Сердце подонка
Шрифт:
– Хорошо, – отвечает равнодушно.
– Хорошо…? И всё? Я рад, что ты вернулась…
– Я тоже рада, – пожимает она плечами. – Я вернулась, чтобы доучиться. А чего ты от меня ждёшь?
Вопрос, конечно, хороший. Я жду, что ты скажешь, что всё поняла… Что ты всё ещё меня любишь, как и я тебя… Я жду, что ты поймёшь, что я не предавал тебя. Что я оступился лишь на короткий миг, но выбрал правильное направление… Ком, что сдавливает горло, не даёт мне всё это произнести. Да и не здесь это должно быть сказано… Слишком много людей и слишком мало эмоций между нами. Словно все они растворились в одночасье. Или же прячутся за толстым слоем пыли и недопониманий.
Если бы она только знала…
– Мы… Можем… Начать всё сначала? – спрашиваю дрожащим голосом, и она сверлит меня своими зелёными омутами, мотая головой.
– Ник-Ник… – выдыхает устало. – Ничему тебя жизнь не учит. Нет. Мы не можем. И я хочу, чтобы ты держался от меня на расстоянии. Потому что так всем будет лучше.
– Кому? Кому всем? Мне точно нет.
– Хотя бы мне. А что там будет с тобой мне не важно, потому что я ничего больше к тебе не чувствую, извини. Я пойду, – развернувшись, начинает уходить, а у меня ресурсов не хватает просто смолчать, сука.
Ощущение, что в секунду становлюсь вулканом, готовым стереть с лица земли весь универ и нас с ней тоже. Я не пожалею никого, потому что такой с самого рождения. И похуй мне на всех!
– Ты притворяешься просто… – рычу ей в спину. – Нахуй это всё нужно?! Женя, блин!
– Не понимаю о чём ты!
– Да ты просто закрываешься сейчас и всё. Ты никогда такой не была раньше!
– Не тебе меня учить, Ник! Какая была, такой больше нет! – ответно огрызается.
– Нет, стой! – обхватываю за запястье, и она тут же дёргается. Цедит с такой злостью, что у неё глаза краснеют:
– Не смей… Меня. Трогать. У меня есть парень. А между нами с тобой всё кончено. Ты понял?
– Чё… – спрашиваю, немного зависнув. Какой, нахуй, парень, блядь. Чё за херню она мне сейчас выдала… Бред.
– Всё, не подходи, – уходит, пока я смотрю ей вслед весь на нервах, сука.
У меня аж челюсть скрипит от пиздеца, что разрастается внутри. Ну, врёт же… Она врёт, блядь. Нет у неё никакого парня. И я понимаю, что обидел её… Я это осознаю, только мне от этого нихрена не легче. Как серпом по яйцам сейчас прилетело.
Не бывает же так… Отдалась, через месяц разлюбила, забыла… Да, блядь. Я ни в жизнь не поверю… Чего добивается? Почему не слушает? Хочет унизить? Неужели не видит, какая дичь со мной происходит…
– Ты чё завис, Ник, – толкает меня в плечо Тоха. – Идём на пару…
Даже слова друга сейчас повисают в воздухе дымкой. Плохо соображаю, потому что всего выворачивает наизнанку после её выпада.
– Не… Покурю пойду. Нервоз какой-то… – отвечаю и тут же тащусь на улицу, схватив сигареты. Ещё бросить хотел. Теперь оторваться от них не смогу, блин. После всего…
«У меня парень есть, я ничего больше к тебе не чувствую»…
Сука, блин…
Кулаки чешутся теперь. И, как назло, не подраться даже…
До самого окончания пар я в таком состоянии. Меня всего колдоёбит, как на виражах. Словно в груди теперь настоящий пожар разрастается. Горит огнём всё тело…
Когда стрелка часов переваливает за пять и у нас заканчиваются пары, я иду на крыльцо с одной целью… Чтобы подкараулить её и снова поговорить. Не так, значит, измором возьму. Потому что не вывезу я подобных качелей. И так всего ежесекундно штормит…
Однако стоит выйти, я уже вижу её вдалеке, садящуюся в тачку к какому-то парню, которому она улыбается, и они уезжают, пока душа моя наполняется стекловатой…
От автора: Сегодня действуют максимальные скидки на некоторые мои работы. Тут - https://litnet.com/shrt/M3es
Глава 5.
Евгения Хомова
Если бы за это давали Оскар, я бы уже его получила…
Смотрела ему в глаза в холле и хотелось плюнуть в лицо. Хотелось сделать больно. Уничтожить… За всё, что он мне сделал… За эту бесконечную непрекращающуюся боль… За мысли, раздирающие грудь на части. За воспоминания о несостоявшихся отношениях. Моих первых отношениях…
Но я горжусь собой, что сдержалась. Что сделала максимально обидно для него.
Кирилл же, между прочим, не отдавал мне перчатку в Питере целых две недели. Выманивал, но не отдавал…
В этот раз я улыбалась ему с одной единственной целью – поставить врага на место.
И когда сажусь в его машину, оговариваю всё на берегу. Ибо не собираюсь вступать в какие-то новые связи.
– Если ты и в этот раз не вернёшь её, я…
– Вот… Я просто хотел узнать, где учишься и быть уверенным, что смогу караулить тебя дальше… – смеётся он и наконец возвращает мне мою вещь. – Всё в порядке? Загруженная какая-то…
Смотрю через стекло в сторону крыльца и победоносно выдыхаю, заметив, как Ник мечется от тревоги. Его рожу надо видеть. Шах и мат, придурок. Будешь знать на этот раз.
– Всё хорошо. Довезёшь меня до дома, пожалуйста?
– Я думал, мы в кафе поужинать…
– Кирилл, извини… Но я сегодня правда не могу… Хотела вернуть перчатку и всё… – морщусь, на что он вздыхает.
– Ладно, поехали, – заводит машину, и мы уезжаем оттуда прочь, оставив Ника пыхтеть и сходить с ума от ярости, которую я чувствую даже на расстоянии. Он же собственник… Я представляла заранее, каково ему будет…
Так вот пусть получает теперь. Я точно жалеть не стану…
Пошёл он в жопу!
По пути домой Кирилл постоянно поглядывает на меня и мне правда не хотелось с ним взаимодействовать. Но в Питере он приезжал за мной каждый день, блин… И каждый раз прятал от меня перчатку.
Мы много общались… Вынужденно.
Я, конечно же, как с другом. А он… Он, кажется, вовсе нет, но…
Я сразу объяснила, что не собираюсь с ним встречаться. Никаких поцелуев или походов в кино. Он вроде как понял… Только вот…
По его поведению так точно не скажешь. Порой он такой непредсказуемый, блин… И такой твердолобый. В этом он чем-то похож на Ника.
– Пока… Я пойду, спасибо, что довёз…
– Жень…
– М?
– Слушай… Если не кино там… И прочее… То в музей со мной сходишь?
– Музей? Ты серьёзно? – смеюсь в ответ. – А чем это отличается?
– Ну, это не для свидания… Типа просто… Хочу ознакомиться со здешним искусством… – говорит он и улыбается. – Ну как? Ты за?
– Слушай, Кир… Давай так. Если я буду готова, я сама тебе напишу, ладно? Явно не сейчас… Спасибо ещё раз за найденную вещь, – выбегаю из его машины и быстро исчезаю в подъезде, не давая ему надежды на что-либо.