Чтение онлайн

— Нет, просто я не целовалась. Ты скажи что нужно делать.

Герка мысленно поблагодарил Пронину за ее уроки. Наконец-то он почувствовал себя

увереннее. Взял Женьку за плечи и улыбнулся.

— Просто повторяй за мной, хорошо?

— Но мы же не можем одновременно совать друг другу языки в рот.

— Обещаю, что не буду больше совать тебе в рот язык.

Он снова приник к ее губам, но теперь уже совсем иначе. Осторожно, будто изучая,

чутко прислушиваясь к ее ощущениям и благодарно ловя ее маленький острый язычок.

И поцелуй этот был странным. Гера не знал, что так бывает. Это было так не

похоже на ощущения, которые возникали от сумбурной грязной возни с Прониной.

Нет, сейчас все-все было иначе. Растворяясь в океане нарастающего желания, он ни

на секунду не забывал, что держит в руках ее, именно ее, эту маленькую, такую

дорогую для него девочку. Ту, о которой мечтал ночами, от отчаяния и

безнадежности сжимая до крови кулаки, ту, которая даже в эту секунду не

принадлежала ему полностью и, возможно, не будет принадлежать никогда. Это были

взрослые ощущения, искусство, которому учатся всю жизнь, и которое доступно лишь

единицам. Искусство чувствовать партнера, держать его образ в голове даже тогда,

когда волны примитивных желаний стирают само ощущение реальности. Он вложил всю

нежность, на которую был способен в этот бесконечный поцелуй. Его руки ласкали

ее лицо, пытаясь кончиками пальцев уловить движение губ, шею, плечи, выбившиеся

из косичек черные пряди… Ему хотелось, чтобы она почувствовала то, что чувствует

он. Его любовь к ней, боль, тоску…

Она осторожно отстранилась, но только чуть-чуть.

— Я забыла, что нужно дышать…

— Кажется я тоже.

— Ты сможешь снять с меня платье? — ее губы были близко-близко. Он даже

чувствовал запах парного молока, исходивший от них.

— Попробую.

— Только закрой глаза, ладно?

— Зачем?

— Почему-то я стесняюсь тебя.

Он улыбнулся про себя и послушно зажмурился.

Такая непростая задача — в первый раз раздевать школьницу, да еще и вслепую.

Завязка на фартучке у нее за спиной (ему пришлось обхватить ее, и он, не

удержавшись, коснулся губами шеи), молния на спине, пуговки на рукавах. Женя

подняла руки, платье легко соскользнуло и упало рядом с кроватью. Все еще не

решаясь открыть глаза, он на секунду замешкался. Женька тут же взяла его руки в

свои и положила себе на бедра. Горячая обнаженная кожа и резинка трусиков. Это

было уже слишком. Он едва сдержал дрожь, прошедшую по спине. Пальцы онемели, но

он сумел кое-как засунуть их под резинку и потянуть вниз. Женька высвободила

ножки, коснувшись его ладоней холодными пятками и быстро нырнула под плед.

Герка начал снимать одежду с себя. Руки уже совсем не слушались, в голове что-то

громко бухало, а о том, что происходило в других частях тела, он даже боялся

думать, чтобы все не испортить, как с Прониной в первый раз.

Когда дело дошло до брюк, он не выдержал и спросил:

— Ты глаза закрыла?

— Неужели ты стесняешься?

— Почему-то.

— Тогда не волнуйся, я их еще не открывала.

Он разделся, забрался к ней под плед и робко обнял ее хрупкое горячее тело. Она

выпрямила ножки и придвинулась ближе.

— От тебя пахнет лавандой, — прошептала в самое ухо, — ты знаешь, как пахнет

лаванда?

Ее нога медленно легла ему на бедро, открывая…

Он тихо застонал.

— Ева, стой…

— Почему?

— Поговори со мной.

— О чем?

— О чем хочешь. Мне нужно отвлечься, а то я не успею ничего сделать…

Женя захихикала ему на ухо.

— Тогда вся кровать будет мокрая, и я буду мокрая, и нам надо будет стирать

простыни в ванной.

— Да, и купать тебя.

— Ничего страшного, можно еще раз попробовать.

— Откуда ты все знаешь?

Я просто разговариваю с тобой, как ты просил. — Прошептала она и в тот же момент

он почувствовал, что…

Ее обжигающее тепло сдавило его со всех сторон… Какая-то древняя сила заставила

двигаться навстречу… Он перевернул ее на спину, ее ноги тут же послушно обвили

его, прижимая еще сильнее… Остановиться было уже невозможно и он поддался ритму.

Только не сейчас, не так скоро, слишком хорошо, чтобы так быстро закончилось…

Нужно думать о чем-то другом, отвлечься… Боже, ну о чем же можно думать в такую

минуту! Он открыл глаза. Ее лицо… вздрагивающие приоткрытые губы… голубая жилка

на шее… Жаркая волна прокатилась по его телу и… вдруг произошло нечто странное.

Глаза Женьки распахнулись широко-широко, она судорожно вдохнула и выгнулась,

полностью вбирая его в себя.

Что с тобой, тебе больно?! — испугался он и попытался выйти из нее, но Женька

сжала его ногами, не давая даже двинуться. Его будто окатили ледяной водой. Он

подумал, что она задыхается и от этого так бьется.

— Ева, что…

Кошмар длился всего несколько секунд, но Герке показалось, что прошла вечность,

прежде чем она ровно задышала и в глазах появилось осмысленное выражение. Что

— то изменилось в ее лице. Как будто она только что проснулась и не может понять,

где находится.

Женька разжала ножки, осторожно отползла от него и безо всякого стеснения

уселась по-турецки. Герка настороженно следил за выражением ее лица. Казалось,

ее ударили чем-то тяжелым и она никак не придет в себя. Какое-то время девочка

сидела неподвижно, пустым взглядом глядя в пространство, потом вздрогнула,

нервно хихикнула, провела рукой по лицу. Наконец ее внимание сфокусировалось на

Герке, и она странным голосом спросила:

— Как ты это сделал?