Сердце Земли
Шрифт:
Вернувшись на баржу, Эмбер не стала общаться с остальными, она сделала вид, что устала и хочет отдохнуть, и прилегла в предоставленной ей крошечной каюте.
Девушке потребовалось некоторое время, чтобы уснуть, – положение, в котором она оказалась, виделось ей отчаянным. Эмбер не могла оставаться тут бесконечно и в то же время понимала, что у нее нет шансов выжить, если она поплывет одна.
Повторить то, что они проделали втроем, когда украли корабль у клорофилловых пэнов и сбежали из Гнезда, представлялось ей немыслимым.
В любом случае без помощи Тобиаса она не смогла бы управлять судном.
Эмбер поняла, что все обитающие в Сухом море племена при малейшей возможности стараются заполучить себе пэна – любого, кто оказался у них, словно это поможет им выжить. Все понимали: живя на кораблях и лодках, они в итоге так и умрут, если не начнут общаться с другими кланами и племенами. Следовательно, каждый новый пэн давал им частичку надежды на продолжение жизни.
Наконец Эмбер уснула, так и не решив, как будет действовать дальше. Она просто позволила убаюкивающей силе сна подхватить себя…
На следующее утро она шла от одной баржи к другой, изучая поведение клювов, – смотрела, как обмениваются товарами плотники и рыбаки, как заигрывают друг с другом двое подростков. И бегство стало представляться ей единственным выходом.
Она не может оставаться здесь. А помогать ей добраться до Гнезда здешние пэны не собираются. Их жизнь и так достаточно сложна – они пережили множество опасностей и объективно не имеют права рисковать собой, чтобы помочь незнакомке, какими бы убедительными ни были ее слова.
Когда Мэтт и Тобиас решили украсть у клорофилловых пэнов корабль, Эмбер возмутилась, что они предпочли бегство переговорам. Теперь она собиралась сделать то же самое.
Оставалась главная проблема: сможет ли она найти подходящую лодку и отправиться через Сухое море, ничего не зная о принципах управления судном? Тобиас тогда показал ей несколько приемов, но Эмбер чувствовала, что не готова оказаться в море совсем одна.
Есть ли у меня выбор? Надо понять, чего я хочу больше! Либо я уплыву, либо придется отказаться от всего и остаться здесь.
Она решила отплыть в тот же вечер. Нет никакого смысла ждать.
Эмбер принялась искать самое маленькое суденышко, в котором смогла бы передвигаться без посторонней помощи. Нечто подходящее она нашла в конце отдаленного причала.
Ну что же, будет еще проще!
Она вернулась в столовую – прихватить в дорогу немного еды. Что касается воды, то по пути ей встретились цистерны для сбора дождевой влаги, и она наполнила ей свою флягу.
В столовой Эмбер надеялась разговориться с кем-нибудь из местных или просто узнать больше о том, где находится Порт-де-Планш по отношению к Гнезду.
И тут снаружи раздался крик.
Девушка бросилась прочь из столовой.
Ей навстречу бежала молоденькая девушка и кричала:
– Лазурный Клюв! Он чинил «Трезубец», подпорки сломались, и его придавило! Быстрее! Иначе он умрет!
Больше трехсот детей и подростков, выскочив отовсюду, бросились к небольшой лодке, на дне которой лежали спущенные воздушные шары. Лодку, видимо, втащили на огромную ветку и поставили на подпорки, но две из них, державшие нос, сломались, и корпус придавил рыжего мальчика лет четырнадцати.
– Нужно поднять «Трезубец», выкинув оттуда все лишнее! – в панике крикнула девушка.
– Нет, – возразил ей какой-то подросток. – Когда мы заберемся на борт, мы точно раздавим его.
– Но нагруженную лодку мы точно ни за что не поднимем! – сказал другой парень.
Эмбер повернулась к девушке, которая сообщила им про аварию:
– Ты знаешь, где моя каюта? Можешь принести оттуда рюкзак?
Та бросилась бежать и через три минуты, мокрая от пота, вернулась, с трудом волоча рюкзак почти такого же размера, как она сама.
Эмбер схватила банку со скарармеями и, поставив ее на доску перед собой, открыла крышку. Некоторые пэны вскрикнули от изумления, увидев в банке светящихся насекомых, другие поскорее отошли подальше.
Вытянув руки к «Трезубцу», Эмбер закрыла глаза и сосредоточилась.
– Я не смогу долго держать лодку, так что поспешите!
Она ощутила разлившееся по кончикам пальцев тепло – слово мурашки забегали по рукам. Энергия была более легкой и при этом более мощной, чем поток воды. Эмбер добилась того, что постепенно стала чувствовать пальцами прочный корпус лодки. Она принялась толкать ее этой внутренней силой. Энергия скарармеев потекла из банки и, распространившись по венам и нервам, проникла в мозг. Энергии было много, ее избыток стал волной, от которой «Трезубец» покачнулся.
Лазурный Клюв застонал сильнее, – видимо, корпус придавил его еще больше.
– Что она делает, а? – закричал кто-то.
– Она точно его убьет! Ее нужно остановить!
– Стой, смотри!
Эмбер сосредоточилась на очертаниях лодки, теперь она направляла энергию в деревянный каркас. Лодка оказалась очень тяжелой. Но скарармеи излучали гигантскую силу. В этой схеме Эмбер выступала усилителем и проводником. Затем девушка попыталась приподнять лодку и удержать ее на вытянутых руках. И вдруг напряглась и откинула лодку прочь.
Под недоуменными взорами пэнов «Трезубец» поднялся в воздух. Клювам потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, – трое подростков кинулись под корпус и оттащили Лазурного Клюва в сторону, прежде чем Эмбер ощутила внутри нестерпимый жар. Ее пронзила ужасающая вспышка, похожая на сильнейший разряд электрического тока.
Лодка рухнула на ветку, подняв облако пыли.
Эмбер без сознания упала рядом.
48. В ожидании, что прием окажется плохим
Каменный Клюв с тревогой смотрел на Эмбер. Внезапно ее лицо прояснилось, девушка открыла глаза.
– Она приходит в себя! Приходит в себя!
У Эмбер пересохло во рту и невероятно болела голова.
– Ой… – простонала она. – Такое ощущение, будто мне врезали по голове. Можно воды?
Каменный Клюв тут же протянул ей чашку.
– Ты его спасла! Спасла Лазурного Клюва!
– Как он?
– Ноги сломаны, все тело болит, но жить будет!
Девушка, бегавшая за рюкзаком, склонилась над Эмбер: