Чтение онлайн

С обретением независимости Казахстана наыз-казахская верхушка элиты подхватила выпавшую из рук русской парт-номенклатуры государственную власть и в целом успешно справилась со сложными задачами, стоявшими перед новым государством, – стране удалось избежать крупных социальных и межнациональных потрясений, добиться реального политического и экономического суверенитета.

Большая часть шала аза в это же время успешно реализовала себя в условиях рыночной экономики, заняв наиболее выгодные рыночные ниши. Такому успеху способствовали отмеченные мною выше и соответствовавшие новым рыночным реалиям рационализация сознания, индивидуализм и более высокие потребительские стандарты шала аза. В современном Казахстане шала аза доминируют в крупном и среднем бизнесе, они составляют основную часть высокооплачиваемых «белых воротничков», превалируют в частном здравоохранении и образовании.

Наыз аза начали активно осваивать работу в государственных органах. Специфика работы в государственных органах в тот период способствовала быстрому росту присутствия наыз аза во властных структурах. Во-первых, низкий уровень заработной платы государственных служащих вынуждал русских и шала аза, имевших более высокие потребительские стандарты, покидать государственную службу в поисках более высоких заработков. Во-вторых, присутствующая в государственных органах клановость больше соответствовала менталитету наыз аза, нежели шала аза.

Еще один принципиальный момент, на который необходимо обратить внимание. Как мы уже отмечали выше, верхушка казахстанской элитной пирамиды была сформирована в основном из наыз аза. Однако весь парадокс ситуации в том, что их дети в большинстве своем являются шала аза. По вполне объективным причинам, по мере своего взросления, дети шала аза начинают концентрировать у себя власть, которую передают им их родители наыз аза.

Таким образом, в настоящий период казахская социально-общественная пирамида представляет собой причудливый многослойный пирог, в котором шала аза и наыз аза, заняв определенные сегменты, разделили сферы влияния. Почему такое разделение существует, чем оно может обернуться для будущего нашей страны и какие шаги нам нужно предпринимать? Эти вопросы нам всем необходимо понять и осмыслить.

После обретения Казахстаном независимости казалось, что проблема шала аза будет решена довольно легко и быстро. Считалось, что существование шала аза – это результат проводимой в Советском Союзе насильной русификации Казахстана. Соответственно, осуществление независимой национальной политики автоматически снимет вопрос о шала аза с актуальной повестки дня.

Жизнь показала ошибочность такой точки зрения. Так, Президент Казахстана Н. Назарбаев в одном из недавних докладов, посвященных развитию казахского языка, упомянул, что более половины казахов не знают родного языка. По всей видимости, данная цифра недалека от истины. Таким образом, при общей численности казахов в 8,9 миллиона человек к шала казахам можно отнести порядка 4,5 миллиона человек. Нынешние реалии таковы, что первое поколение шала аза за годы независимости в своей основной массе так и не выучили родной язык. Более того, в стране растет второе и третье поколение шала аза, и их разрыв с наыз аза не только не сократился, но и увеличился. И если к незнанию казахского языка шала казахами первого поколения можно отнестись довольно спокойно, то незнание языка их детьми и внуками заставляет серьезно задуматься. Можно выделить три фактора, почему дети шала аза не могут выучить родной язык.

Первый фактор – относительно низкий уровень образования в казахских школах. Одной из эффективных мер по русификации Казахстана в советский период было постоянное уменьшение числа казахских школ. Как правило, в областных центрах функционировали одна-две казахские школы, остальные школы были русскими. Поэтому после распада Советского Союза, по вполне объективным причинам, количество казахских школ стало быстро расти. Однако такой быстрый рост не мог быть обеспечен соответствующим ростом числа квалифицированных педагогов. В результате на настоящий момент качество образования в казахских школах по многим параметрам уступает русским школам. Большинство шала аза в этой ситуации решили поступить следующим образом – пусть их дети учатся в русских школах, а обучение родному языку произойдет в результате естественной «казахизаиии» общества. Современные результаты ЕНТ, предоставляемые Министерством образования, демонстрируют, что знания выпускников казахских школ уже не уступают знаниям выпускников русских школ. Хорошо, если это так, но мне что-то не очень верится в это.

Второй фактор – это отсутствие в Казахстане эффективной структуры обучения шала аза родному языку. Необходимо особо подчеркнуть, что шала аза хотят, чтобы их дети знали свой родной язык. Однако поскольку сами шала казахи не знают родного языка, то обучение казахскому языку в кругу семьи практически невозможно. Таким образом, родной язык должен изучаться в школе. К сожалению, за прошедшие восемнадцать лет в Казахстане не удалось создать систему обучения казахскому языку для шала аза. Главная допущенная ошибка – организационно-методологическая. По непонятным причинам изучение казахского языка в русских школах поставлено в подчиненное положение. Если русский язык в начальных и средних классах русских школ изучается ежедневно, то уроки казахского языка проводятся всего два-три раза в неделю. Соответственно, все шала казахи, обучающиеся в русских школах, обречены на то, что казахский язык они будут знать в лучшем случае на уровне иностранного языка. Методики и качество обучения казахскому языку в русских школах также не выдерживают никакой критики.

Третий фактор – сохраняющаяся культурная и информационная зависимость Казахстана от России. На фоне реальной политической и экономической независимости Казахстан до сих пор испытывает сильное информационное и культурное воздействие России. Казахстанцы в своем большинстве предпочитают смотреть российское телевидение, читать российские газеты, слушать российскую популярную музыку. Казахская культура по-прежнему находится на периферии и не оказывает какого-либо влияния на мировоззрение шала казахов.

Интересно также, что значительная часть элиты шала аза переключается с русского языка на английский. В Алматы действует целый ряд элитных английских школ, где преподавание осуществляется на английском языке, при этом изучение казахского языка также происходит по остаточному принципу. У этих детей англосаксонская культура начинает превалировать над русской и казахской культурой, занимая центральное положение в культурном восприятии мира.

Пытаясь осмыслить причины столь плачевного состояния с изучением родного языка у шала казахов, я пришел к выводу, что здесь мало говорить об элементарном недомыслии и непрофессионализме. Необходимо понять, кому выгодна данная ситуация. Тех, кому это выгодно, можно разделить на две группы. Первая группа поступает так «от небольшого ума», вторая группа, наоборот, действует так «от очень большого ума».

Группу «от небольшого ума» составляет та часть казахской элиты, которая пытается при помощи казахского языка установить собственную исключительность и поразить в правах часть населения Казахстана, которая не владеет казахским языком. При этом особенно важно, что эта группа «от небольшого ума» никак не заинтересована в том, чтобы казахский язык был выучен всеми казахстанцами. Их интересы этому прямо противоположны. Алгоритм их действий в следующем.

Первое. Создавать общий информационный шум о дискредитации казахского языка и необходимости его изучения всеми казахстанцами и при этом не предпринимать никаких эффективных мер для его изучения в шала казахской и русской среде. За примером далеко ходить не надо – в русских школах казахский язык так и остался второстепенным предметом, изучаемым по остаточному принципу.

Второе. Сделать казахский язык труднодоступным. После обретения независимости в Казахстане под предлогам очищения казахского языка от русских заимствований развернулась вакханалия казахского новояза. Новые казахские слова придумывают все кому не лень. Это происходит при полном попустительстве государственных органов, отвечающих за языковую политику. Пожалуй, самый яркий образчик казахского новояза привел Олжас Сулейменов. Именно он широко озвучил новое словечко «кйсанды», которое переводится одновременно как «рояль», «фортепьяно» и «пианино» Из такого перевода логично напрашивается вывод, что казахи, подобно аборигенам, не различают данных музыкальных инструментов. Создателю этого слова, наверное, невдомек, какую медвежью услугу оказывает он своим новаторством казахскому языку и казахам. Подобные горе-филологи сейчас делают попытки перевести слова «интернет» и «компьютер». Если дела пойдут подобным образом, то в скором будущем можно ожидать перевода на казахский язык таких слов, как «циркуль», «телефон», «физика» и т. д. В результате такого нововведенческого зуда не только шала казахи, но и значительная часть наыз казахов оказалась в состоянии полуграмотности, когда прочтение казахской газеты или просмотр казахской телевизионной передачи требует обращения к словарю.