Чтение онлайн

Перед ним ехали шесть сул'дам.. Их короткие юбки с высокими разрезами по бокам, открывали лодыжки. У одной или двух были очень красивые лодыжки, но женщины сидели в седлах так, словно они тоже Высокородные. Капюшоны их плащей, украшенных молниями, свисали на спины, и они позволяли холодным порывам ветра равивать плащи, будто холод их не касался или не рискует коснуться. Рядом с их лошадьми на поводках шагали две дамани.

Мэт втайне наблюдал за женщинами. Одна из дамани, низенькая женщина с бледно-синими глазами, была связана серебристым ай'дам с пухлой оливково-кожей сул'дам. Ее он уже видел, сопровождающей Теслин. Темноволосая дамани отзывалась на прозвище Пура. Судя по гладкому, безвозрастному лицу это без сомнения - Айз Седай. Он не поверил Теслин, когда она сказала, что женщина превратилась в настоящую дамани, но каждый раз, когда седая сул'дам низко наклонялась в седле, чтобы сказать что-нибудь женщине, бывшей когда-то Римой Галфрей, Пура смеялась и хлопала от радости в ладоши.

Мэта трясло. Если бы он попробовал снять с ее шеи ай'дам, проклятая дамани громко вопила бы о помощи. Свет, о чем он только думал! Плохо уже то, что он увяз, вытаскивая из огня, трех Айз Седай, сидящих на его шее, - пусть себе горят синим пламенем, но он, похоже, каждый раз оглядываясь вокруг, ищет где-бы взять еще дровишек, подбросить в пылающий костер под его задом!
– все плохо на столько, чтобы не раздумывая поскорее убраться подальше от Эбу Дар.

Эбу Дар - крупный морской порт, где наверное самая большая гавань в мире, и доки с длинными серыми пальцами причалов, которые тянулись вдоль всего города. Почти все причалы были заняты кораблями Шончан всех размеров. Их команды, взобравшись на реи, радостно приветствовали Сюрот, сотрясая округу громом голосов, выкрикивающих ее имя. Люди на других кораблях махали руками и тоже кричали, хотя многие казалось не имели понятия кого, или что они приветствовали. Наверное, они думали, что это встречали их. На тех кораблях ветер, летящий сквозь гавань, развевал флаги с Золотыми пчелами Иллиана, Полумесяцем Тира, и Золотого ястреба Майена. Очевидно, Ранд забыл отдать приказ, запрещающий торговлю с Шончан и захваченными портами, или торговцы действовали за его спиной. Цвета опять промелькнули у Мэта в голове, и он помотал ей из стороны в сторону, чтобы прогнать навязчивые видения. Большинство этих мошенников торговали бы даже с убийцой своей матери, если бы это принесло им прибыль.

Южный док был очищен от кораблей и офицеры Шончан с тонкими плюмажами на лакерованных шлемах ождали помочь спуститься Сюрот и Тайлин вниз в одну из больших восьмивесельных шлюпок. После того, как Тайлин наградила Мэта прощальным поцелуем, при этом почти выдернув его волосы из макушки, чтобы наклонить его голову вниз, она как следует ущипнула его за зад, как будто на них никто не смотрел! Сюрот неодобрительно хмурилась, пока Тайлин усаживалась в лодку, и по правде говоря, раздражение Шончанки не прекратилось даже когда узколицая женщина - Алвин, ее со'джин, - по мановению ее пальца принялась через все скамейки без остановки перетаскивать вещи из одной части лодки в другую.

Остальные Высокородные приняв глубокие поклоны от офицеров, должны были спускаться вниз по лестнице с помощью своих со'джин. Сул'дам сесть в лодки помогали дамани, и вообще никто не помогал ребятам в белом погрузить поклажу и себя. Скоро шлюпки, пробравшись сквозь сеть стоящих на якорях кораблей Шончан и множества захваченных судов Морского Народа, пересекли гавань до места, где на юге Рахада содержались ракен и то'ракен. Большинство захваченных кораблей было с поврежденными корпусами и мачтами. Теперь ими управляли команды из Шончан. За исключением Ищущия Ветер, о чем он старался не думать, и возможно некоторых проданых, все выжившие Ата'ан Миер были в Рахаде с остальными да'ковале на очистке каналов. И с этим он не мог ничего поделать. Он ничего им не должен. У него и так забот полон рот с чем ему уже не по силам справиться, и он ничем не сможет им помочь. Вот так!

Ему немедленно захотелось уехать подальше от сюда, оставив корабли Морского Народа далеко позади. Никто в доках не обратил на него малейшего внимания. Офицеры разошлись едва отчалила последняя шлюпка. Кто-то, он не знал, кто, забрал всех вьючных лошадей. Моряки слезли с рей и возвратились к работе, и члены гильдии грузчиков принялись толкать свои низкие, тяжелые тачки, нагруженные ящиками, корзинами и бочками. Но если бы он поехал слишком быстро, Тайлин могла бы подумать, что он собирается уехать из города, и кого-нибудь послала бы за ним, поэтому он сидел на Типуне и как полный дурак махал рукой, пока они не отплыли достаточно далеко, что уже никто не смог бы его разглядеть без приближающего стекла.

Несмотря на растревоженную ногу, он медленно проехал почти всю длину причала. Он старался не оглядываться на гавань. Консервативно одетые торговцы приглядывали за погрузкой или разгрузкой товара, иногда облегчая кошелек в пользу человека или женщины в зеленом жилете за мягкое обращение с их товарами или увеличение скорости, хотя, казалось невозможно, что грузчики могут двигаться быстрее. Казалось, южане всегда двигаются почти бегом, стараясь успеть, пока солнце не встало прямо над головой, когда все превращалось в сущее пекло так, что можно зажарить утку, а в облачную погоду при ветре с моря всегда холодно, независимо от того, где стояло солнце.

Ко времени, когда он добрался до Мол Хара, он насчитал более двадцати сул'дам, патрулирующих с дамани доки, сующих свои носы во все лодки, прибывающие от вставших на якорь кораблей, если они не были Шончан, обследующих каждое судно, недавно вошедшее в порт, или, в обратном случае, готовое отчалить. Он был почти уверен, что так и будет. Значит, он оказался перед необходимостью использовать Валана Люка. Иметь единственный путь отхода слишком опасно, иначе как в критическом положении. Люка это рискованный, но единственный реальный оставшийся путь.

Возвратившись во Дворец, он с грехом попалам спустился с Типуна и вынул свой трость из-за седла. Разрешев конюху взять поводья, он похромал внутрь его левая нога едва способна была держать его вес. Возможно, горячая ванна уняла бы часть боли. Возможно тогда он смог бы думать. Люка нужно застать врасплох, но прежде, чем занятся Люка, нужно решить несколько других меньших проблем.

– Ага, вот и вы, - сказал Ноал, появляясь перед ним. Мэт редко видел старика после того как определил его на ночлег, но тот выглядел хорошо отдыхнувшим. В свежем, чистом, сером камзоле он каждое утро исчезал в городе и возвращался во Дворец только ночью. Поправив бахрому на манжетах, он загадочно улыбнулся, показав промежутки в зубах.
– Вы что-то задумали, Лорд Мэт, и я хотел бы предложить свои услуги.

– Я задумал снять груз с моей ноги, - сказал Мэт, стараясь говорить как можно более небрежно. Ноал казался достаточно безобидным. Харнан рассказывал Мэту, что каждый раз перед тем как лечь спать тот рассказывал истории, которые Харнан и остальные Краснорукие, казалось, проглатывали целиком. Даже те, где упоминалось некоторое место по имени Шибоуйя, где-то, наверное, за Айильской Пустыней: там женщины, которые могли направлять, татуировали себе лица; там после трехсот преступлений наказывали смертью; в горах жили люди-гиганты еще более высокие чем Огир, с лицами на животах. Он утверждал, что был там. Каждый, кто утверждает подобную чушь полностью безобиден. С другой стороны, как-то Мэт видел, как тот обращается со своими длинными кинжалами, которые носит под одеждой и с ними он выглядел совсем небезобидно. Ловкость, с которой он обращался с этим оружием, говорила, что он умеет им пользоваться.
– Если я придумаю что-нибудь еще, я буду иметь тебя в виду.

Все еще улыбаясь, Ноал поднял один из своих скрюченных пальцев на уровень своего горбатого носа.
– Вы мне не доверяете. Это понятно. Хотя, если бы я задумал против вас что-либо дурное, все, что мне нужно было сделать, это спокойно уйти восвояси той ночью в переулке. У вас особенный взгляд. Я видел великих людей, составляющих планы, и злодеев темных как Бездна Рока тоже. Человек по особенному выглядит, когда составляет опасные планы, которые ему не хочется разглашать.

– Я выгляжу всего лишь уставшим, - Мэт засмеялся, облокотившись на трость. Крутые парни, составляющие опасные планы? Старый бродяга наверное видел их в Шибоуйе вместе с гигантами.
– Я благодарен тебе за тот переулок, ты знаешь. Если есть что-либо, что я могу для тебя сделать, проси! Но прямо сейчас, я собираюсь найти горячую ванну.

– Этот... голам... пьет кровь?
– спросил Ноал, поймав Мэта за руку, поскольку тот собирался уйти.

Свет, он жалел, что поминал это имя, когда старик мог слышать. Он желал, что Бергитте когда-то рассказала ему об этой штуке.
– Почему ты спрашиваешь? Голам жил за счет крови. Они не ели ничто другого.

– Есть человек, найденный вчера вечером с вырванным горлом. Только крови ни в нем ни на его кровати почти не осталось. Я говорил об этом? Это было в гостинице внизу, возле Литейных Ворот. Если эта штука убиралась на время из города, то теперь она вернулась.
– Глядя мимо Мэта, он сделал кому-то низкий, сложный поклон.
– Если Вы измените Ваше мнение, я всегда готов, - сказал он более тихим голосом, когда выпрямился.