Чтение онлайн

– Слушай, ты, где завивалась? Не у Меркальди, случайно?

Ничего не соображая, я кивнула головой, а женщина продолжила.

– Ну вот, стрижёшься у Меркальди, а надушилась «Красной Москвой». Хотя, винтаж, винтаж. Где достала?

Не дождавшись ответа, критически оглядела моё платье, одобрительно кивнула головой и велела идти на съёмочную площадку.

Я в недоумении пожала плечами.

– Куда идти?

– Вон, видишь нашего главрежа? – дама указала рукой на господина в котелке, - вон туда как раз и дуй.

Меня подтолкнули к выходу, пришлось подчиниться. Я подошла к толпе людей, одетых в костюмы начала двадцатого века, хотя ряд несоответствий, особенно в женских платьях, я заметила, но говорить ничего не стала.

– Ага, заявилась, прима балерина! Давай иди, вон туда, - режиссёр махнул рукой в конец аллеи, - а оттуда под руку вот с этим недомерком, - ко мне подтолкнули довольно высокого симпатичного мужчину, – обратно. Поняла суть задачи?

Я кивнула и пошла по направлению к аллее. Сзади послышался женский голос:

– Кадр 278, дубль первый.

Затем раздался мужской голос:

– Мотор!

За мной плёлся мой партнёр и бурчал себе под нос:

– Опять этот козёл обзывается, режиссёр недоделанный. И чего ему спокойно не живётся? Снимал бы боевики, ан нет, подавай ему исторический сериал. А ты, топай, давай, – не очень-то вежливо поторопил он меня.

Всё ещё пребывая в ступоре, я никак не отреагировала на эту грубость.

Наконец, мы добрались до места назначения.

– Стой, руку давай и пошли, - скомандовал мой партнёр, превращаясь из рохли в светского льва.

– Но у меня нет шляпки, - резонно заметила я.

– Дура набитая. Раньше сказать нельзя было? Пошли так.

– Сам ненормальный! Неужели непонятно, барышня в начале века с непокрытой головой не могла выйти из дома.

– А ты откуда знаешь? Наш реж велел все актёркам ходить простоволосыми.

– Книги читать надо.

– Эй, что вы там застыли?
– раздался голос режиссёра.

– Да вот, говорят, что шляпка нужна, - крикнул мой напарник.

– Шляпку ей подавай. Лето, жарко, понимать должна, а ей шляпу подавай. Где я тебе её возьму? Так, давай, пошли!
– рассердился режиссёр.

– Идти, так идти, - согласилась я, постепенно приходя в себя.

Мой напарник галантно подал руку, и мы медленно пошли по аллее.

– Стоп, снято! Все видели, как ходить надо? Антон, это не тебе, а твоей партнёрше! Смотрите, коровы безмозглые, как истинные барышни двигаются, а вы как на подиуме вышагиваете.

– Да, кстати, а что ты там о шляпке трындела?

– Она уверяет, что без головного убора порядочная девушка не могла выйти из дома, - вмешался Антон.

– Действительно?

Я утвердительно кивнула головой.

– Всё, перерыв. А ты, пошли со мной. Расскажешь, что да как, - режиссёр увлёк меня за собой.

Я объяснила ему всю суровую правду жизни начала двадцатого века. Мужчина покачал головой, поцокал языком, вызвал какую-то Верку и велел ей срочно найти шляпку. Эта самая Верка исчезла куда-то, но довольно скоро вернулась с чем-то напоминавшим капор начала века девятнадцатого.

– Во, - с гордостью заявила эта самая Веерка, - нашла!

– Ну как, подойдёт?
– поинтересовался режиссёр.

Я постаралась сдержать смех, глядя на торжествующую костюмершу. Называется, нашла.

Я покачала головой.

– Курица драная, иди, ищи то, что требуется.

– А что требуется? – захлопала длинными ресницами Верка.

– Спроси у неё.

– Чего надо–то?

– Принесите лучше лист бумаги и карандаш, а я нарисую.

Увидев изображение нужного объекта, Верка крякнула, хмыкнула и сказала:

– Счас сделаю. Всё будет чики-пуки, - и умчалась в неизвестном направлении.

Вернулась она нескоро. Все порядком заскучали. Антон даже задремал. Наконец в вагончик режиссёра ввалилась запыхавшаяся Верка, неся на вытянутой руке объёмную картонную коробку.

– Вот, достала! То, что надо! Держите!

Мне вручили коробку, перетянутую простой бечёвкой. В глазах Веры светился неподдельный восторг.

– Достала у одной бабули. Она, как говорится, в те времена отрывалась по полной. Вот шляпка и сохранилась на антресолях. Вы гляньте, гляньте!

Я разрезала бечёвку и с дрожью в руках открыла коробку. Да, костюмерша вместе со своей старушкой явно постарались: шляпка была похожа на что угодно, но только не на мой рисунок. Впрочем, лучше это чудо, чем ничего. Режиссёр, Вера и Антон вопросительно глядели на меня, ожидая моей оценки.

Я вынула шляпку, подошла к зеркалу, примерила её и, к моему великому удивлению, она оказалась мне впору.

– Все на выход, - скомандовал режиссер, и мы дружно выбежали на улицу.

Повторилась предыдущая сцена, и шеф остался доволен.

– Вот это то, что я так долго искал. Спасибо всем! На сегодня всё. А вы, Светлана, задержитесь. Пройдите к бухгалтеру и получите ваш гонорар за сегодняшние съёмки. Скажите, что я велел выписать вам премию за удачную находку. Антон проводил меня к бухгалтеру, где я, расписавшись в ведомости, получила приличную сумму.

– Здесь и ваши премиальные, - увидев удивление на моём лице, сказала бухгалтер, подталкивая меня к выходу.

– Переодеваться будете? – зевнув, спросила костюмерша, - Или домой возьмёте? Лучше идите так, а дома прогладьте. Да, режиссёр просил вас быть завтра здесь же в это же время.

Увидев на столе газету, я попросила разрешения взять её: хотелось узнать, в каком же времени я оказалась, а то выйдет так, что и ехать мне будет некуда.

– Забирай, - поспешила отделаться от меня костюмерша, - иди уж, мне некогда, - женщина бросила украдкой взгляд куда-то за навесной шкафчик. Проследив за её взглядом, я заметила там припрятанную бутылку коньяка.

– Ладно, ладно, убегаю. До завтра, - поспешила я попрощаться.

Выйдя из вагончика, присела на скамейку и с волнением стала искать дату на газете. Увидев, облегчённо вздохнула. Ура, 18 июня 2012 год! Слава богу. Я смогу поехать в уже знакомую мне квартиру настоящей Светланы. Стоп. А вдруг я там встречусь с самой Светланой. Надо рискнуть, не ночевать же на улице. Так, кажется, адрес я помню, а вот как туда добраться? Увидев, что Антон ещё не уехал, подошла к нему и попросила помочь. Не выказав никакого удивления, вызвал такси и, узнав, куда мне нужно, напросился в попутчики. По сравнению с окружающими нас людьми, мы выглядели как два экзотических попугая. Антон по какой-то причине также не стал переодеваться, и люди с любопытством и удивлением разглядывали нас.