Чтение онлайн

Ферра и леди Сури, совершенно неуместные среди этого побоища, привязали волканского налетчика к стулу шелковой скатертью. Леди Сури направляет меч ему в грудь.

– Налетчик!
– говорит леди Сури.

Мы с Фольком, не выпуская мечей, стоим, открыв рты, как речные гуппи.

– Вы схватили волканского налетчика? Вы вдвоем?
– повторяю я.

Я ловлю свое отражение в серебряном подносе на полу - я выгляжу как проклятый богами дурак, бросившийся спасать женщин, которые уже спаслись сами. Мне приходится взять себя в руки. Я не должен удивляться. Если Сабина и научила меня чему-то, так это тому, что мне нужно пересмотреть свои предвзятые представления о том, на что способны женщины.

– Мой нежный котенок поймал налетчика?
– Фольк убирает меч в ножны и, перешагнув через мертвого слугу, заключает Ферру в объятия.

– Что, - мурлычет она, - ты сомневался, что у этой кошки есть когти?
– Она впивается ногтями в его руку, и он вздрагивает, а глаза темнеют от вожделения.

– О, я знаю, что есть. Однако я думал, что когти появляются только тогда, когда мы в постели… - Он кусает ее за шею, и она, задыхаясь, отталкивает его.

Я убираю меч в ножны и быстро осматриваю надежно ли связан налетчик, затягивая некоторые узлы.

– Леди Сури, есть ли еще выжившие среди зрителей ложи?

Она перекладывает меч в другую руку, не убирая его от груди противника.

– Когда грифоны напали, стража вывела большинство людей со стадиона. Мы с Феррой, Бриджит и Максимэном укрылись здесь, но они вернулись за Валверэями.

Максимэн? Конечно. Но Бриджит?

– Бриджит вернулась, чтобы спасти Валверэев?

– Она сказала, что знает безопасное место, где можно укрыться.

У меня сводит челюсть, я все еще не понимаю, зачем кому-то понадобилось спасать одного конкретного Валверэя, но, полагаю, у Бриджит сердце добрее, чем у меня. Оставив налетчика под присмотром Фолька и Ферры, мы с Сури осторожно проходим обратно через ложу Бессмертных.

Она держит меч неумелой, но решительной рукой. Теперь я понимаю, как она так долго выживала под крышей лорда Чарлина. В душе она воин, маскирующийся под солнечный луч.

– Лорд Берольт?
– зову я, повышая голос.
– Бриджит?

Даже с моим обостренным слухом я ничего не слышу. Только отдаленные крики немногих оставшихся налетчиков, убегающих от Сабины и единорога, и стоны раненых на трибунах.

Но тут я слышу тоненький писк и смотрю вниз.

Между моими ногами шевелит носом тот самый проклятый мышонок, что мы повстречали в лесу Маг На Тир.

– Ты?
– рявкаю я на него.
– Какого черта ты здесь делаешь?

– Это питомец Бриджит!
– восклицает леди Сури.

Конечно, блядь, так оно и есть. Так что мне ничего не остается, как последовать за мышонком, пока он, перепрыгивая через поваленные стулья и пролезая под столами, ведет нас обратно в дальний коридор. Все кажется пустым, но мышонок целеустремленно идет дальше, оглядываясь, чтобы убедиться, что мы следуем за ним, пока не исчезает в решетке в полу.

Нахмурившись, мы с леди Сури подходим к решетке. На фоне запаха кирпича и стоков я чувствую аромат древесных благовоний.

У меня отвисает челюсть, когда мы обнаруживаем, что внутри теснятся пять человек, и их лица смотрят на нас.

– Вульф Боуборн!
– кричит леди Элеонора, толкая леди Руну локтем в живот, пока та сжимает изумрудное ожерелье.
– Вытащи нас отсюда, пока мы не оказались в сточных канавах!

– Клянусь богами, - бурчит Сури.
– Я приведу солдат.

Сури торопится уйти, а мне приходится подавлять желание рассмеяться, пока я с помощью шеста от флагштока отодвигаю тяжелую решетку и, одному за другим, помогаю им выбраться из их укрытия. Леди Элеонора. Лорд Берольт. Леди Руна. Лорд Гидеон, который, похоже, не очень-то расстроился по поводу смерти своей жены. И, наконец, Бриджит, которая стряхивает грязь со своего фартука, а затем опускает мышь в карман.

– Боги, помогите мне!
– причитает леди Элеонора, привалившись спиной к мраморной колонне.
– Эта эскапада была путешествием по седьмому кругу ада. Я думала, мы застрянем там на несколько дней, набившись, как крестьяне в общественную карету. Не говоря уже о том, что мой мочевой пузырь достиг легендарных размеров.

– Позвольте мне помочь вам дойти до уборной, миледи, - предлагает Бриджит.

Я ненадолго останавливаю ее. Трудно поверить, что девушка-служанка и мышь спасли жизнь будущей королевской семье Астаньона.

– За это, девочка, твой портрет нужно повесить в бальном зале. Вместе с этой чертовой мышью.

Бриджит застенчиво улыбается.

Я продолжаю:

– А теперь иди. Помоги леди Элеоноре, а потом встреть Сури с солдатами. Будьте осторожны. Опасность еще не миновала. Уходите с арены так быстро, как только сможете.

Лорд Гидеон и леди Руна уходят вместе с ними, больше заботясь о том, чтобы привести в порядок свою помятую одежду, чем о том, чтобы перешагивают через трупы своих подданных.

Лорд Берольт остается. Теперь, когда мы вдвоем, я тихонько достаю из кармана ожерелье Сабины.

Швырнув ожерелье ему в руки, я шиплю:

– Похоже, ты все-таки не смог ее контролировать.

Я ожидаю ярости, поэтому, когда он только ловит его и мрачно усмехается, я чувствую себя так, словно меня лягнул жеребец.

– Напротив, - говорит он.
– Неудачи - неотъемлемая часть экспериментов. Теперь я знаю, какие шаги нужно предпринять, чтобы создать более надежное средство для ее приручения. И помяни мое слово, она будет подчиняться мне. У меня большие планы на самку, из-за которой ты стал влюбленным дураком.

Его жестокая насмешка приводит меня в ярость, но не по той причине, о которой он думает. Он может оскорблять меня сколько угодно. Но угрожать Сабине?

Он покойник.

– Запомни мои слова, - рычу я, - на твоем столе для экспериментов не будет больше ни одного поцелованного богом человека, или, когда я приду за тобой, ты сам окажешься пристегнут к этому столу.

Он улыбается, как будто я сказал что-то смешное, и хлопает меня по спине, как будто мы старые друзья - как будто для него это все игра. Наклонившись к моему уху, он тихо говорит:

– Как же я хотел видеть тебя на своем столе, Вульф Боуборн. Ты должен благодарить моего сына за то, что никогда не видел мою лабораторию изнутри. Но продолжай с ним ссориться, и ты станешь моим.

Ярость рвет меня на части, но прежде чем я успеваю ответить, из-за угла выбегает солдат и замедляет шаг, заметив нас.

– Милорд?

Лорд Берольт забирает ожерелье Сабины, одаривает меня холодной улыбкой и уходит вместе с солдатом.

Борясь со вспыхнувшим во мне гневом, я несколько раз сжимаю кулаки, сдерживая эмоции, а затем быстрыми шагами возвращаюсь через ложу Бессмертных к медным перилам.