Чтение онлайн

— Если это было бы так, все должны были бы иметь проблемы с ногами, а это же всего несколько человек, как я понимаю?

— Леди, я не Деян, чтобы знать слова природы. Я просто мать, чей ребенок родился изгоем и будет им всю жизнь, — женщина собралась уходить.

— Подождите, — окликнула ее Джейн, — жена витражника Вайолет сказала, что ваш король может исцелять раны, а изъяны этих детей он может вылечить?

Лицо женщины исказила злобная гримаса:

— Может он и в силах это сделать, да только он никогда и не пробовал. Он даже из земли не хочет вытянуть “зеленую воду”, а и с человека и подавно не захотел бы, — женщина вздохнула. — Мне пора к Эдмунду, леди…

— Джейн.

— Леди Джейн, до свидания.

— До свидания.

Джейн смотрела вслед уходящей женщине и вдруг поняла, что не спросила её имя. Как некрасиво. В следующий раз она обязательно спросит.

Все-таки она правильно поняла гнев Феликса за обедом. Их король может спасти этих людей, но просто не хочет этого делать. Джейн даже решила, что, возможно, король вовсе и не плохой как она подумала сперва, а попросту абсолютно безразличный к своим людям. И почему-то это безразличие всегда недооценивают.

Вот просит на улице малоимущий милостыню, и мимо него проходят люди трех типов: тот, который даст ему деньги — добрый, тот, который плюнет в его жестянку или крикнет ругательство — жестокий, и тот, кто якобы не заметит и не посмотрит в его сторону — безразличный. И этот безразличный может являться вполне себе хорошим человеком, но как-то ему было удобнее не заметить. И, фактически, помощь, которую просил человек, не пришла одинаково как от жестокого, так и от этого вполне хорошего, но безразличного человека. Анна никогда не давала милостыню. Однажды Джейн спросила её о причине. Подруга объяснила, что старается не обращать внимания на нищих, потому что сразу начинает придумывать причины, по которым они лишились средств к существованию. И в основном эти сочиняемые ею причины: алкоголизм, наркомания, отсидки или просто нежелание работать. И она сразу же решает, что такие люди недостойны помощи. Но кто мы такие, чтобы вешать ярлыки на этих людей? Ведь мы не знаем истинных историй, по которым они все потеряли. Почему нам так удобно быть безразличными к ним? Можно сказать, что это не пример для случая с “людьми зеленой воды”. Но Джейн показалось, что эти ситуации похожи. Местные жители избегают людей с физическими отклонениями, каждый придумал в своей голове страшную причину этого недуга и просто старается их не замечать, отселив всех в дальний дом, будто их совсем нет.

И ведь жители этого мира… Они же вполне хорошие… Вайолет, Сара, Жозеф, Рон, Мелиса, может быть даже Феликс… И все они избегают маленького Эдмунда из-за его ножек? Избегают всех этих людей. Джейн внезапно вспомнила козла, чьи ноги она видела за забором того дома за складами — "серого дома", как назвала его мать мальчика. Эдмунд сказал, что в Великих Садах нельзя держать животных кроме лошадей… Видимо, этим людям выделили одного козла, чтобы они даже за стаканом молока лишний раз не сунулись за пределы своей обители. Или, возможно, это животное к ним попало так же незаконно, как и кролик Эдмунда. Ведь они всю жизнь заперты в одном месте, и этот козлик может быть их единственным развлечением и утешением, ведь многие из них еще дети. Там же нет никого старше тридцати лет! Завтра она обязательно сходит в этот дом и узнает права ли она.

Все ее мысли по дороге к дворцу были заняты мальчиком с кроликом. Она обязательно должна постараться изменить эту ситуацию. Её пребывание в Айронвуде не должно пройти впустую, она может попробовать научить жителей этого места принимать людей с увечьями как равных. Нет, она не попробует. Она обязательно научит.

— Леди Джейн, вы как раз вовремя, — Джейн и не заметила, как подошла к дворцу. У крыльца стояла та черноволосая девушка, заговорившая с ней за завтраком. — Я могу вас проводить на вышивания.

Вышивания. Точно. Джейн в свете последних событий совершенно забыла про такие бытовые занятия. Ей совершенно не хотелось туда идти, сидеть снова в компании молчаливых дам было бы излишним. Она гораздо охотнее провела бы время в компании своих служанок либо вновь с семьей витражника. Конечно же, без присутствия их старшего сына. Тем более она итак сегодня слишком многое увидела и услышала, чтобы болтовня благородных дам смогла поместиться в ее голове. Но она не хотела отказывать единственной леди во дворце, заведшей с ней речь.

— Конечно, спасибо, я как раз туда собиралась, — соврала девушка.

Джейн провела в обществе дам два часа. Всего незамужних девушек было тринадцать. Кроме Кассандры — так звали черноволосую девушку — с ней никто так и не заговорил, но в отличие от завтрака, дамы очень активно вели разговор между собой. Под конец даже явно расслабились в присутствии Джейн, видя, что она не пытается им навредить, начали смеяться и шутить. Их разговоры были пустой женской болтовней: платья, туфли, прически. Но она была этому рада: избыток важной информации об Айронвуде итак еще не был осмыслен, еще бы немного — и в её голове ничего бы уже не поместилось.

Под конец вечера кто-то из женщин завел речь о свадьбе короля в этом году и о том, кто из них станет его невестой. Джейн была удивлена, увидев, что за это звание борятся молодые девушки. Она думала их королю лет 50–60, хотя и такой возраст не исключает возможность иметь молодую жену. Хотя… минутку… Сара с Мелисой говорили, что Отец прибыл к ним тридцать с чем-то лет назад… Точно, она и забыла об этом.

— А сколько лет вашему королю? — вдруг заговорила Джейн.

Отвечала, конечно же, Кассандра, другие дамы так и не планировали с ней говорить:

— Королю тридцать лет. Все короли Айронвуда женятся в этом возрасте. Цифра три символизирует три стихии: воду, землю и воздух. А ноль — это солнце, то есть огонь. Единственный, кто нарушил это правило, был Отец, ведь он попал в Айронвуд, когда ему уже было сорок. Но вы не слушайте этих дурочек леди Джейн, его невестой буду я и только я.

— Это потому, что он чаще всего звал тебя в свою спальню? Это не показатель, — отозвалась девушка с каштановыми кудряшками и остреньким носиком.

— А что, по-твоему, показатель для мужчин? Твое умение лучше всех вышивать? — Кассандра звонко рассмеялась. — Помимо этого, я из самого знатного рода в Айронвуде и самая красивая из вас.

Многие девушки закатили глаза, но некоторые одобрительно закивали, и восхищенно смотря на Кассандру, наперебой затараторили: "Конечно, мы видели, как он на тебя смотрит, он влюблен в тебя с детства".

Отозвалась рыжеволосая девушка с длинной косой и высоким писклявым голоском:

— В детстве, может, был и влюблен, а сейчас — нет. Постель еще ничего не значит. На всех последних вечерах он больше всего общался именно со мной, я — самая умная из вас, а брак — это партнерство и в первую очередь людям должно быть интересно друг с другом.

— Да? Умный человек должен знать, кого стоит бояться, а кого нет. Не вижу, чтобы кто-то из вас разговаривал с девушкой из другого мира. Видно кишка тонка. Разве королева может трусить перед чем-либо?

Никто не нашелся с ответом. Аргументов действительно не было. Для всех лучше было согласиться с Кассандрой, чем все-таки заговорить с неизвестной девушкой из другого мира.

Рыжеволосую претендентку на звание невесты короля звали настолько необычно и запутано, что Джейн сразу поняла, что это имя ей не запомнить никогда. Что-то вроде "Зорхашнамосирья", или как-то похоже на это. Джейн прозвала её для самой себя "Самая умная". Очень даже приличное прозвище, тем более девушка сама о себе так выразилась.