Чтение онлайн

От боли у того перехватило дыхание, воздух вышел из легких. Голова телохранителя оказалась прямо над ним: на бычьей шее вздулись напряженные вены и сухожилия.

Прижатый к стене, Мэтт не мог вдохнуть: он чувствовал, что теряет сознание. Кое-как освободив левую руку, он ударил противника кулаком в висок.

Одержимый желанием раздавить эту мошку, которая решилась сопротивляться, тот даже не покачнулся.

Мэтт бил снова, и снова, и снова.

Безрезультатно, гигант никак не реагировал. Перед глазами Мэтта поплыли черные пятна, кровь стучала в голове, он больше не мог держаться.

В этот момент Хорейс прыгнул на спину колоссу и начал лупить его кулаками. Мэтт нанес последний удар.

Он врезал так сильно, что челюсть циника со зловещим треском сломалась.

Гигант покачнулся и навзничь рухнул на стул, который от его падения разлетелся на куски.

Чтобы отдышаться, Мэтт опустился на колено и оперся на меч.

Пьющий невинность бросился к столу, намереваясь вытащить из ящика кинжал, Мэтт прыгнул вперед и приставил к его горлу лезвие.

– А теперь вы окажете нам одну ценную услугу, – тяжело дыша, сказал он.

Пьющий невинность окунул печать в горячий воск, приложил ее к бумаге и протянул листок Мэтту.

– С этим вы сможете покинуть город в любое время, хоть сегодня ночью.

Его руки тряслись. Мэтт взял документ и с вызовом посмотрел на пронизанного страхом человека. Тот понимал, что в первой схватке, в дирижабле, выжил чудом, и боялся, что второго шанса не будет.

– Напиши еще одну, чтобы пересечь шлюзы…

– Пройти через Енох? – спросил Пьющий невинность, и его любопытство на мгновение сменилось тревогой. – Зачем вам туда? Какого хрена вы хотите делать в землях королевы?

– Вопросы тут задаю я. Делай, что говорю.

Пьющий невинность поспешно составил второй документ.

Хорейс связал обоих слуг циника и спросил Мэтта:

– Что с ними делать? Выбросить их в окно было бы эффектно, но неразумно.

– Спустим их в подвал и закроем там. Думаю, они пробудут запертыми какое-то время. Если у этого типа есть друзья, они придут проверить, все ли с ним в порядке. А если друзей у него нет… Главное, затяни как следует узлы.

– Ты что, хочешь их пощадить?

Мэтт окинул Хорейса ледяным взглядом. Хорейс буквально ощутил этот пронизавший его насквозь холод.

– А ты хочешь стать жестоким и бездушным, как они? Мы никого не убиваем расчетливо, даже злейших врагов, этим мы от них и отличаемся! Помоги мне связать их и спустить с лестницы.

Спуск оказался долгим и мучительным для циников. Мэтт заставил их ковылять в глубокий, пахнущий сыростью подвал. Со свечой в руке он присел рядом с Пьющим невинность.

– Клянусь, если ты попытаешься доставить нам неприятности, я вернусь и отрублю тебе руки, ноги и язык. Ты меня понял?!

Циник кивнул и затрясся от ужаса.

– А это тебе за все, что ты сделал Эмбер.

И он сильно ударил его ногой в пах.

Пьющий невинность захлебнулся криком и скорчился от боли в луже собственной мочи.

Чтобы перейти мост в противоположном направлении, Хорейс объяснил часовым, что Пьющий невинность заставил их прождать час в своей башне, а потом, поскольку было уже поздно, отправил их восвояси, попросив вернуться на следующее утро.

В ста метрах от джонки Мэтт понял, что появилась новая проблема: вокруг лодки бродил отряд солдат.

Он толкнул Хорейса в темный переулок:

– Они поймали Эмбер, Тоби и остальных!

Хорейс осторожно выглянул из-за угла:

– Нет, стой, солдаты не поднялись на борт, они, похоже, только что пришли. Можно действовать.

– Это безумие. По первому их крику на нас набросится вся армия Вавилона! Давай-ка подойдем с другой стороны и посмотрим, что там.

Мэтт и Хорейс двинулись по идущему параллельно реке переулку, добрались до нового поворота и, медленно приблизившись к отряду, остановились.

Мэтт влез на бочку для дождевой воды. Солдаты теперь были совсем рядом.

Офицер раздавал своим людям сети.

– Помните, они мне нужны живыми! – произнес он.

– А собаки? – спросил вооруженный длинным копьем солдат.

– Убейте их! Не рискуйте! Эти дети – наша цель. Если сведения верны, еще несколько находятся под брезентом. Ну же! По местам!

Мэтт почувствовал, как по спине побежал холодок.

Офицер знал о них все.

Это означало только одно.

Их предали.

Мэтт мчался по темным переулкам Вавилона. Хорейс едва поспевал за ним.

– Мэтт, куда ты? Поговори со мной!

Ответа не было, казалось, Мэтт задыхался от ослепившего его гнева.

Они вышли на площадь недалеко от моста, Мэтт бросил взгляд на темную витрину. На черной вывеске золотыми буквами было выведено: «БАЗАР БАЛТАЗАРА».

Мэтт саданул по двери, она подалась. Он выхватил меч и бросился в заднюю комнату, где виднелся свет.

Он ожидал найти там циников, может быть, даже слуг самой королевы, но для него это не имело значения – Мэтта охватила такая ярость, что он готов был бросить вызов им всем. И сразу. Чтобы наказать предателя.

В комнате вокруг стола и правда сидели люди, перед ними стояли дымящиеся чашки.

Эмбер, Тобиас и остальные пэны. Балтазар. А рядом, в помещении, очевидно служившем кухней, заперли собак.

– Вы?.. – изумленно спросил Мэтт. – Но…

– Что «но»? – спросила Эмбер. – Ты что, призраков увидел?

– Я думал, вы на лодке!

Тобиас вдруг почувствовал себя виноватым.

– Нет, это я решил, что будет разумнее ждать здесь. На джонке нас мог увидеть кто угодно.

Мэтт направил меч на Балтазара.

– Он сдал нас! Сейчас циники как раз собираются напасть на лодку, они знают все – про нас, про собак, про брезент. Все!

Все головы одновременно повернулись к старику.

Тот нахмурился, и его зрачки вытянулись вверх. Стали глазами змеи.

– Не глупи! – ответил он. – Если бы я сдал вас Мальронс, зачем бы мне было посылать солдат на лодку и дожидаться ночи? Я бы вполне мог арестовать вас еще вечером.

Аргументы были правдоподобными, и все немного расслабились.

– Погодите минуту! – воскликнул Тобиас. – Циники сейчас на джонке? Нет! Я же оставил на борту записку, чтобы вы могли найти нас здесь!