Чтение онлайн

Я узнала о другом - о том, что они собираются наладить производство в Америке. Здесь, в Нью-Йорке. Что они заключили договор с американскими наркобаронами и будут продавать «Какусей» в куда больших масштабах, прикрываясь тем, что это вещество сделает человека сильнее. Сделает его ближе к новой ступени эволюции. Ямагава даже в самолете пытался мне это доказать, мразь... Онорэ...

– А Ямагава - это...

– Я не сказала? Прости. Это лидер японской мафии. А заключил с ним договор Кёрч, он, насколько я понимаю, важная шишка среди преступников Нью-Йорка. Тебе никогда не доводилось слышать это имя?

Брюс покачал головой. В голове у него вертелось желание сказать, что до недавних событий он в принципе никоим образом не был связан с преступным миром, но он решил промолчать.

– Так я и оказалась здесь, - подытожила Ли и потянулась за последним бутербродом, параллельно допивая чай.
– Твой черед, стрелок.

Парень улыбнулся.

– По сравнению с твоей историей моя несколько меркнет. Зовут меня Брюс. Родители, как ты уже поняла, меня фактически бросили. Лет с десяти я уже считал, что у меня нет родителей. Есть люди, которые помогли мне появиться на свет, сыграли в этом какую-то роль, но назвать их матерью и отцом... знаешь, у меня бы язык не повернулся. Увлекался я раньше компьютерными шутерами, потом перешел на игры в виртуальной реальности...

...и понял, что привлекает меня в шутерах отнюдь не игровая составляющая. Нет, меня тянет держать в руках огнестрельное оружие, ощущать его отдачу, понимать, как оно работает... так я нашел военного, который меня всему этому научил. Правда, в отличие от тебя, я это знание оставил при себе и не стал использовать его для того, чтобы бороться с преступностью. В Нью-Йорке, кажется, и без меня достаточно линчевателей.

Увидев удивленный взгляд Ли, Брюс улыбнулся. Девушка внезапно почувствовала, как от вида этой улыбки по ее телу разливается тепло... очень приятное тепло, контрастирующее с одолевавшим ее всего несколько минут назад ознобом.

– Как я уже сказал, - заметил он, - ты тоже не особо похожа на грозу японской мафии.

Ли рассмеялась.

– Знаешь, - заметила в свою очередь она, - ты не особо похож на других парней. Мои друзья-парни уже давно бы хвастались своими успехами в чем-то, а ты... ты слишком обычный, что ли. И поддерживаешь эту обычность своим поведением, стараясь не особо выделяться.

Не зная, подобрала ли она правильные слова, Ли внимательно посмотрела на Брюса. Ей пришло в голову, что она вполне могла обидеть своего собеседника.

– Гомен...
– тихо произнесла она, опустив взгляд.

– Бака, - улыбнулся он.

Девушка удивленно вскинула голову.

– А что тебя удивляет?
– поинтересовался Брюс.
– Думаешь, твои японские соотечественники в игры не играют, а мы тут в Америке аниме не смотрим? Да и я лично знаю одного довольно успешного киберспортсмена-японца. На втором месте в общем зачете в «VR Shooting» он находится. Не может меня догнать пока.

– И я только понадеялась, что ты не будешь хвастаться...
– с притворным разочарованием заявила Ли, доедая последний бутерброд.
– Все вы, парни, одинаковые.

Не отвечая ей, геймер поднялся с кровати и, дотянувшись до лежащего на тумбочке рядом с кровати ноутбука, вновь сел рядом с Ли.

– Раз уж хвастаюсь, дай похвастаться до конца.

Едва зайдя в собственный аккаунт в ОС, Брюс чуть не оглох от посыпавшихся друг за другом сигналов о приходе новых сообщений. Наблюдая за оповещениями на экране краем глаза, он заметил, что большинство из них от его хорошего друга-хакера по имени Сойер, тоже живущего в Нью-Йорке. Решив просмотреть их после того, как покажет Ли свою статистику в «VR Shooting», он открыл приложение и... не увидел себя на первом месте в таблице. Более того, он попросту отсутствовал в таблице, а первое место занимала игрок по имени Эйлина.

Подумав, что в игре случился какой-то баг (например, данные подгрузились не полностью), он закрыл приложение и открыл его заново. Пока игра запускалась, он зашел в почту и пробежал глазами по сообщениям.

«Брюс, ты куда пропал?»

«Брюс, дружище, это срочно! Эйлина словно с цепи сорвалась!»

«Эй, Брюс, у тебя все хорошо?»

Следующее сообщение содержало в себе ссылки на две экстренные новости на теневом сайте новостей, где Сойер был завсегдатаем, а иногда даже писал свои статьи. Первая из них говорила о том, что многие успешные игроки в «VR Shooting» подверглись вооруженному нападению в реальной жизни. Известно о двух погибших. Вторая говорила о новом наркотике, названном «Какусей», предварительные заявки на испытание которого уже принимались. Далее в новости был указан сайт, на котором нужно было остановить заявку. Находился он здесь же, в теневой сети - производители наркотиков никогда не рисковали выходить в открытую сеть - здесь, в «тени», их никто не мог отследить, а на просторах обычного Интернета они с легкостью могли бы стать добычей правоохранительных органов.

В голове у Брюса словно что-то щелкнуло.

– Ли...
– произнес он, переваривая только что прочитанную информацию, - кажется, я понял, от кого ты спасла меня в доках... и, кажется, я знаю, как найти этот «Какусей».

Лежать на крыше дома было довольно прохладно, даже несмотря на теплую для сентября погоду, но японка не придавала этому особого значения. В своей родной стране она выслеживала преступников в куда более жестких условиях - и это несмотря на то, что зимы в том понятии, в каком она бывает в Нью-Йорке или в России, в Японии не бывало. Наступала зима, люди приодевались... но особого холода в Токио никогда и никто не испытывал. Во всяком случае, Ли такого не помнила.

Потянувшись, она продолжила наблюдение в бинокль. Дом, за которым она наблюдала, был словно родным братом того, на крыше которого она находилась - точно такая же планировка, словно отзеркаленное расположение... с одним только отличием - «ее» дом не был пустым. Там жила семейная пара, ребенок которых преждевременно стал сиротой. При живых родителях.

– Видишь кого-нибудь?
– послышался голос Брюса в наушнике.

– Чисто, - ответила Ли.

C момента, когда японка и американец решили работать сообща против преступного мира Нью-Йорка, желающего распространить опасный наркотик по Америке, прошло уже две недели. За это время Ли полностью восстановилась и была готова более активно участвовать в их общем деле. Во всяком случае, позволять парню наблюдать за потенциальной жертвой «Какусея» она не могла - во-первых, у Брюса не было той подготовки и тренировок по скрытности, которые в свое время получила она, а, во-вторых, объектом их наблюдения все же являлись его родители. Да, парень клялся и божился, что не имеет к ним никаких чувств, что даже если с ними что-то произойдет, он сможет сохранить способность трезво мыслить, но Ли не особо в это верила. На протяжении нескольких лет она считала, что ей глубоко наплевать на избравшего неверный путь в своей жизни отца, но в итоге она уже четыре года как желала отомстить его убийцам. Родственные узы, какими бы тонкими и хрупкими они не являлись, не разрушаются так легко. Человек, вырастивший тебя, не может так просто уйти из твоей жизни. После его ухода всегда остается пустота, заполнить которую на протяжении долгого времени не представляется ни единой возможности.

Имелась и еще одна причина, по которой Брюс сейчас находился в расположенном неподалеку кафе и, подключившись к вай-фаю, координировал ее движения удаленно - ему нужен был постоянный и в то же время не особо заметный канал связи с Сойером. Кафе, принимающее каждый день несколько сотен самых разномастных посетителей, было идеальным для этого место. Несмотря на то, что мэр города когда-то давно продвигал инициативу по отслеживанию всего трафика открытых хот-спотов Нью-Йорка, она не увенчалась особым успехом. Владельцу кафе это попросту не было нужно - ему вполне хватало денег для того, чтобы выплачивать необходимые штрафы, а резкое изменение политики заведения вполне могло отпугнуть как новых, так и старых клиентов.

Парень-хакер, чей реальный возраст до сих пор затруднялись определить и Брюс, и Ли, очень сильно помог им с оформлением заявки на опробование «Какусея». Точнее, помог найти в базе производителей наркотика запись, которая очень заинтересовала геймера.

Пытаясь составить заявку, Брюс решил не указывать свой настоящий адрес, по которому его сейчас можно было обнаружить - вместо этого он оставил адрес своего «родного» дома. Дома своих родителей. И был очень удивлен, узнав, что такой адрес уже был указан в базе.