Чтение онлайн

попытки завязать с ней дружбу заранее обречены на неудачу. Это приводило его в

отчаяние. Что-то умирало у него внутри каждый раз, когда он натыкался на ее

холодный взгляд.

Прошло наверное месяца три прежде чем Женька немного оттаяла и стала хоть

изредка перебрасываться с ним парой слов, не делая при этом недовольных

гримасок. Впрочем, его эта перемена не могла обмануть. Он понимал, что для

Женьки он не больше чем предмет мебели, к которому она просто успела привыкнуть.

В конце концов стало совсем невыносимо. Он безумно устал от ее равнодушия,

бессонных ночей, напряжения. Наверное лучшим выходом из этого кошмара было

разъяснить все раз и навсегда. Поговорить с ней, в открытую предложить дружбу, и

если даже она рассмеется ему в лицо, это будет лучше, чем день изо дня тупо

искать в ее глазах хотя бы проблеск внимания. Во всяком случае, он будет знать,

что сделал все от него зависящее и продолжать дальше смысла нет. Так он и решил

поступить. И впервые за несколько месяцев заснул спокойно.

На следующее утро он вышел из дома пораньше, часа за полтора до начала занятий,

проехал несколько остановок на автобусе до улицы Маяковского и без труда отыскал

Женькин дом. Новая пятиэтажка, пара раскуроченных скамеек во дворе и

грибок-песочница как раз напротив ее подъезда. Туда-то и приземлился Георгий,

положив под себя свой дипломат с учебниками.

Ждать долго не пришлось. Где-то через четверть часа дверь в подъезд в очередной

раз распахнулась, выпуская на этот раз не первоклашку или деловитую пенсионерку,

а их величество королеву Евгению, даму его сердца. Она на секунду замешкалась,

удивленно разглядывая Жорку, а потом уверенно потопала в его сторону.

— Гера, ты что здесь делаешь? — без особой радости спросила она.

— Тебя жду. Понимаешь, нам надо кое о чем поговорить. — быстро ответил он,

почувствовав вдруг сильное смущение и изо всех сил стараясь не отвести глаза.

— Послушай, ты мне уже надоел. Ну что тебе от меня надо, а? Я же просила уже не

появляться возле меня хоть иногда, хоть один день в неделю. И уж тем более не

ходить за мной хвостом. — совершенно спокойно произнесла Женька, требовательно

глядя ему в глаза.

Такого поворота он не ожидал. Слишком откровенно и слишком жестоко.

— Что я тебе сделал плохого, а? — его голос дрогнул. — Просто ты мне нравишься,

понимаешь? Разве это плохо? Почему это злит тебя?

Она возвела глаза и нетерпеливо переступила с ноги на ногу.

— А разве не понятно, что ты мне не нравишься? И что мне надоело, что ты

таскаешься за мной постоянно? Может хватит?!

Ее слова резали его как острый нож. Он готов был ударить ее, убить тут же, на

этом месте за то унижение и боль, которые она заставляла его испытывать. Он

ненавидел ее, и в то же время сходил с ума от того, что почти потерял ее.

— Я все равно от тебя не отстану. — Упрямо произнес он и сжал зубы. Никогда в

жизни Жорка не чувствовал себя таким раздавленным и униженным. Но просто встать

и гордо уйти — нет этого он уже не мог сделать. Пусть уж она добивает его до

конца.

Но Женька молчала. Некоторое время она внимательно смотрела на него, будто

изучая, а потом вдруг сказала такое, от чего Жорка утратил дар речи.

— Я знаю, что ты хочешь, — медленно произнесла она, — ты хочешь запудрить мне

мозги, потом притащить к себе домой, валяться со мной на кровати, совать мне

везде руки… А может, даже не только руки? Ты же корчишь из себя взрослого,

значит ты попробовал бы даже уломать меня, чтобы я разрешила…

Усилием воли он заставил себя говорить:

— Женя, нет…

— Да, не ври. Я же чувствую, меня не обманешь так просто, не думай, что я глупая

дурочка, которой можно наплести сказочек и она поверит. Но дело не в этом. Мне

не обязательно ничего рассказывать. Я хочу тебе кое-что предложить. Сейчас мы

идем ко мне, я разрешаю тебе делать со мной все что захочешь. Все, понимаешь? Но

ты должен пообещать мне, что после этого оставишь меня в покое и никогда больше

не подойдешь. Ну что, Гер, ты согласен?

Он только ошарашено хлопал глазами и теперь-то уж точно не мог произнести ни

звука. События развивались так стремительно, что просто не укладывались в

голове.

— Ну все понятно. Идем. — деловито заключила она. — Можешь даже взять мой

портфель.

С этими словами она бросила портфель ему на колени и быстро зашагала к подъезду.

Жорка помедлил пару секунд, потом поднялся, взял вещи и побрел следом.

Они вошли в дом, молча поднялись по лестнице, Женя открыла ключом дверь,

пропустила его и зашла сама.

— Не бойся, дома нет никого. Папа на работе, сестра уже в школу ушла, у нее

нулевая физра сегодня.

— А мама?

— Мама умерла. Давно уже, когда я только родилась. Ладно, быстрее разувайся и

пошли в спальню.

Женя нырнула в какую-то дверь и оставила его одного. Жорка снял куртку и

ботинки. Осмотрелся. Да, квартирка была на уровне. Конечно, не такая шикарная

как у него, но далеко не средний класс. Вероятно папаша Женькин знал, где деньги

взять. Георгий удивился. Почему-то ему казалось, что Женя должна жить в

стандартной однокомнатной халупе с бледно-зелеными выцветшими обоями на стенах и

допотопной обшарпанной мебелью.

Он прошел в комнату, которая оказалась спальней. У стены стояла большая

двуспальная кровать, почти какая же как у его родителей, покрытая голубым

пушистым пледом. У окна журнальный столик с вазой апельсинов и два глубокий

кресла.

Женя, скрестив по-турецки ноги, сидела в одном из них и выжидающе таращилась на