Чтение онлайн

— Именно! — кивнул управляющий. — В худшем случае доблестный повар героически погиб бы, защищая важного государева человека. И никто ничего бы не нашел, а проверить невозможно. В лучшем — сидел бы ты в темнице.

— Сволочи, — зло сказал Ярослав. — Умно и подло.

— А что теперь делать? — растерянно спросил князь. — Просто отказаться выполнять приказ?

— И прослыть изменником? — фыркнул Степан. — У нас нет доказательств подлога, кроме моих слов о царапине.

— Значит, мы в западне? — спросил я.

— Не обязательно, — в глазах управляющего загорелся хищный огонек. — У нас есть одно преимущество.

— Какое? — хором спросили мы.

— Мы знаем, что это ловушка, а они думают, что мы слепые дураки.

В дверь тихо постучали. Мы все замерли.

— Да! — рявкнул Степан.

Вошел молодой слуга, бледный как полотно:

— П-простите, господин управляющий… Тот господин посол… он требует…

— Говори толком! — поторопил его князь.

— Он требует лучшие покои! Сказал, что где попало спать не станет. А еще… — слуга сглотнул. — Он приказал, чтобы знахарь явился к нему сегодня же вечером.

— Еще раз передай, что знахарь занят тяжелобольным, — спокойно сказал Степан.

— Я передавал! Но он… он сказал… — парень заикался от страха.

— Что именно он сказал? — грозно спросил Ярослав.

— Что если знахарь не придет добровольно, то его приведут силой.

Повисла мертвая тишина.

— Наглец, — прошептал князь. — Даже настоящий посол так себя не ведет.

— Вот именно! — воскликнул Степан. — Настоящий посол был бы вежливее, а этот хам показывает свою сущность.

— Что ему ответить? — спросил слуга.

— Скажи, что знахарь явится после заката, — решил управляющий.

Когда слуга ушел, я почувствовал, как желудок скручивается от тревоги:

— Степан, я не могу не пойти. Если откажусь — они поймут, что мы их раскусили.

— Тогда у нас есть еще несколько часов, — подытожил Степан. — И мы их используем. Я пока распоряжусь насчет комнаты.

Мы разошлись готовить план, но у меня в голове билась одна мысль: время уходит, ловушка сжимается, а мы все еще не знаем, кто наш настоящий враг.

Через час мы снова собрались в канцелярии Степана. За это время каждый из нас думал над выходом из ловушки, но лица у всех были мрачными.

— Итак, — сказал князь, — какие предложения?

— Я думал о прямом разоблачении, — начал Ярослав. — Публично обвинить этого посла в самозванстве.

— Слишком рискованно, — покачал головой Степан. — Если мы ошибаемся, это будет расценено как мятеж.

— А если мы правы?

— Тогда у нас все равно нет доказательств, кроме моих воспоминаний о царапине на печати.

— Я предлагаю выиграть время, — сказал я. — Сказать, что мне нужно закончить лечение больного, передать дела…

— Это даст нам день-два максимум, — ответил управляющий. — А потом что?

Мы были в тупике, когда Степан внезапно ударил кулаком по столу:

— Стойте! Я знаю, что делать!

Все повернулись к нему.

— Они думают, что поймали нас в ловушку? — спросил он с хищной улыбкой.

— Да, — ответил Ярослав.

— Нет, — сказал Степан. — Они только что сами в нее вошли. — Алексей, ты пойдешь на встречу с этим самозванцем, но не один.

— Как не один?

— Я спрячусь рядом и буду все слушать. Рано или поздно он проговорится — скажет что-то, что выдаст его.

— А если не проговорится?

— Проговорится, — уверенно сказал управляющий. — Он слишком самоуверен, а самоуверенные люди всегда болтают лишнее.

— Но даже если мы узнаем, кто за этим стоит, — возразил князь, — что это нам даст?

— Мы будем точно уверены, что он фальшивый посол, — ответил Степан. — Сейчас у нас только догадки, но знай мы точно, что он не настоящий, можно предпринять и другие действия.

— Какие?

— Зависит от того сможем ли мы заказчика узнать или нет. В любом случае, официальных доказательств у нас нет, но кто сказал, что они нам нужны? Давайте для начала посмотрим что он скажет.

План казался рискованным, но другого выхода не было.

— Хорошо, — согласился я. — Попробуем.

— Но есть одна проблема, — добавил Ярослав. — А что, если этот самозванец попытается арестовать Алексея прямо во время встречи?

— Тогда мы будем готовы, — мрачно сказал князь. — Я распоряжусь поставить вокруг башни усиленные дозоры.

— Это означает открытый конфликт, — предупредил Степан.

— Тогда пусть он первым его начнет, — ответил Святозар. — А мы будем защищать свою честь.

Мы договорились о деталях плана. Степан спрячется в соседней комнате и будет подслушивать разговор через тонкую стену. Я постараюсь выудить из самозванца максимум информации.

— И помни, — напутствовал меня управляющий, — главное — заставить его говорить. Пусть думает, что ты напуган и готов подчиниться. Тогда он расслабится и может сказать лишнее.

— А если он заподозрит подвох?

— Тогда импровизируй. Ты умный человек — найдешь выход.

Солнце клонилось к закату. Приближалось время решающей встречи.

— Они думают, что загнали нас в угол, — сказал Ярослав, глядя в окно на лагерь врагов.

— А на самом деле, — добавил Степан с холодной улыбкой, — сейчас мы узнаем, кто есть кто и тогда нанесем ответный удар.

К вечеру, перед тем как Алексей должен был отправиться на встречу, Степан осторожно пробрался в соседнюю комнату.

Степан Игнатьевич прижался к тонкой стене между покоями, напрягая слух. Каждое слово разговора в соседней комнате было слышно отчетливо, и управляющий не упускал ни единого нюанса.

Все шло по плану. Алексей играл роль растерянного, но покорного знахаря, а лже-посол демонстрировал типичную для самозванцев самоуверенность. Степан мысленно записывал каждую деталь — кто знает, что еще может пригодиться.

Во время разговора посол упомянул, что они поедут в столицу через Медвежий брод. Вот тут управляющий замер.