Чтение онлайн

Вспомнилось детство. Как мы с родителями зимней ночью шли к автобусу на Лукну. Тогда была настоящая сказка. Заснеженная дорога под горку, слева рядком зеленые елочки укрытые снегом, справа зимний лес. Много чистого снега, не тронутого, белого. Такой потом я нашел только спустя много лет, когда вырос и стал жить в Сибири. Мама и папа держат меня за руки, мы едим домой от бабушки с дедушкой. Они только что проводили нас, из уютного деревянного сруба, перед которым росли две высоких елки и большой куст сирени. Это чувство... сказки, детского счастья. Смех...

Ээээ... Я замер на месте. Я явственно слышал чей-то смех. Сняв капюшон, я огляделся. Какого лешего? Глюки? Висела звенящая тишина. Напряжение как перед броском, как во время охоты перед выстрелом. Ощущение стороннего наблюдателя. Я сделал шаг вперед. Ничего. Еще шаг. Уши заложило. Я стал медленно поворачивать голову что-бы оглядеться. Одна лыжная палка уже лежала на перевес. Вокруг все было как и прежде - снег, сосны. Тени обычные, никого не выдавали. Вдруг в вышине, что-то сорвалось и быстро, только тень мелькнула на снегу, унеслось куда-то вдаль, от чего сосна на которой это сидело, протяжно застонала. Я готов был поклясться, что оно смеялось! Это был человеский смех! Девичий, веселый смех, как после смешного анекдота. Эм, пора принимать таблетки...

Осветив предпоследней ракетой окрестности, я принялся ждать. На пустом месте галлюцинации не возникают. Я мог услышать гул мотора вездехода и принять его за смех. Нужно подождать. Я прислонился спиной к шершавому стволу сосны. Темной грудой передо мной валялся рюкзак. Так не хотелось его опять надевать...

Кажется я уснул. Мне снилась Красная площадь, старый Арбат. Картинки пролетали перед глазами не задерживаясь. Вот станция метро, длинный спуск по эскалатору, все глубже под землю, все дальше...

Я проснулся от холодного прикосновения. Щека под балаклавом пылала ледяным пламенем. Я устал. Хотелось в тепло, завернуться в одеяло и уснуть. Не померным грузом гнулись к земле плечи. Как же хотелось просто сесть и отдохнуть. А я все стоял спиной к сосне. Глаза щурились от усталости, от белого слепящего снега. Почему светло как днем? Почему черное небо с застывщим северным сиянием похоже на картину? Почему зимний лес столь зелен и гол? И луна, какая-то неправильная луна. Обычно изрытая кратерами бледно-белая, она сияла ровным золотом. Слишком большая. А может это солнце? Я оторвался от коричневого, толстенного ствола сосны. Наверно именно такие использовали при строительстве деревянных кораблей. Шаг. Еще шаг. Фу, как лениво. Нужно было откопать в рюкзаке затемненные очки.

Тащить рюкзак на спине не было сил. Пришлось привязать его к поясу и тащить за собой прицепом. Последняя сигнальная ракета давно растаяла за спиной. Я шел вперед. Куда? Зачем? Один по среди зимней тайги. Один в целом мире.

Был у меня однажды случай, когда я откачивал пациента с ВИЧ. Деваться было некуда. Я не имел права отказать больному в медицинской помощи, не имел права потерять его, я не мог стоять в стороне и наблюдать, как задыхается человек. Много казусов и прецедентов бывает во врачебной практике, в том числе искусственное дыхание больному ВИЧ.

Так же и сегодня, я не иел права отказать роженице во врачебной помощи. Может они еще послали за местной бабкой повитухой? Может все разрешиться хорошо? Нет. Никаких может и если. Пусть там все будет будет хорошо, а у меня хоть вьюга, хоть буран, выберусь. Сто пудов выберусь из этой передряги.

Снег. Снег вокруг. Я с упорством лося брел вперед. Не оглядываясь, не смотря по сторонам. Все пытался вспомнить и удержать перед глазами карту. Вот деревня, вот просека и рабочий поселок, я должен быть где-то здесь. Дальше река, но она далеко. На карте отмечены несколько точек - это стойбища оленеводов.

А еще я знал как сделать укрытие. Можно было бы отдохнуть, выспаться, набраться сил. Но что-то подсказывало мне лучше этого не делать. Хрусь-хрусь... Скрипел под ногами снег.

"А помнишь как мы ходили в школу в детстве? Тогда тоже была зима. Мы играли в догонялки, забрасывали друг друга снежками и валялись в еще не тронутых прохожими сугробами. Или как катали гигантского снеговика в школьном дворе после занятий?" - спокойно было на душе.
– "А как гуляли со Светой по зимнему ночьному парку в Красноярске? Среди заснеженных елок и тускло горящих фонарей. Как она таяла в моих объятиях? Как смеялась убегая и прячась, зовя за собой?"

Покой на душе. Я улыбался про себя. Я был счастлив.

Что меня заставило поднять голову и посмотреть в небо, я не знаю. Происходящее выдернуло меня из неги воспоминаний. Там, в вышине среди верхушек сосен летали самые настоящие ведьмы. Они перемещались от сосны к сосне. Цепляясь за самые верхушки и прячась за ветки. До меня донеслись обрывки разговоров и фраз. Как будто украинский или старорусский. И вдруг они все попрятались, как будто поняли, что я наблюдаю за ними. Только сосны гудели, как от сильного ветра.

Ну ничего себе! Не галюцинации это точно. Слишком ярка была окружающая действительность. Переливался вокруг разноцветными искорками снег. Свистел легкий ветерок. Дышал жизнью полусонный лес. Я вертел головой, пытаясь разглядеть их среди зеленых лап. Если бы сосняк был чуть гуще, я наверно бы ничего и не увидел. Но вон лицо, очертания силуэта. Один миг и оно уже спряталось. А вон там явно среди веток кто-то есть, проглядываются яркие цвета одежды. И вон там. И там тоже...

Я неосторожно повернулся, снег заскрипел под ногами. И они вспорхнули точно стая птиц. Не меньше дюжины. В разноцветных платьях. Вшух. И нет никого. Исчезли из поля зрения. Несколько минут я простоял в недоумении, гадая, что это было. Я верил в деда Мороза, в сказки, в эльфов Толкиена и еще много чего. Но что бы вот так увидеть сверхъестественное своими глазами, можно сказать, прикоснуться к нему своими руками... Да ладно. Я понимал, что это не галюцинации, не бред умирающего от усталости. В тот момент я чувствовал себя потеряным, как будто на госэкзамене вытащил "не тот билет" и не откуда списать.

Хрусь-хрусь... Я как будто протрезвел. Темп повысился. Хрусь-хрусь... Ныло больное колено. Хотелось есть. Сна ни в одном глазу. Я шел вперед, вспоминая фантастические рассказы про попаданцев в другие миры. Может я один из них? Да и лес не похож на наш. Вон, северное сияние чего только стоит.

Пару километров эти ведьмы меня преследовали. Носились над головой громко перешептываясь. Удалось разобрать, что речь шла обо мне. Я не хотел повторить судьбу Кука, поэтому шел быстро как мог.

Лес стал меняться. Начали попадаться зеленые елочки и высокие ели. Без снежных шапок маленькие выглядели очень мило. Зато большие елки смотрелись угрожающе. Хрусь-хрусь... Эх, если бы целы были лыжи.

Обходя очередную елку вставщую на моем пути, я инстинктивно бросил взгляд под лапник. Ей-богу. Если бы я не был готов к подвоху, то испугался бы досмерти. Босые ноги торчали из-под длинного видавшего виды темного платья. Переведя взгляд выше, я увидел и их хозяйку.

Она бросилась ко мне сквозь колючий лапник, несмотря на колючие, зеленые иголки. Мы чуть не стукнулись лбами. Она замерла на расстоянии ладони от моего лица, одной рукой освобождая край платья зацепившийся за хвою, а другой отведя большую ветку в сторону. Чумазая, с веснушками и серо-голубыми глазами девушка, лет семнадцать - восемнадцать не больше. Сердце стучало как часы под фонэндоскопом.