Чтение онлайн

«В дивизии объявили «сухой закон». Вышел Василий Иванович на плац, а там Петька на четвереньках ползает. Пьяный в грязь.

— Порублю! Но… запаха-то нет. Всё прощу! Только скажи «как».

— Дык… Самогоночки — в клизмочку и… и кайф, и без выхлопа. Вот только огурец не лезет».

Фольк снова удивительно прав. Если удалось избежать химического ожога слизистой оболочки прямой и сигмовидной кишки, то алкоголь всасывается в кровь значительно быстрее и эффективнее, не проходя сложного взаимодействия с кислотно-щелочным желудочным соком и очистки печенью.

Ну вот, литра два я ему… ввёл. Теперь пару минут повертеть мужика и посадить устойчиво. Но есть тут одна деталь… Эй, ну-ка огня мне! Хорошо, что на «Святой Руси» — не евреи. И — не мусульмане. В том смысле, что у «собак необрезанных» остаются кое-какие следы жизнедеятельности. Которые у «обрезанных собак» быстро становятся трудно различимыми.

«Призывник на медосмотре.

— Молодой человек, спустите брюки, повернитесь спиной, наклонитесь, раздвиньте ягодицы. Вы курите?

— А что, пахнет?»

Именно запах меня и смутил. Эл Морган в «Великом человеке» даёт две характеристики этому запаху в одном и том же помещении в один и тот же момент времени. Одну — от положительного главного героя: «Пахнет как в конюшне». Другую — от отрицательного: «Запах как в заводской раздевалке». Что и способствует яркости психологических портретов персонажей, выведенных автором.

Я несколько сдвинул кожицу на головке полового члена моего верного гридня и, помимо общей липкости, обнаружил посторонний предмет. Мда… Волос. Кудрявый. Русый. Фольк немедленно подсунул частушку:

О здешней дороговизне досок я уже погрустил. Или гвоздей не нашлось? В любом случае, вышеуказанные столярные работы произведены не были. Что вводит в нашу криминальную ситуацию ещё один персонаж.

На глаза попался Гостимил. Внимательно наблюдавший за моими манипуляциями, с выражением крайнего омерзения на лице. Ты смотри какой рафинированный торгаш-интеллико! Как присяге изменить — «всегда готов», как по пьяни девчонку-малолетку трахнуть — «бес попутал», как при живой жене с другой под венец пойти — «исполнил свой долг как честный человек». «Как честный человек» — ему не стыдно, а тут этот… «мордоворот» будет «морду воротить» и гримасы гримасничать! Дурашка… Я же нашёл вещественное доказательство. Ещё не алиби твоё, но хоть шанс. Конечно, возможен преступный сговор с этой гипотетической дамой. Возможна просто последовательность событий: она напоила, ты украл. Но предварительный сговор требует времени, а я вас выгнал быстро и далеко. Не исключён, но маловероятен. И сама идея — «она напоила и дала»… Ивашко «алкаш», а не «ходок». «Привыкший пить — блудить не может» — русская народная. Если его так напоили, что он саблю потерял, то «взять» хоть чего «даденного» — он уже не мог.

Построение набора следственных версий с учётом возникших в деле новых обстоятельств, было прервано начавшимся процессом Ивашкиной «революции».

— Верю, Ивашка, верю. И весть… долетела. И победы будут. Только вставать не торопись. Ты, главное, не отвлекайся, делай своё… упражнение.

Он, вцепившись в край телеги руками и зубами, уже приступил к процедуре искреннего самоочищения.

Большинство ритуалов посвящения в адепты разных верований предполагает тот или иной вид очищения души и тела. Классический пример: омывание Иисуса в водах Иордана. Но при такой интенсивности и… глубине подготовительного ритуала, который я устроил своему верному слуге, он будет пригоден уже не в пророки, а прямо в боги. Останется живым — можно спокойно записывать его в сан «вицлипуцлей» или «кецалькоатлей». Эк как его… тужит.

Вот же, клизма, «и бисов подарок» — простая, вроде бы, вещь. Коли знаешь что к чему. А скольким людям жизнь спасла. Не считал я — может сотне тысяч, может — вдесятеро более. Детишек, кои через эту методу живыми остались. У маленьких — всё маленькое. Потому и болячки — быстрые. Не успел — похоронил. А тут, считай, целое княжество русское. Не примученное, не огнём да железом взнузданное — своё, сохранённое. И число таким, мелочью моей мелкой спасённых, и поныне — каждый день приумножается.

Пользы от такой мелочи — поболее многих побед славных. Только молебнов о ней не поют, в летописях не прославляют. Скажи кому: «Зверь Лютый Святую Русь клизмой промыл и тем души православные приумножил» — браниться будут, слова худые говорить. А и что мне в той брани? Раз бранятся — живые. Не изделал бы сей мелочи — не бранились бы. Некому было бы.

Дабы не мешать процессу, я перебрался к костерку. Всё-таки, «весть» — в нос шибает. Ноготок присматривал за Ивашкой, Чарджи — за Гостимилом, Сухан — за мной. А я за огнём костерка и собственными подозрениями.

Навыка ведения допроса у меня нет. Ни в форме дружеской беседы, ни — «третьей степени». Попытки «вокруг да около» получить информацию от Гостимила — результатов не дали. Он вполне корректно рассказал об их дороге, упомянул двух знакомых ему женщин, и восемь-десять незнакомых, которые им встретились. И всё без толку.

Как хорошо решается классическая задачка о трёх лгущих богах! Две беды: в задаче отвечают трое, а у меня ответчик — один. И ещё в задаче чётко известна суммарная мера вранья. А у меня тут… Может Гостимил лгать? — Может. — А говорить правду? — Конечно. — А заниматься дипломатией, смешивая правду и ложь? — Обязательно! Итого? — Итого, через одну точку можно на плоскости провести бесконечное количество прямых. Нужна вторая точка. Ждём Ивашку.

Моя вторая точка тоже оказалась… не реперной. Когда измученный лечебными процедурами бедолага, смог оборотить лицо своё, покрытое бледностью и хладным потом, ко мне, то сходу выяснилась странная вещь: он ничего не помнил. Не так — он помнил дорогу туда, помнил стычку на прощание. Гостимил требовал вернуться быстрее, Ивашка, естественно, возчика послал. Вот ещё, будет всякая шелупонь местная ему, гридню опоясанному, указывать. Спустился с берега к гати через болото и… И пришёл в себя уже здесь, выплёвывая заливаемый в него рассол.

Амнезия. Вариантов в медицинской литературе описано много. Я лично сталкивался с тремя: после удара по голове тяжёлым предметом, после кровопотери и от пьянства. У Ивашки нет повреждений на теле — два первых варианта отпадают. Третий…

Широко распространённое явление в моей России, у второго-третьего поколения пьющих — повсеместно. Вплоть до появления народной мудрости: «Не помнишь — завязывай». Самому дважды в прошлой жизни приходилось этому афоризму следовать. Очень страшно, когда понимаешь, что кусок собственной жизни «покрылся мраком беспамятства». Ничего, если сразу остановиться — проходит. Там какая-то связь с наличием тиамина в организме. Содержание этой хрени в «сухом» человеке постепенно восстанавливается. И — можешь наслаждаться. Яркими воспоминаниями о собственном алкогольном маразматировании.