало так же больно, как она сделала этой девушке.

Но то, что Дамия припасла в качестве последнего удара, почти выбило почву из-под ног. Кусочки мозаики, до того разрозненные — эта печаль в глазах девушки, ее явная чужеродность здесь — наконец, сложились воедино. Я стоял как пришибленный, не зная, как правильно отреагировать. В черных же глазах отразились горечь и понимание, а потом такая мучительная, выворачивающая душу на части тоска, что меня будто ножом по сердцу полоснуло. Она считала, что теперь я могу ощущать к ней лишь презрение и даже гадливость. Это явственно читалось на милом личике, губы подрагивали в попытках удержать прорывающиеся рыдания.

Дамия же торжествующе улыбалась, радуясь, что удар попал в цель. Не понимала, что он произвел не тот эффект, как ей бы хотелось. От того, что узнал о ней, эта девушка стала мне гораздо ближе. Теперь, когда я знал, что у нас с ней больше общего, чем полагал. Но прежде чем нашел подходящие слова, чтобы выразить то, что чувствую, появился секретарь Красса Падерниса и увел мое черноглазое сокровище. А я понимал, что ничего… совершенно ничего не могу сделать… В открытую выступить против Главы вампиров? Да на меня обрушились бы все! Хотя вовсе не страх смерти и потери всего, чего достиг, останавливали от опрометчивых поступков. Чего бы я добился? В том, что Красс Падернис предпочтет скорее уничтожить то, что принадлежит ему, чем отдать другому, я не раз уже убеждался. А эта девушка принадлежала ему. Она его собственность. И он скорее убьет ее, чем отпустит.

В полном смятении, чувствуя, как маска невозмутимости буквально трещит по швам, я поспешил прочь. Куда угодно, где нет никого, где можно успокоиться, унять разбередившие душу эмоции. Давно уже не ощущал себя настолько живым. И вместе с тем, как многое бы отдал, чтобы вернуть все назад и никогда не видеть этой девушки. Что-то с ее появлением в моей жизни изменилось навсегда, но я пока толком не понимал, что же со всем этим делать.

Глава 5

Аден

Я стремился покинуть дом Главы вампиров как можно скорее. В нарушение всех правил приличий даже не попрощался с хозяином дома и чуть ли не спасался бегством, направляясь к выходу. Стоит отдать должное скорости секретаря Красса, которому все же удалось перехватить меня уже в холле, когда дворецкий распахивал передо мной дверь.

— Господин Ларес, постойте! — крикнул мне вслед этот тщедушный и ничем непримечательный вампир, и я на автомате повернулся. Стараясь не выдавать, насколько взбешен, в упор уставился на него. Но видать, какие-то флюиды Церетр Тарн уловил, потому что слегка побледнел и замер в нескольких шагах, не осмеливаясь подойти ближе. — Вы уже уходите? — к его чести, голос не дрогнул и не лишился невозмутимых светских интонаций.

Глупый вопрос вызвал новую волну раздражения. Разве не видно, что я ухожу? Даже отвечать не стал, буравя собеседника холодным взглядом и ожидая продолжения.

— Господин Падернис поручил передать вам, что частный самолет, который он вам обещал предоставить, будет в вашем распоряжении через пару часов. А до этого хозяин просит вас все же воспользоваться его гостеприимством. — Прежде чем я в вежливой, но категорической форме послал его к черту, добавил: — Если не желаете провести это время среди остальных гостей, можете пройти в малую гостиную. Я могу проводить.

Я заколебался. С одной стороны, покинуть дом Красса хотелось нестерпимо и как можно скорее. Но с другой — так явно оскорблять Главу вампиров чревато. Уже и так навлек на себя его недовольство. К тому же новое соображение — импульсивное, но невыносимо сильное — заставило ухватиться за ничтожный шанс побольше узнать о так взволновавшей девушке.

— Благодарю, — сухо откликнулся и двинулся к секретарю.

Тот ответил легким поклоном и пошел впереди, указывая дорогу. Поколебавшись, я все же заговорил: