Чтение онлайн

— Здравствуй, Доротея.

— Здравствуй, Леда. — Я поклонилась. Богов я всегда уважала, хоть и не была ревностной послушницей. Наверное, интуитивно понимала, что сила веры не в молитвах и постах, а в делах, которые ты творишь каждый день.

По лицу богини я не могла разобрать, довольна она или злится, там не было вообще никаких эмоций. Ледяная статуя.

— Не жалеешь о своем выборе?

— Нет. Вы были ко мне очень милосердны, подарив столько счастливых лет.

— Как догадалась, что магия на крови, это не просто магия, а обращение к Богам?

— В древних религиях есть нечто подобное.

— Верно. Не боишься смерти?

— Нет. — Я слегка улыбнулась, вспоминая, что раньше боялась.

— А жизнь хочешь прожить полностью?

— Вы же попросите что-то взамен. Не так ли?

— Так. — Леда наклонила голову вбок, смотрела изучающе, забираясь, кажется, в саму голову.

— И что вы попросите?

— Твой супруг… Он ведь давно должен был умереть… Ты подарила ему столько лет жизни… Теперь трону Империи Рамин ничего не угрожает… У вас вырос наследник… И даже не один… — После каждой фразы она делала небольшие паузы, как будто вонзая в меня ледяные иглы, причиняющие боль, замораживающие все снаружи. Я уже покрылась ледяным панцирем, но внутри разгоралось пламя злости, жгучее, опаляющее внутри не хуже льда. Казалось, меня сейчас разорвет от этой боли, от этого контраста. — Если ты отдашь его жизнь взамен своей, то проживешь, сколько и должна была. У тебя сильный дар, ты могла бы долго жить, нянчить внуков.

— А как я буду жить? Без него? — Спросила я зло, уже не опасаясь божественного гнева.

— Ох уж эта северная верность! Даже неинтерсно. Ну что тебе стоило засомневаться? Позадавать дурацкие вопросы? Поторговаться? Развлечь меня немного? — Леда совсем по-человечески вздохнула и покачала головой. — Так "да" или "нет"? Согласна на мое предложение?

— Нет.

— Тогда у меня есть для тебя другое предложение. — Ледяные тиски отпустили, и пожар внутри тут же успокоился. Мысли сразу же прояснились. — Иногда случается так, что кто-то из нас устает, а бывает и такое, что кто-то из нас умирает. И тогда мы ищем ему замену. Я давно наблюдаю за тобой. И мне хотелось бы думать, что ты справишься.

— С чем?

— Скажем так… у нас освободилась вакансии Бога. Не желаешь ли присмотреть за народом Каото, как они себя называют? А там глядишь и расширим твои обязанности, пойдешь на повышение.

Я ошарашенно смотрела на нее и не верила своим ушам:

— А что взамен?

Леда рассмеялась, словно зазвенели ледяные колокольчики:

— Взамен ничего не потребую. Это тяжёлый труд. И тебе ещё нужно будет многому научиться. Так ты согласна?

— Я могу отказаться, если у меня не будет получаться?

— Да.

— Но в посмертии я уже не встречу Дамиана?

— Встретишь. Никуда твой Дамиан не денется. — Обиженно фыркнула Богиня. — Ну так что? Долго мне тебя уговаривать придется? — В ее голосе послышались далекие нотки недовольства.

— Я согласна.

— Ну вот и славно.

В этот же миг Леда исчезла. Меня обступил густой белый туман. Я поняла, что умерла, там в часовне, у алтаря, ещё в тот момент, когда Леда только появилась, но за разговором не успела осознать эту мысль. Сейчас же, оставшись в одиночестве, почувствовала грусть. Увижу ли я ещё Дамиана? Конечно, Боги не лгут, но ведь не известно, как там все повернётся. Вдруг я не смогу наблюдать за детьми?

Но грустные мысли отступили, когда туман стал реже, и из него, как будто из-под воды, стали доноситься незнакомые голоса. Похоже, впереди меня и вправду ждёт обучение профессии Бога, вернее, в моем случае — профессии Богини. Но это уже совсем другая история.

Моя коронация. А ещё сегодня год, как не стало мамы. Мы, все, до сих пор не поверили в это, особенно папа. Вот и сегодня на нем лица нет, а придворные уже перешептываются, что отец не хотел уступать корону, вот и недоволен. Значит, мало им работы, надо их побольше загрузить, чтобы некогда было думать о всяких глупостях. Разорительные пиры отец отменил еще во время своего правления, а я поддержу эту традицию. Хотя бал вечером, конечно, будет.

Я здорово злился оттого, что вся семья уже в часовне на поминальной службе… по маме. Хоть мне и неинтересна официальная часть, но я планировал на ней присутствовать с самого начала, а из-за хитромудрых придворных, которые жаждут выказать уважение новому императору, я в лучшем случае успею к ее окончанию. На официальной части будут родственники, друзья и газетчики. Последних я не хотел пускать, но отец настоял, все же мне ещё частенько не хватает выдержки, чтобы делать все правильно. Но наконец я вырвался из сетей дворца и отправился вглубь дворцового комплекса, мою безопасность, как и всегда, обеспечивали шестеро охранников. По двое спереди и сзади и по одному с каждого бока. Когда я дошел до небольшой тенистой аллеи перед часовней, увидел впереди человека в свободном плаще и глубоком капюшоне, полностью скрывающем лицо и фигуру. По невысокому росту можно было предположить, что это женщина. Мои охранники ее не замечали. Здравый смысл говорил, что нужно задержать таинственную гостью, но интуиция говорила об обратном, хотелось ее остановить, развернуть и снять этот дурацкий капюшон. Я ускорил шаг. Двое из охраны, те, что шли впереди просто обогнули незнакомку, остальные ушли вперёд, в том же построении, когда ходили со мной. Незнакомка остановилась, повернулась ко мне лицом и приподняла капюшон, но не сняла совсем.

— Мама?

— Тссс… не кричи на весь дворец.

— Но как?

— Пойдем пока в часовню, по дороге расскажу.

Она, как ни в чем не бывало, взяла меня под руку, но я порывисто обнял ее, как маленький мальчик, хотя уже вырос в полтора раза больше. Мама погладила меня по щеке, нежно, как только она умеет, заглянула в глаза.

— Мой мальчик, я всегда рядом. И я всегда буду любить тебя. Всех вас. Я знаю, что у вас все хорошо. Я приглядывала за вами. Прошу, давай дождемся окончания службы. Мне нужно с вами пообщаться, когда все уйдут.

— И леди Эстель, леди Таисия с леди Руминой?

— Да, Генри. Я бы очень хотела поболтать и с подружками, и посидеть за одним большим столом с их семьями. Но, к сожалению, не могу. Я не могу общаться с кем-то, кроме вас. Таково ИХ условие. — Мама подняла глаза вверх, к небу. — Да и не увидит меня больше никто, кроме вас. Так что мы сейчас тихонечко посидим в последнем ряду. Я помню, там есть уголок потемнее. А после, я вас всех обниму и расцелую. А кого-то ещё и поругаю как следует.

— Папу? — Спросил я, счастливо улыбаясь.

— Папу. — Рассмеялась мама. — Теперь я буду вас навещать, хоть и нечасто, но это лучше, чем ничего.

Мы дошли до часовни, как раз к окончанию службы. Первыми ушли газетчики. Они бы и рады были остаться, но гвардейцы не дремлют, вытолкали их вежливо, но твердо. Потом ушли леди Румина с лордом Михаилом и детьми, а также лорд Низам с семьёй. Лорд Михаил хотел успеть к окончанию очередного безумного эксперимента аспирантов в Академии Магии. Лорд Кристиан и леди Таисия с детьми тоже задержались ненадолго. У них у старшего сына супруга рожала первенца, и они все заметно нервничали. Леди Эстель тоже особо не стала задерживаться. Они ещё проведут службу на Севере. Лорд Кир с семьёй понятливо удалился. Он вернётся сюда завтра. Он часто сюда приходит, поминает маму. Остался только лорд Себастьян. Он попросил жену и детей оставить его здесь, подошёл к алтарю, возле которого стоял отец. Маму по-прежнему видел только я, братья и сестра тем временем оставляли дары Богам.

Мы с мамой подошли к папе, он обнял меня. Лорд Себастьян так и стоял, погрузившись в свои мысли.

— Ведь это я виноват в том, что она ушла, Дами. — Он боготворил маму, но не так, как лорд Кир, с юмором, а по-настоящему. Уж не знаю, что у них там в молодости произошло, они об этом молчат. Но маму здорово раздражало такое поведение лорда Гвейна. Вот и сейчас она фыркнула и закатила глаза.

— Мы все в чем-то виноваты, Тьян. Я тоже не досмотрел. Надеялся, что обойдется, что она заплатила другую цену. Тея избегала об этом говорить, да и я, честно говоря, боялся спрашивать, жил в счастливом неведении.