Чтение онлайн

– Я понимаю, матушка, – молвила я, – с детства я помню любовь отца и его отношение ко мне. И тем больнее мне было осознавать, что он шёл сжечь наш с бабушкой дом, а потом прилюдно отказался от меня. Но это в прошлом, сейчас в моём сердце – только любовь к нему и благодарность за свою жизнь и появление моей дочери.

Я взглянула на Лучезару, которая тихо лежала на моих руках во время всего разговора, но закричала, как только мы закончили. Матушка покачала головой. Она была наслышана о том, каким неспокойным ребёнком росла моя девочка.

– Знаешь, – сказала моя родительница, – женщина, которая меня вырастила, рассказывала, что я тоже была очень капризной. Часто плакала, плохо спала. Намучилась она со мной. Много позже, когда в моей жизни появилась родная мать, она сказала, что дети так ведут себя, когда оторваны от чего-то важного для них. Дети тоньше чувствуют, но проявить свои эмоции могут лишь через плач.

Я согласно кивнула, давно заметив, что как только ребёнок находит необходимое ему, он сразу успокаивается.

– Знаешь, а ведь Лучезара тише всего ведёт себя рядом со своей сестрой, – сказала я.

Матушка ободряюще посмотрела на меня, предлагая развить ход моих мыслей.

Я стала присматриваться к своим дочерям, когда они были рядом. Старшая нежно качала младшую, что-то напевала ей, и вокруг них виднелся кокон, не похожий ни на одну известную мне Силу. Такой я никогда не видела.

Мой дар был похож на быстрый ручей, она дарил свежесть и прохладу. Сила воинов Перуна, текущая в моём муже и хорошо знакомая мне, ощущалась огненной мощью. В самой Раде это появилось недавно и было еле уловимо. Мудрость змеи, наполнявшая Тимиру, была другой. А то пространство, когда мои дочери были вместе, веяло неизвестной мне магией.

Поделившись своими мыслями с Ведмурдом, который остался с нами до обряда имянаречения, я услышала от него подтверждение своих предположений.

– В ваших с Демидом дочерях, – сказал он, – есть особый дар, недоступный другим детям. Он идёт от моей супруги, княжны Южной стороны, и недавно пробудился в Радамиле. Когда её похитил Тихобор, моя внучка смогла освободиться от наложенных на неё чар благодаря тому, что они признали её своей. А против родной крови магия не работает.

Я внимательно слушала волхва, запоминая важную информацию.

– В Лучезаре этот дар проявится ещё сильнее. Она сможет управлять им, а не только защищаться, как Рада. Женщины Юга обладают собственным могуществом. К сожалению, многие способности были утеряны, так как большинство дочерей местных князей в последних поколениях погибли молодыми и не успели проявить дар. Так случилось с сёстрами моей жены: в южном крае Горина, откуда она родом, девочек мало ценят.

Я вспомнила, что и Цветана, в свою бытность в нашем доме, рассказывала, как грустит о судьбе своих сестёр, которые пали от рук своих мужей или недоброжелателей. Ведмурд, прочитав мои мысли, продолжал:

– Многие княжны имеют тяжёлую судьбу. Незавидна их жизнь, несмотря на достаток и почёт. Они уходят из нашего мира гораздо раньше, чем многие селянки, ведущие тяжёлую трудовую жизнь. Лучезара, имея сильную связь со своими родными по линии матери Демида, чувствует их боль и трагический уход, её душа ещё недавно было рядом с ними и знает, как им тяжело. Поэтому девочка беспокойна и капризна. Как ребёнок, она не может справиться с терзающими её душу воспоминаниями. Переход в Явь был совсем недавно, и её дух ещё прекрасно помнит Белую Навь, где вместе с родными ждал своего воплощения. Но чем больше будет проходить времени, тем больше будет забываться старый опыт, давая место новому.

– Как же сейчас ей помочь? – спросила я, качая свою дочь.

– Пусть они проводят время вместе с Радамилой. Так их сила объединяется и возрастает. Лучезара чувствует, что сестра счастлива, собирается замуж за любого, и это хороший пример для неё.

– Но ведь они обе относятся и к нашему роду! – воскликнула я. – А у нас много счастливых и любящих семей.

– Лучезара всегда будет ближе к роду моей жены, ведь именно её душа пришла в теле этой девочки, – ответил волхв. – Поэтому их нерешённые ситуации она будет проживать и пытаться исправить.

– А как же сила Перуна? – спросила я. – Лучезара же – вторая дочь в роду носителей огня. Неужели она никак в ней не проявится?

– Почему же, – улыбнулся волхв, – наша сила будет усилена южной магией и даст ей защиту, так необходимую женщинам в Южном крае.

– Какая судьба ждёт мою младшую дочь? – спросила я, чувствуя, что и со второй девочкой мне грозит разлука в будущем.

Волхв внимательно посмотрел на меня.

– Это известно только Богам, – проговорил Ведмурд, – мы можем лишь предполагать и помогать ей узнавать себя. Единственное, что я могу сказать точно – её судьба связана с землями Горина, с которых я когда-то привёз свою супругу.

– А Рада? Она-то останется в Северных землях? Дочь собралась ехать на свадьбу Вышеслава, – вспомнив свою тревогу, сказала я. – Запретите ей. Меня она может не послушать. Поедет за мужем, и всё.

– Судьба Рады петляет по разным уделам, – сказал волхв, глядя вдаль, – не все события можно предотвратить и не всегда надо это делать. Доверься Богам, они ведут твою дочь наилучшими дорогами. Даже похищение было необходимо, иначе её дар не мог бы пробудиться. Слишком давно в Яви не было подобных дев, и для возрождения огненных браслетов на её руках нужны были сильные испытания и потрясения. Наши девочки – сильные, они со всем справятся.

Я непроизвольно прижала к себе малышку. Что бы ни было задумано Богами, мне, как матери, хотелось спокойной и лёгкой жизни для своих детей. Относительно Лучезары пока успокаивало то, что дочка была ещё очень мала и не скоро могла покинуть отчий дом в поисках уготованной ей судьбы.

Южная ветвь рода

Незаметно полетели весенние дни. С каждым новым утром лучи всё больше прогревали землю, а холода отступали. Переход солнца от Коляды, под чьим покровительством оно было с момента своего рождения, к Богу Ярило, который вёл его дальше – к теплу и свету, ознаменовался равенством дня и ночи. Продолжительность светового дня начала прибавляться всё заметнее. Лучезара с приходом тёплых дней стала ещё спокойнее, будто почувствовала родную стихию.

А когда подошёл Летень1, праздник Богини Живы, знаменующий собой начало периода цветения и взращивания, дочь и вовсе стала спать ночами по несколько часов подряд, давая мне возможность немного отдохнуть с момента её рождения и уделить время Демиду.

Мой Ладо со своим отцом всё ещё были дома, поскольку обряд имянаречения мы решили провести в дни Родоницы2, которая проходила сразу после Летеня. В это время прославляли Бога Рода, объединяющего все поколения людей, прокладывающего связь между предками и ныне живущими, что было особенно важно сейчас для моей младшей дочери.