Чтение онлайн

Стоило моим губам приоткрыться, как произошло и вовсе вопиющее — жадный рот вампира накрыл их, не позволяя отстраниться. От отвращения и возмущения у меня сжалось горло. Я задыхался, пытаясь высвободиться из железных объятий, но это было тем же, что сдвинуть скалу. Теперь уже рука вампира, до этого сжимавшая мой подбородок, пробралась к волосам в районе затылка и зарылась в них пальцами. Мою голову чуть оттянули назад, углубляя поцелуй. Когда же в мой рот ворвался наглый язык вампира, этого уже не смог стерпеть. Изо всех сил сомкнул на нем челюсти, протыкая до крови. Бурр отстранился и еще сильнее дернул за волосы, запрокидывая мою голову назад. Во рту остался привкус чужой крови — непохожей на человеческую. К горлу подступила тошнота от омерзения и гадливости. Я тяжело втягивал воздух, пытаясь подавить дурноту.

— Дерзкий щенок! — почти с умилением протянул Бурр. — Ты хоть понимаешь, что я могу с тобой сделать?

— Понимаю, — голос прозвучал чуть сдавленно, но твердо. — Можешь убить меня, если хочешь. Но я не стану тебе подчиняться.

— Убить? — Бурр издал смешок, продолжая неотрывно смотреть в мое лицо. — О нет, убивать я тебя не намерен! Такая красивая игрушка…

— Я не игрушка, — прошипел я, чувствуя, как накатывает гнев.

— Игрушка, — уверенно возразил вампир. — И очень скоро ты это поймешь, мой красивый мальчик. И ты ведь понимаешь, что мне ничего не стоит просто повалить тебя на пол и сделать с твоим телом все, что захочу… — он предвкушающе облизнулся, а меня передернуло при одной мысли о том, что этот извращенец может со мной сделать. — Но так неинтересно. Хочу, чтобы ты пошел на это добровольно.

Я едва не рассмеялся ему в лицо. Если он хочет моего согласия, то вряд ли когда-нибудь дождется! Верно разгадав выражение моего лица, Бурр покачал головой.

— Посмотрим, насколько тебя хватит, мой Ангел.

И что-то в его словах заставило похолодеть. Сердце сковало тревожное предчувствие. И оправдалось оно куда быстрее, чем я мог представить. В эту же ночь вампир проявил неожиданное милосердие. Если, конечно, так можно назвать то, что он грубо высосал из меня несколько глотков крови, блаженно щурясь и всем видом демонстрируя, как ему приятно это делать. А потом притащил в бывшую спальню моего отца, которую облюбовал для себя, и привязал веревками мои руки к изголовью кровати, чтобы не сбежал.

Я замер, когда Бурр извлек из ножен кинжал и, занеся его над моим телом, снова растянул губы в улыбке. Неужели обманул насчет того, что убивать не собирается? Не в силах смотреть, как лезвие все ниже опускается надо мной, я закрыл глаза, пусть и понимал, что проявляю невольную слабость. Зато решил, что не издам ни звука, когда вампир станет кромсать мою плоть. Послышался треск разрываемой материи, и я вздрогнул, почувствовав прикосновение прохладных пальцев к обнаженной коже. Резко распахнул глаза и напряженно произнес:

— Что ты делаешь?

— Хочу получше рассмотреть свое приобретение, — невозмутимо отозвался вампир, проворно освобождая меня от одежды. От унижения кровь бросилась в голову, но я понимал, что ничего не могу сделать.

Вскоре уже лежал, выпростанный на кровати, абсолютно обнаженный и беспомощный. Пальцы Бурра медленно заскользили по моей коже, почти нежно, но я бы сейчас предпочел, чтобы он причинял боль, чем делал со мной такое.

— Тело у тебя не менее красивое, чем личико, — он восхищенно зацокал, заставляя мои щеки буквально пылать от стыда.

— Все вампиры такие извращенцы? — зло бросил я, скрывая смятение. — Это противоестественно — делать такое с другим мужчиной!

Бурр расхохотался.

— Совсем невинный мальчик. Такой неискушенный, — почти нежно проговорил он, потрепав меня за щеку, словно щеночка. Я дернулся, сбрасывая его руку. — Малыш, да стоило бы тебе появиться при королевском дворе, как тебя бы быстро просветили на этот счет! Но твой папочка явно старался держать тебя подальше оттуда. И я его понимаю.

Я потрясенно расширил глаза, пытаясь осознать сказанное. Да что он несет вообще?! Просто быть не может, чтобы подобное было в порядке вещей!

— Ладно, я сейчас слишком устал, чтобы просвещать тебя, — он хохотнул, а потом потушил свет, и я ощутил, как заскрипела кровать под грузным телом. Осознав, что этот мерзавец собирается спать со мной в одной постели, ощутил бессильную ярость. Особенно когда наглые руки по-хозяйски легли на мой живот, а одна нога закинулась на мое бедро.

— Слезь с меня! — процедил я со всей злостью, на какую был способен.

— Ш-ш-ш, малыш, не кипятись, — послышался сонный ответ уже почти вырубившегося вампира. — Завтра поговорим…

Оставалось бессильно скрежетать зубами, ощущая близость ненавистного тела и ничего не в силах изменить. Не знаю, каким чудом все же удалось уснуть. Но пробуждение было еще хуже. Кто-то самым бесстыдным образом ласкал мой член, заставляя все тело наполняться возбуждением. Поначалу, еще не осознав толком, что происходит, я жадно подавался навстречу, но потом все же разлепил веки. Тут же протестующе вскрикнул и забился под ласкающим меня ненавистным вампиром.

— Не смей меня трогать! — прошипел с такой ненавистью, что тот оторвался от своего занятия и нахально ухмыльнулся.

— Думаю, твоему телу хочется другого, — он красноречиво кивнул на уже воспрянувшее орудие, которое самым возмутительным образом предавало хозяина.

А я вдруг осознал то, что заставило ужаснуться. Негодяю ничего не стоит воспользоваться естественными реакциями моего тела, чтобы заставить молить о большем. Самому пойти на то, что казалось чудовищным. Злобно прищурившись, я процедил:

— Если ты именно так хотел заставить меня покориться, то знай: я найду способ, чтобы не допустить повторения.

— Интересно, каким образом? — издевательски хмыкнул Бурр.

— Для меня лучше смерть, чем бесчестье, — прозвучало слишком высокопарно, но убежденность, с которой это было произнесено, все же подействовала. Для меня и правда это казалось сейчас предпочтительнее. Пусть лучше пытки и смерть, чем то, на что толкает этот извращенец!

Некоторое время вампир внимательно изучал мое лицо, явно пытаясь отыскать на нем признаки фальши. Но не нашел. Просто не мог найти. Я и правда тогда в это верил. И был готов убить самого себя, если бы он довел дело до конца. Любым способом, какой только подвернется. А Бурр просто не сможет следить за мной ежесекундно. Да достаточно мне просто откусить язык самому себе, как все закончится. Вспомнил, как подобным образом поступали воины в древние времена, когда не оставалось другого выхода. И был исполнен решимости не отставать от них.

— Значит, по-хорошему все-таки не хочешь? — с легким сожалением сказал Бурр. — Ладно, мой Ангел…

Снова блеснул знакомый кинжал, разрезая мои веревки. Но не успел я с облегчением размять затекшие руки, как Бурр позвал двух стражников, ожидающих за дверью, и велел им тащить меня в темницу. Я даже воспринял эту новость с облегчением. Лучше спать в каменных застенках, чем в одной постели с подобным существом. Плевать даже, что так и оставили без одежды. Конечно, немного смутило, что некоторые воины, мимо кого меня тащили, тоже бросали отнюдь не невинные взгляды. Но Бурр отдал четкий приказ никому и пальцем меня не касаться без его распоряжения. Хоть с этой стороны можно было не ожидать подлянки.