Чтение онлайн

— Ай! Это неуместно, старший братец. Я могу пожаловаться на тебя в отдел кадров за оскорбительное поведение на рабочем месте.

Лоусон покачал головой.

— Удачи с этим. Доброе утро, Рэн. Холт.

— Доброе утро, — поприветствовала я, мои щеки все еще горели от смущения.

— Мы хотели узнать, есть ли какие-то новости, — сказал Холт, возвращая нас к главной теме.

Все веселье исчезло с лица Лоусона.

— Не так много. Человек в черной толстовке с капюшоном убегает от дома МакГенри и направляется в лес.

Холт переводил взгляд с Лоусона на Нэша.

— Сейчас все иначе. Первый раз выстрел был произведен через окно. А этот вблизи.

— Тем, кто привык убивать, — сказал Нэш, и в его глазах закружились тени.

От такого бессердечного пренебрежения человеческой жизни меня охватила тошнота.

— Офицеры были правы? Миссис Макгенри не выжила?

Лоусон покачал головой.

— Подтвердили на месте преступления.

Возможно, это к лучшему, учитывая, что у миссис Макгенри никого бы не осталось. Мне нужно было верить, что они с Гретхен теперь вместе и нашли покой, даже если это случилось слишком рано.

— Кого вы вызываете на допрос? — спросил Холт.

Лоусон и Нэш переглянулись.

Холт зарычал.

— Ты не полицейский, — сказал Лоусон, затем перевел взгляд на меня. — И ты тоже.

Я посмотрела на него.

— Может, и нет, но я могу числиться в расстрельном списке какого-то засранца, так что я бы сказала, это дает мне право хоть немного быть в курсе ситуации. И будто я не увижу тех, кого приведут на допрос.

Рука Холта дрогнула, крепче сжимая мою руку.

— Кроха Уильямс права, — сказал Нэш.

Лоусон выдохнул.

— Мы разговариваем со многими. Всеми, кто имел отношение к нападениям со стрельбой многолетней давности, и всеми, кто оказывался поблизости от недавних атак. Но на допрос пока никого не вызываем. Мы также связываемся со всеми, кто пережил стрельбу десять лет назад, и просим их соблюдать осторожность. Но не распространяться об этом.

Я прокрутила это в уме.

— Вы не хотите никого пугать.

— Нет. Я не хочу паники в моем городе, и не хочу, чтобы виновный заметал свои следы лучше, чем он уже это делает, — согласился Лоусон.

Я крепче сжала руку Холта, подыскивая нужные слова.

— А если был третий стрелок?

Я не высказывала свои подозрения с того третьего и последнего разговора с полицией десять лет назад. Тогда исполняющий обязанности начальника заставил меня почувствовать себя истеричным ребенком, разуму которого нельзя доверять. И я ему поверила.

— Я знаю, что врачи сказали, что я могла не мыслить здраво из-за потери крови и раны, но я бы поклялась, что в тот вечер в доме был третий человек.

Лоусон наклонился вперед в своем кресле.

— Ты же говорила, что ошиблась. Что их было только двое.

— Тогда копы… они заставляли меня сомневаться во всем, что я помнила, если это не соответствовало их версии.

— Засранцы, — пробормотал Холт.

Лоусон послал ему укоризненный взгляд.

— Поверь мне. Я тоже не в восторге от того, как они тогда вели дела. Но они находились под чертовски большим давлением, пытаясь замять эту историю. Это привело к тому, что они форсировали события там, где, вероятно, не должны были этого делать. У правды есть своя временная шкала.

Но время, потраченное на то, чтобы докопаться до правды, иногда может нанести непоправимый вред. Они знали это лучше, чем большинство, потому что видели, как Роан был сломлен вопросами о том, был ли он замешан. Неважно, что никто из нас в это не верил. Это подозрение изменило его, и с тех пор он уже не был прежним.

Нэш пристально посмотрел на меня.

— Рэнди и Пол всегда клялись, что их было только двое. Никого другого. Ты не думаешь, что они хотели бы, чтобы их подельник прохлаждался вместе с ними на нарах?

Я высвободилась из руки Холта, и на этот раз он отпустил меня, как будто почувствовав, что мне нужна свобода движений. Я переплела пальцы вместе, покачиваясь с пяток на носки.

— Я снова и снова прокручивала в голове тот вечер, даже когда это было последнее, о чем я хотела думать. Я слышала кого-то внизу. Абель сказал мне, что полиция уже в пути, и я подумала, что это они пробираются наверх. Я думала, что со мной все будет в порядке.

Мускул на челюсти Холта дико дернулся, и он вцепился в спинку кресла.

Я не позволила этому остановить меня. Я должна была это сказать.

— Я слышала, как кто-то поднимался по лестнице, а потом сказал: «Где, черт возьми, Холт? Они нужны нам оба».

Атмосфера вокруг меня наэлектризовалась. Я никогда не говорила никому, кроме полиции о том, что слышала. Никогда не рассказывала об этом Холту. Каждый раз, когда я пыталась поговорить о том, что произошло, он останавливал меня, говоря, что не стоит переживать все это заново.

Я повернулась к нему.

— Я была рада, что тебя там не оказалось, — прошептала я. — Я бы не пережила, если бы с тобой что-то случилось.

На лице Холта отразилось столько эмоций. Они сменялись так быстро, что я едва могла распознать одну, прежде чем появлялась другая. Затем он устремился ко мне. Притянул меня в свои объятия.

— Я здесь, Кузнечик.

Надежда вспыхнула в моей груди. Эта надежда пугала, но я не могла от нее отказаться. Я схватила его за футболку, сжав ткань в кулаки.

— Я рада, что с тобой ничего не случилось.

— Нам нужно возобновить то дело, — заявил Нэш.

Я повернулась в объятиях Холта к Лоусону и Нэшу, но Холт не отпустил меня. Тепло его тела просачивалось мне в спину, принося слишком сильное утешение.

— Прошло десять лет.

Лоусон начал что-то печатать на клавиатуре.

— Никогда не знаешь, что можно найти. Все улики и записи все еще у нас. Я достану их, чтобы мы могли все обсудить.

— Нужны дополнительные руки? — предложил Холт.

Лоусон покачал головой.

— Я буду держать тебя в курсе, но участвовать в расследовании тебе нельзя. Если мы что-то обнаружим, твое присутствие может поставить под сомнение доказательства.