Серебряные крылья, золотые игры
Шрифт:
– Я не это имел… - Он замолкает. Его взгляд падает на ожерелье, скрывающее мое родимое пятно. Он снова смотрит на Райана, который спешно отдает приказы полудюжине солдат, отправляя их на трибуны в поисках налетчиков.
Бастен придвигается ближе и тихо спрашивает:
– Что лорд Берольт сделал с тобой?
Темный взгляд его глаз заставляет меня содрогнуться - такой же взгляд был у него перед тем, как он расправился с целым отрядом волканских бандитов.
– Ничего.
– Мне тоже приходится сдерживать себя, чтобы не прикоснуться к нему, как мне хочется.
– Это всего лишь ошейник. Он блокирует мои силы.
– Но тогда как… - тихо произносит он, - …паук?
Я дергаю за облегающий лиф, но, выкованный из металла, он не поддается регулировке, как шелковое платье. Я шепчу:
– Пауки не говорят, они поют. Песни пауков не имеют ничего общего с моим даром. Это просто язык природы. Когда Берольт заблокировал мои силы, я все равно смогла спеть им - один откликнулся.
Бастен больше ничего не говорит, но я могу прочесть благодарность в его мерцающих глазах.
Райан внезапно хватает меня за запястье и тянет к паре солдат.
– Вы двое. Отведите леди Сабину в безопасное место, пока эти проклятые богами налетчики не добрались до нас. Посадите ее в крытую карету и вернитесь в Сорша-Холл. Я хочу, чтобы у ее дверей стояли двадцать стражников.
– Нет, подожди!
– Я вырываю запястье из хватки Райана, сердце колотится о ребра. Пальцы вцепились в ошейник лорда Берольта, прикрывающий мой крестный поцелуй.
– Райан, я могу помочь. Позволь мне попытаться управлять грифонами, как я управляла тигром.
– Сабина, это чуть не убило тебя, - возражает он.
– Сотни людей сейчас умирают!
Этот чертов ошейник - он застегивается и запирается сзади, где я не могу до него дотянуться. Пока я дергаю за золотые цепи, Бастен снимает нож с погибшего солдата и с помощью рукояти раздвигает запертую пряжку.
Она открывается.
– Сними его!
– кричу я. Бастен помогает мне снять ошейник, словно это яд, и засовывает звенящее украшение в карман.
Наконец освободившись от него, я бегу к выходу. Грифоны над головой все еще машут крыльями, роняя ядовитую пыль.
На трибунах десятки Золотых Стражей с завязанными вокруг носа и рта тряпками сражаются с налетчиками в масках. Над головой птицы кружат, как циклон, - слишком синхронно, чтобы это было естественным.
Кто-то подготовил грифонов к атаке.
Я делаю несколько вдохов, пытаясь сосредоточиться. Я концентрирую свое внимание на стае и твердо приказываю:
Покиньте эти небеса.
Голоса птиц возвращаются ко мне, как камни, падающие в глубины моего разума, но ни одно из их слов не имеет смысла.
Не то, что ты…
…на ветру…
серый, серый, серый
…ДОЧЬ…
Последнее слово так сильно поражает меня, что я дергаюсь, ища опору в кирпичной стене арки. Странный гул в воздухе заставляет мои колени дрожать. Я чувствую влагу под носом и когда касаюсь ее, мои пальцы оказываются в крови.
– Сабина?
– Бастен мгновенно оказывается рядом со мной.
– Птицы, - начинаю я.
– Тут… тут что-то не так. Они как будто слышат меня, но что-то мешает.
Полная решимости, я снова смотрю в небо. Я управляла тигром - какая-то глубоко спрятанная часть меня знала, как это сделать, и эта способность никуда не делась.
Расставив ноги, я вкладываю всю свою волю в то, чтобы прокричать одно слово:
Улетайте!
Стая грифонов издает оглушительные звуки, не прекращая своего движения по кругу и игнорируя мою команду.
Сменив позу, я пытаюсь снова:
Кто вами управляет?
Ответы обрушиваются на мой разум, как град:
Он
Он
Единственный
Король
Тошнота накатывает на меня с такой силой, что я сгибаюсь. Я прислоняюсь к кирпичной стене, и боль от ее шершавой поверхности не дает мне рухнуть на землю.
– Рашийон.
– Я прижимаю руку к своему горящему родимому пятну.
– Это Рашийон. Он командует ими.
Райан и Бастен обмениваются напряженными взглядами.
– Они тренируют золотых когтей, - бормочет Райан себе под нос.
– Почему бы не управлять грифонами?
У меня на лбу выступает пот. У меня кружится голова, я дезориентирована. Волканский рейдер спрыгивает на песок арены, и Райан выхватывает меч, хотя между нами десятки Золотых Стражей.
– Иди!
– Райан подталкивает меня к выходу.
– Сабина, ради…
ВАЛ-ВЕ-РЭЙ
Звук раздается в моих ушах, как раскат грома, и я сжимаю голову двумя руками.
Я протискиваюсь между Райаном и Бастеном и смотрю на небо, где птицы сменили строй. На фоне облаков вырисовывается ужасающее лицо.
Солдаты под аркой вглядываются в крылатых существ. Я с нарастающим ужасом наблюдаю, как небо становится холстом для зловещего лица Безумного короля, созданного из теней и перьев. Его глаза - темные стаи собравшихся птиц. Его рот открывается вместе с их бьющимися крыльями.
Я не могу не дрожать, когда безмолвный взгляд короля Рашийона скользит по мне. Это не благосклонный правитель, это предвестник тьмы, его послание пронизано угрозами, и я стою, не в силах отвести взгляд от ужасающего зрелища.
От лица моего отца.
Стая слегка сдвигается, и гротескный рот шевелится.
ВАЛ-ВЕ-РЭЙ,– снова раздается в моем сознании мрачный голос. Птицы говорят со мной все вместе, но через них говорит кто-то еще.