Сердце отваги измеряется численностью. Книга 2
Шрифт:
— Кероб был хорошим парнем, — наконец заговорил он, его голос звучал хрипло. — Он… всегда умел поддержать. Может, не часто улыбался, но был готов помочь в трудную минуту. Даже когда всё было плохо, он мог парой фраз подбодрить нас. Он заслуживал большего, чем это… — Ребис махнул рукой в сторону неглубокой могилы, наполненной камнями и пылью.
— Заслуживал, — коротко подтвердил я, стиснув зубы. Отбросив последний булыжник, я выпрямился, снова вытирая ладони о плащ. — Но горы не спрашивают, кто чего заслуживает.
Ребис вскинул взгляд, в его глазах читалось удивление, смешанное с гневом.
— Это всё, что ты можешь сказать? Просто… горы? — Он шагнул ближе, его лицо искривилось в горечи. — А ничего, что это твои, чёрт возьми, твари разодрали его на куски?!
Я медленно обернулся, с трудом собирая слова в предложения. Злоба в груди готова была выплеснуться в любой миг.
— Хочешь сказать, что это я льва на него натравил? — скрестив руки на груди, я не отводил от брата глаз. — Если бы не я, вас всех бы уже сожрали! — Последние слова я едва ли не прорычал.
Вета встала между нами, подняв ладони.
— Хватит! — её голос, несмотря на дрожь, прозвучал твёрдо. — Кероб мёртв. Мы сделали всё, что могли. Теперь он с горами и солнцем… — Она опустила голову, сдерживая слёзы.
Зана шагнула вперёд, в руках она держала платок. Осторожно наклонилась и положила его на лицо Кероба, скрывая кровавые раны.
— Прости, что так получилось… — прошептала она, в голосе ощущалась тоска и самая настоящая с трудом сдерживаемая скорбь.
Моё лицо было будто маска, лишь сжатые кулаки выдавали истинный настрой, с которым я не мог поделать почти ничего. Всё, что происходило после нападения львов, казалось фарсом. Каким-то глупым кошмарным сном, наподобие тех, которые начинались с убийства моих родителей.
И всё же… это правда. Реальность, что может ударить хлеще самого ужасного кошмара.
После слов Заны никто больше не открыл рта. Тело Кероба засыпали землёй и камнями, укладывая их плотно, чтобы звери не смогли до него добраться. Прах ложился на прах, пыль возвращалась в пустыню, как всегда и было.
Когда могила оказалась засыпана, мы в молчании встали перед ней. Казалось, даже знойный ветер стих, отдавая дань уважения. Но… невидимая стена недосказанности и страха теперь висела между нами. Тень того, что произошло.
Вета в последний раз взглянула на могилу и, отвернувшись, бросила на меня взгляд. Я стоял чуть поодаль и впервые за всё время своей второй жизни ощущал такое напряжение. Словно натянутая тетива лука. Наши взгляды встретились на миг — в её глазах я увидел что-то похожее на боль, смешанную с пониманием… и ужасом.
Странно. Сила, конечно, отвратительна на вид, но разве она не является силой? Тем, что нам нужно, чтобы выжить?
Действительно странно. Если бы я мог управлять песком, как тот Хранитель, Монсо Юман, как бы тогда они реагировали? Почему-то кажется, что с куда меньшим отвращением.
Ха-ха! Я заложник своей силы! Похоже, теперь любые мои связи — не только любовные, но и дружеские — должны проходить «фильтр» сверхсилы. И чистить он будет ой как качественно. Как Доместос, оставляющий не более одного процента микробов на ободке унитаза.
— Нам нужно идти, — сказал я, повернувшись к тропе. — Здесь нас больше ничего не держит.
И, не оборачиваясь, я пошёл вперёд, оставляя за собой только камни и тени. Трое оставшихся спутников молча направились следом.
Тропа вывела нас на плоскую каменную площадку. Жар стоял как в кузнице Фусто Алеаса. Солнце било сверху и отражалось снизу — глаза резало, приходилось жмуриться, идти ощупью, ориентируясь на Ауру Наблюдения. Над головой не летало ни птиц, ни насекомых — кроме моих. Только вдалеке, в разломе между утёсами, промелькнула чья-то тень — слишком большая для ящерицы, но слишком ловкая для человека.
Пятнистая кошка. Размером они немногим уступают горным львам, но более ловкие и быстрые. Правда, охотятся в одиночку. К счастью, хищник был слишком далеко.
Мои спутники пытались держать темп, обдумывать произошедшее и при этом осматриваться, выискивая возможные следы Дервиса: обронённую вещь, костёр, отпечатки на песке. Пока не было найдено ничего, и я бы очень удивился, окажись это не так.
У одной скалы, где тень держалась дольше, обнаружили мёртвую козу — точнее то, что от неё осталось. Сухой остов, обглоданные кости. Похоже, пятнистая кошка жила где-то поблизости. Когда я об этом сказал — увидел в глазах ребят страх.
— Держитесь ближе, — хмыкнул я. — Если не боитесь. Я сумею отогнать одного хищника. Даже большого.
Из-за задержки со внезапными похоронами мы выбились из графика, поэтому ближе к вечеру, когда солнце почти село, окрашивая небо в пурпур, мы ещё не добрались до шахты. Вместо этого застыли напротив узкого карниза сантиметров в пятнадцать шириной. На одной стороне — отвесная скальная стена, на другой — обрыв. Карниз, казалось, состоял сплошь из сыпучего песка и битого камня, а обрыв… заканчивался туманной пустотой. Один неверный шаг, и…
Именно об этом месте я переживал, не зная, сумеет ли Кероб пройти на ту сторону.
М-да… проблема решилась сама собой.
Я не стал предлагать остальным помощь, хотя ещё вчера непременно так и поступил бы. Сейчас… мне почему-то было противно смотреть на лица друзей, которые кривились бы в отвращении от мысли, что их будет страховать летающий рой насекомых.
Нет уж.
Более того, к удивлению и страху, я поймал себя на мысли, что если они сорвутся вниз, это… позволит мне и дальше сохранять секрет.
Сжав зубы, мотнул головой. Приди в себя, ты! Трус! Знал ведь, что всё так случится!
И поступить иначе не мог. Если бы я не использовал рой, то львы успели бы убить всех, кроме меня. Так что же лучше — живые и ненавидящие или мёртвые?
Нет, не ненавидящие. Просто запутавшиеся. И не готовые принять правду.
Вздохнув, я прошёл через карниз без каких-либо трудностей. Камни под ногами слегка шевелились, мелкие обломки срывались в бездну, откуда не доносились даже звука их падения. Несмотря на это, никаких сложностей я не испытал. Горы и высота давно не вызывали у меня страха. Следом пошла Вета. Последние два часа — как только мы закончили с могилой Кероба — она играла со своей Аурой, пытаясь сделать… что-то. Лишь нежелание привлечь внимание или вызвать обвал не давало ей треснуть по случайному камню, разбив его на куски.
Скорее всего, это её способ отвлечься и забыться. И это хороший способ — лучше, чем слёзы.
Чего уж, ещё вчера я мог бы только порадоваться за неё… Ха-а… однако сейчас мне сложно радоваться за кого-то из них, даже за ту, которая вроде как стала моей половинкой.
Видать, не до конца стала.
Вета не испытала ни малейших трудностей при преодолении карниза. Пробуждение Ауры открыло в ней резерв энергии, пассивно увеличило силу и выносливость, так что я не был удивлён.
И ведь это только Атака… Вскоре пробудится Защита, а там… ну-с, с Наблюдением всё может быть не так просто, но и оно поддастся ей — уверен в этом.